Люби смерть - Стелла Так
Зеленый огонек. Дверь открылась. Луч света дошел до мальчишек, и они вдвоем уставились на темные силуэты отцов. Худшие из чудищ.
– Ну вот, прогресс налицо! – сказал отец Фалько, нисколько не взволнованный видом своего родного сына.
– П… папа? – прошептал Крэйн, не отрывая взгляд от отца. Он подавил желание вскочить, подбежать к нему и обнять за ногу, пока мир не перестанет кружиться под ним. – Что… я сделал?
– Ты все сделал правильно, сын мой. Ты истинный Парацельс. Я горжусь тобой, – прогремел силуэт.
Крэйн опустил голову на лицо Фалько, которого продолжал обнимать. Оно было темное от синяков и все в крови.
С этого дня Крэйн Парацельс решил, что сделает все, чтобы отец не мог им гордиться.
34
Крэйн
Демоны 2-го уровня – Синтоисты
Тэнгу. Существа, сочетающие в себе черты человека и вороны; считаются злыми. Существует множество легенд о жестокости их деяний, совершенных против людей на протяжении веков. Они атаковали своих жертв в полете и разрывали их клювами. Изнасилования и пытки также числятся среди преступлений тэнгу. Они привязывали детей к деревьям и заставляли родителей слушать их панические крики – без малейшего шанса освободить своих детей. Они также похищали и убивали взрослых людей.
Эти йокаи в основном жили группами в лесах и горах, избегая мест обитания людей. Ко-тэнгу жили в небольших пещерах, на утесах и крутых склонах, а дай-тэнгу часто обитали на вершинах высоких священных гор. Люди встречали тэнгу в уединенных, густых лесах. В настоящее время считаются вымершими.
…Наше время
Мои легкие горели огнем, когда я бежал через лес, не разбирая дороги. Просто бежал. Чудище в моей голове извивалось и корчилось, будто искало путь наружу. Каждый волосок на теле стоял дыбом. Неестественная сила пульсировала в венах, яростно ища выход. У меня оставались секунды, прежде чем я взорвусь как бомба. До этого момента нужно было отбежать как можно дальше от Лиф и остальных из общества Янус.
Если бы мог, я убежал бы даже от самого себя. От ярости внутри. От ошеломляющего ужаса, который душил меня, превращая из взрослого мужчины в испуганного ребенка – беспомощную жертву жестоких экспериментов отца.
Зэро… что с тобой?
Когда Лиф рассказала мне про тебя, я лишился последней ниточки контроля. Теперь я опасен для всех.
Мне нужно было бежать… Прочь…
Дальше… Как можно дальше.
Задыхаясь, я спотыкался о толстые корни деревьев, ветка хлестнула меня по лицу, и я упал. Пальцы впились в землю, но сдерживаться больше не мог. Зрение и разум заволакивало тьмой.
Кожа вибрировала. Горела. Перед глазами всплыло лицо Лиф, рассказывающей о Зэро. Желудок сжался. Сухие спазмы рвоты – и вот я уже теряю связь с реальностью. Чудовище вырывается наружу, все тонет во тьме.
Последняя мысль? Скорее, страх.
Всегда был страх за секунду до того, как я исчезал и тут же просыпался. Я часто просыпался в разном окружении: если повезет, очнусь один, а если нет, то на горе трупов, которые выглядели так, словно их разорвал на мелкие части дикий зверь, а во рту у меня был привкус крови. Скорее всего, не моей.
Как всегда, прежде чем потерять контроль, я спрашивал себя, почему не сделал так же, как и Фалько? Если бы я жертвовал частью себя, то едва мог бы чувствовать хоть что-то.
Надо было становиться синтоистом. Какая разница, останусь я без ноги или руки, если шум в голове навсегда утихнет? Фалько всегда принимал решения куда лучше моих. Даже если я понимал, насколько ему было трудно не чувствовать эмоции, особенно когда в его жизнь вошла Лиф. По крайней мере, я мог прочувствовать все. Его приговор не лучше моего – вечно страдать и мечтать о чувствах, от которых ты отказался в погоне за свободой от прошлого.
Надеюсь, я достаточно далеко ушел.
Я надеюсь.
Пожалуйста.
Я…
35
Крэйн
Демоны 2-го уровня – Синтоисты
Кицунэ. Существо, сочетающее в себе черты человека и лисы. Один ученый назвал кицунэ «ведьминым зверем» (вероятно, из-за их способности «очаровывать»), но их также часто называют «лисами-кобольдами» или «духами-лисами». Кицунэ обладает способностью бакэру – умением изменять свой облик и внешность, и бакасу – умением устраивать розыгрыши или очаровывать. Кицунэ тесно связаны с Инари, синтоистским ками (или духом), и служат его посланниками. Чем больше у кицунэ хвостов (возможно до девяти), тем он старше, мудрее и могущественнее. Из-за его могущества и влияния некоторые люди приносят кицунэ подношения. Белые кицунэ считаются вымершими.
– Крэйн?
Я…
Я умоляю…
Пожалуйста…
Я…
– Крэйн!
Я резко открыл глаза. Секунду, одну ужасную секунду, я не понимал, где нахожусь, пока в поле зрения не появились черные волосы.
– Цубаса? Что ты тут делаешь? – прохрипел я, морщась от света в глазах. Я будто почистил зубы скунсом. Привкус был отвратительный.
– Я следил, чтобы ты никому не навредил, – сказал тэнгу. Он сидел на коленях передо мной с хмурым выражением лица.
– И?
– Ты поломал несколько деревьев и раскромсал примерно столько же оленей.
– Отлично, – прошептал я и уставился на небо. Оно еще было сероватым, а первые лучи восходящего солнца пробивались сквозь густые облака. Было жесть как холодно, особенно когда на тебе только брюки. Я буквально мог чувствовать, как мои соски заледенели. – Как долго?
– Несколько часов.
Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, впуская в легкие холодный воздух. Тьма не спеша выселялась из моей головы, но дрожь в теле не унималась.
– Что там с Зэро? – неуверенно спросил я.
Послышался шелест крыльев.
– К сожалению, у нас нет информации. Но мы предполагаем, что в него вселился Люцифер. Мне очень жаль, Крэйн… Правда.
Что-то теплое скатилось по моим щекам. Слезы.
Черт.
Надеюсь, Цубаса этого не заметил. Я просто хочу свернуться калачиком и зареветь как младенец. Но мои сопли были ни к чему. Надо что-то делать. Надо встать. Надо дышать, даже если я не хочу.
– Мы должны вернуть его.
Эти слова эхом пронеслись по лесу.
Я не знаю, как спасти тебя, Зэро. Но одна мысль от того, что я могу тебя потерять, пробуждает во мне зверя.
– Мы вернем его.
Цубаса положил руку мне на плечо и достаточно крепко сжал его.
– Он не умер. Все получится, – прошептал я сквозь гул в голове.
– Мы вернем его, но для этого тебе надо держать себя в руках, мой друг, – мягко произнес тэнгу.
Вяло открыв глаза, я повернулся к нему.
– Цубаса, тебе говорил кто-нибудь, что ты очень хороший парень?
Уголки его рта дернулись.
– Прекрати. У меня репутация, которую я бы не хотел потерять.
– Ну конечно.
Я позволил Цубасе помочь поднять себя, хотя это не особо помогло от головокружения. Прежде чем мир снова поплыл перед глазами, я крепче вцепился в тэнгу, дыша глубже, пока не стало легче.
Цубаса не спросил, как я себя чувствую, – и я был рад, что не пришлось отвечать на этот вопрос.
Взгляд мой упал на последствия произошедшего: вскопанная земля, будто через нее пронеслось стадо кабанов,