Елена Ларичева - Охотник И Его Горгулья
- Теперь понятно, почему ни один маг не пожелал рассказать колдунам, что из себя представляют их идолы! - мрачно замети Фехай.
- Погоди ты! - шикнула на него Виреса. - Почтенные, - обратилась она к этим странным существам в грубо сшитых нарядах красного и персикового цвета. - Нам нужно найти ваших старейшин.
Ее не поняли. Очевидно, в знак почтения они прикладывали перепончатые пальцы к вискам и вежливо скалились кривыми острыми зубами. Разглядывая их незамысловатые наряды, я обратил внимание на грубые металлические поделки, соседствующие с искуснейшими украшениями. Пока моя невеста пыталась объяснить, с кем именно мы жаждем встретиться, я поделился своими соображениями с остальными.
- Ты прав, Ванитар, согласилась Нюка. - Произошло нечто такое, отчего эти ребята резко отупели. Былая сила неназванных не вызывает сомнений, но сейчас по Шеехру, словно пожар по засушливому лесу, распространяется вера во Всевеликого Тардена. А древние боги молчат.
- Старые. Те, что уже жили, когда вы родились, - выбилась из сил Виреса. - Мудрее вас.
Люди- ящерицы, называющие себя карестарами, зажужжали и с боязливым благоговением указали вверх.
- Обалдеть! - в который раз фыркнул Тирель.
Виреса попыталась выяснить, как забраться наверх, но эти тупые ребята замахали лапами, мол, никак. Захотят великие, сами заберут. Мы еще больше запутались - что за великие?
- Значит так, обратилась к нам Нюка. - Я бы полетела одна, но не понимаю, о чем они лопочут. У них есть веревки? Вы свяжите лестницу, а я закреплю ее наверху.
В течение следующих двух часов я лишний раз убедился - моя Виреса необыкновенная. Она лихо организовала сбор веревок, поясов, лент, больших кусков ткани, а мы вязали узлы. Хотя, среди нас не было ни одного оборотня, кое-какими навыками преобразования неживой материи мы владели, так что лестница вышла вполне прочной.
Карестары с интересом наблюдали за нашими действиями. Их собралось уже сотни три, и они все прибывали. Вели они себя миролюбиво, но по-детски, с интересом трогали нашу одежду, выманили у меня часы, у Тиреля стянули шейный платок, у Виресы заколку. С Фехая вообще сняли куртку и целой кампанией разглядывали блестящие застежки.
Еще через полтора часа, я уже карабкался вслед за Тирелем. Внизу караулить лестницу, привязанную к мухомороподобной крыше одного из домов, остались Фехай с Виресой. Вверху дожидалась горгулья.
Миновав светящееся облако, благоухающее сильнее любой парфюмерной лавки, я почувствовал, что меня со всей силы тянет к потолку.
- Ванитар! - долетел до меня голос Тиреля, почему-то поднимающегося ногами вверх. - Давай как я!
И я понял. Здесь верх и низ поменялись местами. Теперь нам предстояло спускаться в точно такое же селение. Нет, не такое. Дома оказались гораздо больше и состояли их четырех-пяти "ракушек". Вместо мухоморов я разглядел купола, на вершине которых торчали остроконечные башенки…
Едва мы ступили на свод… пол… впрочем, неважно… Так вот, едва мы там очутились, как ящер в щегольском черном костюме, которому позавидовал бы даже самый влиятельный маг, величественно взмахнул рукой и прожужжал:
- Вам туда.
Я не сразу понял, что говорит он на всеобщем наречии.
- У них что, гости каждый день бывают? - я ошеломленно проводил его взглядом. Но Тирель меня тянул за руку туда, куда указал этот модник, и где я разглядел нашу Нюку. Она преспокойно сидела на камне в окружении четырех таких же нарядных ящеров.
- Ванитар, Тирель, скорее сюда! Знакомьтесь: Ясу, Ис, Сит, Нин. Они говорят по-нашему и мне такое рассказали!
Итак, то место, куда мы попали вначале, предназначалось для выращивания молодняка. Когда кто-то из старых карестаров, живущих здесь, был готов переродиться и отправиться в море навсегда, он выбирал преемника среди молодых и передавал ему свои знания.
- Но какие знания могут быть, если ваш мир ограничивается только этой пещерой? - вырвалось у меня.
- Почему "только"? - не обиделся ящер, кажется, Ясу. - Наши подземные владенья огромны. И еще у нас есть море, где мы проводим большую часть жизни, и куда, устав от земного существования, уходим навсегда. А еще мы видим весь мир.
В тот же миг меня захлестнули видения городов Шеехра и других стран, в которых я не был. Я поразился невиданной силе, сконцентрированной в щуплой ящерице-переростке.
- Верим, верим! - поспешно согласился Тирель, переживший то же самое.
Я осторожно поинтересовался: согласятся ли великие создания сдать кровь на благо истово поклоняющихся им колдунов.
- А-а-а, это… Сделаем!
Вскоре мы с Тирелем убедились - мы тоже ни за что не расскажем колдунам, какую жидкость принесем из подземелий. Легендарное средство для создания блокирующих амулетов - это всего-навсего напиток - перебродившая настойка подземного мха и плесени. Только цвет ее мне очень не понравился. Он оказался сероватым, мутным, с золотистыми бликами в глубине.
- Так и быть, добавим сюда самое главное, чтобы не разочаровывать истово верящих в нас!
Ясу оскалился и царапнул когтем запястье. Несколько зеленых капель упали в чан с вином. Так же поступили и остальные трое ящеров. Они монотонно зажужжали, и жидкость закипела, приобретая золотистый цвет и слабое сияние…
Наше возвращение на поверхность было куда более быстрым и легким. Магия ящериц подхватила нас, закружила и вынесла через дымящееся винными парами жерло вулкана, протащила по воздуху почти до храма неназванных и мягко поставила на землю, при этом сбив с ног хитреца Сивироля. Но тот даже не обиделся, тем более, когда получил восемь полных бурдюков с "божественной кровью".
На следующий день мы с Виресой вошли в храм. Нам пел целый хор колдунов в свете сотен лампад, стоящих на полу, развешенных на стенах. Огромные чаши с гудящем в них пламенем свисали с высокого свода на металлических тросах. При каждом шаге на каменных плитах вспыхивали письмена, змеились в разные стороны, разбегаясь к стенам зала…
Тирель стоял слева от проводившего обряд Сивироля и держал в руках глиняную чашу с золотыми монетами. Нюка с Фехаем замерли в стороне. Нам, магам, было нелегко находиться среди такого количества колдунов, но мы терпели.
Сивироль приказал мне с Виресой присесть на корточки и долго читал заговор на любовь, водя связкой амулетов над нами. Я вспомнил - союзы, скрепленные жрецами неназванных наиболее долговечны и счастливы. Потом, под стук жезлов и звон бубенцов, прикрепленных к ним гирляндами, под завораживающее пение хора у наших ног разбили горшок с золотом. Мы ступили на блестящие монеты.
- Деньги - пыль у ваших ног! Пусть их будет столько, чтобы вы не задумывались о них. Думайте только о любви, - торжественно провозгласил жрец, снимая с запястья Виресы браслет влюбленных. И тут же, не дав нам опомниться, ловко одел мне и ей широкие металлические свадебные браслеты с крупными красными камнями. В храм словно ворвался ветер, слизал пламя со всех лампад кроме тех огромных, подвешенных под потолком. Между нашими браслетами завертелись красные огоньки, щекоча запястья.