Жизнь, которой не было. Том 5 - Денис Палимов

— А как вы узнали, что она помогала дяде? — поинтересовался я.

— Так она сама призналась, — хмыкнула Тисия. — Когда мы поняли, что в этом всём замешан Карниус, Петра подошла к отцу и рассказала, что произошло.

— Но это же странно. Зачем Петре признаваться, если никто её даже не подозревал?

— Намекаешь на то, что её совесть замучила? — с сомнением посмотрела тётя на меня.

— Вполне возможно. Может, она догадывалась, что могло стать причиной болезни Гарфа, но не была уверена. Поэтому и молчала, чтобы не получить выговор. А когда стало ясно, что дядя ещё и покушение подстроил, то сразу же всё рассказала. Я не говорю, что она точно невиновата. Но эта девушка вполне ведь может быть просто жертвой обстоятельств.

— Знаешь, малец, ты слишком веришь в людей. Я видела семьи, где дети убивали родителей, а потом со слезами на глазах клялись, что в жизни бы этого не сделали. И эта служанка тоже что угодно скажет, лишь бы выйти сухой из воды.

— Даже под пытками? — с неким вызовом посмотрел я на Тисию.

— Ну… Без должного обучения это, конечно, вряд ли возможно. Но вдруг она всё-таки каким-то образом смогла.

— Так вы её всё-таки пытали, — вздохнул я.

— А что нам оставалось делать? — вспылила Тисия. — Нет, ну ты такой интересный. У меня племянник пропал. Появляется человек, который может быть причастен, а я должна с ним чай пить? Чего ты за неё так переживаешь? Это ведь не Сивана! Вот её я бы точно не тронула. А эту девку я совершенно не знаю.

— Но ты ведь не брала в расчёт, что тоже можешь ошибаться, и она не вступала в сговор с Карниусом.

— Но я её и не убила. Хотя могла бы, — протестовала тётя.

— Могу я с ней поговорить? — поинтересовался я.

— Сдалась она тебе? У тебя вон две новые служанки появились. Они тебе в рот смотрят. Хоть сейчас в огонь прыгнут. А от этой девки проще всего будет избавиться. Виновата она или нет — какая разница? Если есть хоть малейший шанс ошибиться, то лучше лишний раз подстраховаться.

— Я не говорил, что хочу спасти её от всех бед, но если это действительно была просто ошибка с её стороны, а не злой умысел, то она уже получила достаточное наказание. Не хочу, чтобы людей отправляли на казнь просто на всякий случай.

— Когда-нибудь твоя мягкотелость сыграет с тобой злую шутку, — вздохнула тётя. — Но да, ты можешь поговорить с ней. Если решишь, что она действительно не была в сговоре с моим ублюдочным братцем, то выпустим её. Но к Мельтарису она больше и близко не подойдёт. Ошибки, которые приводят к таким последствиям, я прощать не собираюсь. Это сейчас всё хорошо закончилось. А если бы, например, твой питомец умер? Тоже сказал бы, что она просто человек и может ошибаться?

— Не знаю. Это была бы иная ситуация…

— Нет. Та же самая. Просто ты смотришь на последствия, а я на саму проблему. Нельзя быть столь милосердным, Эдиус. Для герцога это смерти подобно. Если простолюдины вдруг возьмут в руки оружие и решат напасть на нас, тоже найдёшь тысячу причин, почему они могли это сделать? Засуха, наводнение, голод, болезни. Им плохо, а значит имеют право быть недовольными? Вот только пока ты будешь думать, как удовлетворить желание разъярённой толпы, она разорвёт тебя. И никто не подумает потом — «ох, зачем мы так поступили, он ведь не сопротивлялся». Напротив, они будут рады, что их правитель оказался настолько жалок, что ничего не смог им противопоставить. В итоге полоумный император пришлёт свои войска, перебив часть недовольных, а остальные разбегутся. Только ты уже этого не увидишь.

— А ты думаешь, что я стану герцогом? — удивился я.

— А почему нет? — фыркнула тётя. — Из-за того, что не владеешь высокоранговой магией? Чтоб ты понимал, большинство детишек только начинают изучать магию в твоём возрасте. А ты уже многого добился. Да, тебя нельзя назвать гением в плане повышения ранга, но я никогда не видела ребёнка, что может так усердно учиться. Ещё и самостоятельно. Да я вообще почти не видела таких людей. У тебя куча сильных сторон. Герцог не обязан быть величайшим магом, но вот быть столь мягкосердечным точно нельзя.

— Я знаю, — кивнул я, понимая, что тётя по-своему права. — И не собираюсь прощать или закрывать глаза на ошибки. Но и быть тираном — не моё. Не хочу каждый раз перешагивать через себя.

— Знаю, малец. Поэтому у тебя всегда рядом есть я. Радуйся, — рассмеялась она.

— Ты слишком импульсивная, — хмыкнул я.

— Ах ты ж, — хитро улыбнулась она, принявшись трепать меня по голове. — Ну держись, приедешь домой лысым.

Весело хохоча, мы преодолевали улицу за улицей. И хоть настроение было отличным, внутри меня повис вопрос — действительно ли в этом мире доброта всегда является слабостью? Сложно сказать, но в чём-то Тисия определённо права. В каких-то вопросах мне действительно стоит стать категоричнее.

* * *

Миновав, как я его сам назвал, «квартал красных фонарей», мы выехали на большую дорогу, ведущую к поместью.

Тисия увлечённо смотрела в окно, периодически зажигая над ладонью огонёк. Видимо, даже в пути тренировалась. Интересно посмотреть, что же у неё в итоге получится.

Возле ворот в поместье стояли лишь двое охранников. Никто не вышел нас встречать. Впрочем, ничего удивительного. Письмо о прибытии мы не отправляли. С острова это было сделать невозможно, а заниматься этим находясь в пути — не было большого смысла. Мы бы всё равно добрались не сильно позже посыльного.

Преодолев небольшой сад, наш кортеж выехал на открытое пространство перед домом.

Первой из кареты выскочила Тисия. Она так ловко спрыгнула вниз, притом, что была на небольших каблуках, что я аж дар речи потерял. Ей совсем недавно исполнилось тридцать три, а она скачет как сайгак. Нет, это конечно, небольшой возраст, но я помню, как в свои двадцать восемь чувствовал себя дедом. Либо её ребяческий образ мышления помогает, либо в этом мире все гораздо подвижнее в любом возрасте. Есть ещё вариант, что я просто был лентяем, чьё тело стало разваливаться, не достигнув и тридцати. Но