Наталья Кузнецова - Ведьма 2000
«Уклонятся, бежать, уклоняться, бежать…»- словно дробь стучала в её голове мысль.
Но этот марафон не прошёл бесследно для Ливии. Дыхание стало прерывистым и тяжёлым, ей стало казаться, что это мука не кончится никогда, и она более ничего в жизни не увидит, кроме этого мрачного пейзажа. В видении всё было гораздо быстрее и легче, явь же оказалась тяжелее, к тому же, там её ни кто попутно не пытался убить. Ноги будто налились свинцом, и девушка едва ими передвигала, всё чаще спотыкаясь. Пот, кативший с неё градом, попадал в маленькие царапинки на лице, и те противно щипали, раздражая. Пыль покрыла Лив буквально с головы до ног, а холодный ветер своими порывами замедлял движение и не давал вздохнуть полной грудью. Всё чаще она чувствовала сильные руки Габриеля, подталкивающие её вперёд. Девушке хотелось упасть и остаться лежать, отключить сознание от кошмара, творившегося вокруг.
«Последний отрезок!» — внезапно просигнализировал внутренний голос.
Вглядевшись вперёд, Оливия с небывалой радостью уставилась в сумрак, на миг позабыв обо всём на свете. В поле её зрения, наконец, замаячила громада древнего склепа, того, что явился ей в видении. Там, как Оливия чувствовала и теперь твёрдо знала, в его недрах спрятаны Чёрные Врата, открывающие путь в ад. Там же их ждёт последняя битва с Ангелиусом, и девушка очень надеялась, что демон не слишком сильно опередил их.
— Габриель, мы почти на месте! Склеп, нам надо в склеп! — задыхаясь от стремительного бега, прокричала Ливия.
Тут рёв боли взвился ввысь, а порыв ветра разнёс его по кладбищу, делая ещё более пронзительным. Очередная атака архангела увенчалась успехом, и смертоносный луч света поразил злобную тварь. Девушка инстинктивно обернулась на вопль и смогла заметить, как один из преследовавших их с Габриелем демонов, корчась в муках и голося от боли, растворился воздухе. Зрелище, надо сказать, было впечатляющим, так как оставшиеся два монстра так же остановились и взирали на смерть своего собрата. Только на её спутника это не произвело никакого впечатления. Он буквально подлетел к ней и подтолкнул вперёд, грозно прокричав:
— Не останавливайся! Беги!
Это было именно то, что нужно в данной ситуации, так как пришедшие в себя монстры, взревев, пошли в наступление. Они осыпали их с архангелом такой стремительной и беспрерывной чередой ударов, что им пришлось срочно искать укрытие за одним из надгробий. В глазах сжавшейся подле парня девушки заискрило от огненных шаров и молний.
— Я их отвлеку, а ты беги изо всех сил к склепу! — быстро проговорил архангел.
— А как же ты? — начала было Ливия.
— Сейчас не время спорить! — жёстко оборвал её он. — Насчёт «три» беги! Ты поняла?
— Да, да! Я поняла! Будь осторожней!
Габриель удовлетворённо кивнул и, приняв удобную для атаки позу, предупреждающе взглянул на неё.
— Раз, два…
Когда парень крикнул «три» и, изогнувшись, с воинственным кличем бросился очертя голову навстречу мерзким тварям, Оливия со сжимающимся в тревоге о нём сердцем бросилась бегом. Вот только один из демонов оказался до того проворным, что, проскользнув мимо летящих в него лучей, погнался за ней, зловещей тенью следуя по пятам и изрыгая раскалённую лаву. Одна из наиболее удачно метнувшихся в её сторону струй едва не попала в цель, тем самым чуть не закончив дни девушки на грешной земле. Однако Ливия вовремя заметила угрозу и проворно рванула за ближайшую из статуй. Именно она в тот миг спасла ведьме жизнь. Твёрдый мрамор под кипящей жидкостью растаял, как песок. Но адское создание не смирилось с промахом и швырнуло в улепётывающую девушку энергетический шар. Тот пролетел в дюйме от нее, обдав жаром и опалив локоны, а затем взорвался.
Ведьму в то же мгновение будто пушинку отшвырнуло куда-то в сторону и со всего маха впечатало в каменный покосившийся крест. Перед глазами поплыли круги, а воздух единым порывом вырвался из легких. Ливия в полубесчувственном состоянии сползла на землю, краешком сознания чувствуя, как в теле появляется странный озноб. Секундой спустя он сменился сковывающим конечности холодом. Лицо и затылок залила горячая влага, стекая струйками за шиворот и пропитывая одежду. Внутри раскрывалось жерло пустоты и тьмы, постепенно засасывающее её. Сил бороться у девушки не было. Уже практически полностью погрузившись в безнадёжную черноту и находясь на зыбкой грани в слабых попытках удержать ускользающее сознание, Оливия почувствовала, как её тормошат. А едва различимый и слабый голос Габриеля взывает к ней, пробиваясь сквозь густую пелену, окутывающую сознание.
— Ливия! Ливия! Не смей… ты слышишь?! Не смей уходить!
«Ну вот и ещё одно моё видение стало явью. Только, к сожалению, от этого не легче!» — усмехнулась мысленно девушка.
В следующий миг она унеслась в благословенное забвение, отгородившись от мирской суеты.
Ливия обеспокоенно глядела на бледное лицо Габриеля, цветом своим напоминавшее простыню, которой он был укрыт. При этом его длинные красивые ресницы особенно чётко выделялись на коже. Даже чувственные губы парня побледнели, приобретя синеватый оттенок. Девушка нежно провела кончиками пальцев по щеке архангела и поправила полотно, сбившееся на бок, тем самым обнажив его увечья. На боках можно было заметить жуткого вида шрамы и рубцы. За прошедшую после битвы неделю раны затянулись, а ожоги практически исчезли, оставив после себя пятна розового цвета. Но самые ужасные раны, которые исполосовали спину парня, ранее превратив её в сплошное кровавое месиво, а теперь зажив и став лишь белыми полосами, по-прежнему не сходили с кожи. Это она прекрасно видела, так как Охотник лежал на животе.
Девушка грустно улыбнулась. Когда-то она спрашивала Габриеля: «Где твои крылья?», не видя их на предполагаемом месте. Да и затем, после того, как убедилась в их наличии у архангела, приходила в недоумение, не понимая, куда они исчезают поле того, как он их складывает. Теперь же она нашла ответы на все свои вопросы. Сквозь шрамы на плечах и спине можно было рассмотреть чёткие контуры того, что очень напоминало земную татуировку. Только, надо сказать, «тату» была сделана просто мастерски. Каждое траурного цвета перо выглядело просто невероятно живо и отчётливо. Крылья всегда были с ним, да и как иначе, если он истинный архангел Света.
Однако, не глядя на это, исцеление всё равно проходило слишком медленно. Ранее за семь дней у него не должно было остаться ни единого намёка на раны. А теперь… Такое безрадостное положение вещей могло значить только одно: Сил у него для миссии на Земле осталось очень мало. К тому же, если учесть то, что в решающий момент Габриель их не жалел.