Протокол наблюдателя - Айна Суррэй

— У меня в голове стоит супер-чип: он переводит все языки на мой родной и создает искажение, из-за чего моя речь звучит на языке, родном вам. Мой друг сомн подключился к нему, вот мы и общаемся. Со мной еще два финиса, Тейдан и Стелла. Я бы назвал нас «Так-себе-командой-по-спасению-Этериона». Завтра познакомишься с ними.

Кир вел Юрану по опустевшим коридорам дворца. Кристаллы на стенах горели вполнакала, отбрасывая на белый нефрит мягкие, золотистые блики, отчего резные элементы интерьера казались пугающими из-за теней.

Девушка едва передвигала деревянными ногами. Иногда шмыгала носом, стараясь окончательно успокоить бушующие внутри эмоции. Смотрела в спину Кира… Широкую, напряженную. Судя по гнетущему молчанию — тот мирно переругивался с товарищем в своей голове, и отвлекать их она не решалась.

— Ты справишься, — вполголоса произнес Кир, обернувшись через плечо. — Ты сильнее, чем думаешь, поэтому прекрати сопли жевать.

— Акрополь — место, где выживают хитрейшие… — она ответила с непосильной усталостью. — А я даже врать не умею.

— Самая лучшая ложь — это правда, не сказанная до конца. Просто будь собой, как это делаю я. И все будет хорошо. Главное не ведись на манипуляции Ярели — эта истеричка доведет кого угодно. Она всегда была тенью, вот пусть ей и остается, а тебе придется занять место солнышка…

— Ты всегда загадками говоришь? — Юрана с большим трудом заставила себя посмотреть на Кира. На такие знакомые губы, плавные черты лица, золотистые локоны… И совершенно чужие, холодные глаза без золотого перелива.

— Только когда устаю, — он пожал плечами. — А устаю я на постоянной основе…

— Ты странный…

— Ага, знаю, — Кир свернул за угол и вздрогнул. Чуть за сердце не схватился инстинктивно.

Не так далеко от них, у окна, стояла Равилла. Не в привычном королевском наряде, а простом домашнем платье цвета лаванды. Без вышивок, страз и драгоценностей. С самыми обычными, распущенными волосами без намека на прическу. Она смотрела на ночной сад с долей беспокойства.

— Мам? — Кир тихо позвал ее, с долей настороженности. — Ты что тут делаешь? Что-то случилось?

Равилла вздрогнула, совершенно позабыв, о чем думала только что. Она повернулась, мягко улыбнувшись сыну.

— Не могу уснуть. Ты, видимо, тоже, — ее взгляд бегло скользнул по темному камзолу юноши, и перекинулся на девушку, мнущуюся за спиной Кира. — Кто с тобой?

— Это Юрана, моя новая помощница. Я привел ее чутка раньше запланированного. Надеюсь, ты не против. Хотел утром обсудить с вами все детали.

— Зачем тебе помощница? — она слегка вскинула брови. — Стеллы недостаточно?

— У отца советник есть, а мне что, нельзя? — Кир закатил глаза. — Я заколебался с документами, серьезно. Мне пожить тоже хочется. Она будет выполнять мелкие поручения, чтобы у меня было больше времени на изучение всех нюансов. К тому же, девушка умная и толковая.

— И где вы познакомились?

— На одном из балов. Она из дома Шайе, младшая дочь барона Эттона.

Равилла перевела взгляд на Кира, стоящего в свете лунных лучей. Ему показалось, словно та его насквозь видит и прекрасно знает, что тот лжет. Несмотря на долю недоверия, мышцы на ее худом лице слегка расслабились.

— Хорошо, пусть остается. Слуга!

Из-за угла выскользнул мужчина средних лет в черном мундире. Поклонился низко-низко.

— Проводи леди Шайе в гостевую комнату и убедись, что она ни в чем не нуждается.

— Благодарю Вас, Чья Милость — Баланс, — девушка, сложив ладони у солнечного сплетения, поклонилась. Она бросила на Кира немного тревожный взгляд, и последовала за слугой дальше по коридору.

— Пойдем, — Равилла коснулась прохладными пальцами кисти Кира, уводя следом за собой. Он совершенно не сопротивлялся, но в мыслях уже весь изнылся из-за того, как хотел спать. Банально выспаться. Складывалось ощущение, словно двадцати шести часов в сутках ему уже мало.

Вскоре они переступили порог личного кабинета Равиллы, находящегося в восточном крыле Акрополя. Туда редко заглядывали даже слуги. Бывать здесь Киру не доводилось, и оттого появилось странное чувство, что и не стоило. Будто это место было чем-то более личным, на что у него нет права.

В отличие от остальных помещений, это выглядело слишком скромным — небольшим, уютным, с множеством стеллажей и большим письменным столом. На нем стояла серебряная рамка с семейной фотографией, когда детям было еще меньше десяти лет. А картины на стенах смотрели на них не портретами пафосных родственников, а обычными пейзажами.

Равилла опустилась на диван близ камина, и Кир сел рядом с ней.

— Сильно устал? — Равилла нежно поправила прядь его челки. — Выглядишь ужасно.

— Спасибо, мам. Приободрила, аж сил прибавилось! Чувствуешь? — он прикрыл глаза. — Конечно, устал.

— Я же мать, я все чувствую. Это моя работа.

— Твоя работа — управлять планетой.

— А ты — часть этой планеты, поэтому терпи и не ной, — в ее голосе послышались теплые нотки. Она провела ладонью к затылку Кира, и, мягко надавив на голову сына, наклонила в свою сторону. Эфрон безвольно подался следом, заваливаясь на бок. Висок коснулся чужих колен, и он замер. Всего на секунду затаил дыхание, а затем подвинул руку к себе ближе, устраиваясь поудобнее.

— Я не ною, а констатирую факты.

— Да-да, охотно верю, — ее пальцы осторожно скользили по золотым прядям, перебирая их. — Мы посмотрели твою запись… Там действительно самая обычная жизнь. Ты не представляешь, в каком гневе был твой отец. Я думала, он взорвется, — она слегка улыбнулась. — Моментально разослал срочные приглашения всему Совету Лордов, завтра собрание. Мы будем присутствовать там все вместе.

— Понятно, опять не высплюсь, — Кир вздохнул с долей раздражения. Снова придется думать и пугать этих нашкодивших кошаков.

— Потерпи уж. Утром как раз будет готов отчет судмедэксперта касательно наемников, а после обеда собрание, — она прислушивалась к размеренному дыханию сына, отчего у самой на Узоре становилось спокойнее. — Страшно было? — практически прошептала Равилла.

— Конечно было, — Кир слегка повернул голову, почти уткнувшись носом в складки ее юбки. Раньше он слышал выстрелы исключительно в играх, и никогда бы не подумал, насколько те громкие в реальной жизни. — Стелла… — он слегка зажмурился, но картинка того момента не покидала сознание. — Чуть не умерла у меня на глазах. Спасти ее получилось чудом. Все благодаря… — Кир осекся, ведь не мог произнести имя реального спасителя. — Благодаря находчивости, смекалке и капельке безрассудства.

— Ты стал одним сплошным безрассудством, — подтвердила та. — Но, прошу тебя, не бросайся под оружие вместо других. Пусть на твоей