Протокол наблюдателя - Айна Суррэй

— То, что ты относила ему чай, не делает тебя убийцей, — Вейна коснулась ладонью ее плеча. — Его готовила не ты, и это знают все. Они никогда не найдут те флаконы… Не найдут ведь?

— Я выкинула их с центральной платформы, как ты и говорила. Внизу лес, но вдруг найдут?! А если на них и твои отпечатки? И поставщика? Если узнают, что ты испортила защитные доспехи?! — Ярели практически захлебывалась в своих слезах. Она издала громкий протяжный стон, настолько отчаянный, что больше походил на вой приведения, заточенного в Акрополе тысячелетия. — Я п-просто… хотела стать териссой… Если б-бы… Кириан с-сразу… был… н-наследником трона…

— Успокойся, — чуть строже произнесла Вейна. — Истерикой делу не поможешь. Внизу непроходимый лес, несколько маленьких флаконов там никогда не найти.

— Ты не понимаешь! — Ярели сорвалась на истеричный писк. Подскочила с места, судорожно вытирая слезы с щек. — Ты не видела, как Кириан работает! Как проверяет каждую цифру! Он найдет… Он все найдет. Все связи. Все нестыковки. На всех. Наверняка терон дал ему полный доступ, а это… Это значит конец для всех. Там обязательно будет то, из-за чего начнется внутреннее расследование, и на эшафот пойдем мы все!

Вейна выпрямилась. Прошлась по комнате, уставившись куда-то в пустоту. По коже бегали мурашки, впервые за столько времени. Она чувствовала, как внутри все сжимается, и от этого кровь начинала кипеть в необъяснимом чувстве азарта. Девушка резко остановилась.

— Не кричи. Здесь слишком много лишних ушей.

— Давай просто… Убежим? Куда-нибудь. Куда угодно!

— Это вызовет еще больше подозрений. Мы будем делать вид, словно переживаем за здоровье Элиара и сильно удивляемся, зачем кому-то поступать подобным образом. Именно поэтому ты сейчас же должна пойти, умыться, поправить макияж и отправляться на Собрание Благородных Дам[1]. Я приду чуть позже, как всегда.

[1] Собрание Благородных Дам — ежемесячное собрание супруг, невест и дочерей тех, кто входит в Совет Лордов. Они выполняют роль поддержки мужчин своей семьи, выступая в роле советниц или помощниц. Подобные собрания необходимы для обсуждения смежных вопросов, порученных им.

— Хорошо, — Ярели шумно выдохнула. — Ладно… — она провела языком по пересохшим губам. Рваными движениями поправила растрепавшиеся волосы. — Но мне так страшно… Я не хочу умирать…

— Все обойдется, — пообещала та. — Если нет — я найду выход. Иди, тебе нельзя опаздывать.

— Буду надеется на лучшее… Да хранят нас Луны, — Ярели отозвалась немного осипшим голосом, лишенным всяких эмоций.

Когда Ярели вышла, Вейна наконец-то осталась одна. Она провела ладонями по плечам, позволив сбившемуся дыханию сковать грудь. Несмотря на будоражащий ужас, разливающийся по телу, на губах играла несвойственная ей улыбка. Немного глупая, и самую капельку — безумная, передающая восторг и непонимание.

— Кириан Вилларис… — прошептала она, смакуя имя на алых губах. — Кто же ты такой на самом деле?

Вейна подошла к туалетному столику, вынимая из косметички небольшой темно-синий пузырек с серебряной крышечкой. Девушка сжала его в кулаке, и довольно быстро убрала в карман темного платья, висящего на манекене.

Девушка скользнула пальцами вверх по шее, и вслед за невесомым прикосновением по коже побежали тонкие ниточки особого передатчика. Они затронули всю гортань и скользнули за ушную раковину.

«Тебе запрещено выходить на связь» — в голове раздался низкий женский голос, не знающий ни любви, ни пощады. Зато умеющий отдавать четкие приказы, невыполнение которых карается жизнью.

— Обязана доложить о своем возвращении в ближайшее время для прохождения процедуры плетения А-три, — несмотря на то, что Вейне пришлось произнести самые позорные и страшные в своей жизни слова, улыбка слышалась в голосе.

«Ты смеешь радоваться, когда висишь на волоске от смерти?»

— Кириан Вилларис вернулся… Другим. И я подозреваю подмену, но не могу конкретизировать, какого типа. Поэтому мне придется рискнуть и временно вернуться. Он умен. Невероятно умен, нахален, находчив и показал себя в качестве превосходного стратега и аналитика. Полагаю, Кириан специально выманил Ярели из комнаты и позволил увидеть судмедэксперта, чтобы ее комнату успели обыскать. Предыдущая стратегия не подходит, я начала этап ликвидации.

«Да ты в восхищении… — в голосе женщины послышалась легкая усмешка. — Впервые слышу от тебя подобные слова. Должно быть, он действительно опасен».

— Невероятно опасен, и абсолютно неподконтролен.

«Я поставлю вопрос перед стратегическим отделом. Когда возвращаешься?»

— Полагаю, к вечеру вопрос закроется, — Вейна сделала небольшую паузу, позволив себе собраться с мыслями. — Маар[1], прошу дозволения на самостоятельное планирование без вовлечения лишних умов. С ним я обязана разобраться лично…

Женщина выдержала длительную паузу, обдумывая ее просьбу, а затем продолжила:

«Данный вопрос будет поднят на Протоколе после твоего отчета».

— Благодарю за понимание. Этот вердан… Определенно способен доставить множество непредвиденных проблем.

[1] Маар — уважительное обращение к матери, занимающей высокую должность и имеющей огромное влияние в какой-либо сфере.

Когда Ярели выскочила из комнаты и застучала высокими каблуками, Стелла выглянула из-за поворота. Стоило девушке скрыться из виду, она быстро юркну в чужую комнату. Тейдан же спокойно прошел следом, совершенно никуда не торопясь.

— Фу, блин, — Стелла кашлянула. Тяжелый, сладкий аромат духов пропитал практически все помещение, отчего захотелось открыть окна. Она бегло окинула взглядом пристанище сумасшедшего модельера: вокруг золото да серебро, множество шкафов с одеждой, манекены с пышными платьями, целая куча коробок с украшениями. Причем не шкатулок, а именно коробок.

— Справишься? — Тейдан скрестил руки на груди, оставшись стоять близ двери. Словно собирался врезать любому случайно вошедшему.

— Да. Я привыкла работать в рамках месяца, но чуть дальше тоже промотать смогу, хоть и с натягом. Четкость пропадет.

Стелла вышла в центр комнаты и подняла руки. Провела пальцами по воздуху, словно нажимала на невидимые клавиши или дергала за тончайшие струны реальности.

Сначала появились едва уловимые глазом тени, отчего Тейдану показалось, словно пора сходить к окулисту. Затем проступили полупрозрачные силуэты, скользящие вдоль помещения практически бесформенной дымкой. Они метались из стороны в сторону, подобно ускоренной перемотке. Пока Фэрроу наблюдал за призрачной вакханалией, Стелла видела в каждом прерывистом движении память. Ее глаза улавливали куда больше деталей. Уши слышали неподвластное чужому слуху. А голова начинала кипеть от звучания звонкого голоса в голове, ставшего эхом для Тейдана, но несущем смысл для Стеллы.

Ар-Вин продолжала прокручивать время. Видела Вейну, их посиделки, слышала разговоры и