Олекса Чернышев - Не стреляй в ангела

Гаутама задумчиво посмотрел вдаль, где открывалась величественная панорама дикого леса Юнхэ. Наверное он вспоминал свои прежние схватки с вуквинами в те далекие годы, когда он еще только появился в этих местах.

— Вуквин — это злобный хищник, — продолжил Гаутама. — Он часто нападает первым, его ничего не пугает — ни огонь, ни большое количество людей. Он не просто убивает свою жертву, как это делают знакомые тебе хищники — тигры, львы или волки. Он получает наслаждение от мучений своей жертвы, так как чем медленней и трудней она погибает, тем более полно он насыщает свой голод. Не стоит проигрывать схватку с ним, ох как не стоит!

Гаутама был серьезен как никогда. Я не видел его раньше с таким выражением лица: плотно сжатые губы, глубокие морщины у рта и жесткий взгляд. Выходит, что даже у Гаутамы с вуквином были связаны не очень-то приятные воспоминания. Он долго молчал, устремив свой взор куда-то вдаль, но внезапно сбросил с себя оцепенение и продолжил:

— Его нелегко сразить, и поэтому, если вдруг даже я начну спонтанно менять свой облик — хватай Ордогот и отрубай мне голову. Вуквин может играть роль человека весьма искусно. А уничтожить его можно только отсечением головы, и ты всегда почувствуешь, где она находится.

— А вдруг это окажетесь все-таки вы? — счел необходимым поинтересоваться я.

— С теми знаниями и силами, которыми ты обладаешь, меня ты убить не сможешь. Так что не беспокойся на этот счет, — ответил Гаутама. — К тому же, здесь вуквины не появлялись уже лет двести. Их ореал обитания находится ближе к сумеречным землям, так как они сторонятся людских поселений. Я думаю, что завтра утром тебе стоит отправиться туда и вплотную заняться поисками вуквина. Как только ты его убьешь и завладеешь его мощью, тебе следует отправиться в глубь сумеречных земель, туда, где царит вечная ночь. Где-то там тебе предстоит сдать экзамен своему богу, и я не знаю, каково будет твое испытание. У каждого человека и у каждого бога экзамен свой. Единственное, в чем я могу тебя уверить, так это в том, что если ты пройдешь свое испытание успешно — ты это сразу поймешь. Если не выдержишь — понимать это будет уже некому. Я не буду тебя сопровождать, так как это твоя жизнь, и тебе решать как ей распорядиться.

Мы надолго замолчали. Гаутама медитировал, и я видел, как его магическое тело проникало в другие миры, почти исчезая из мира Юнхэ. Наверно он прогуливался по каким-то далеким, знакомым ему одному местам, и я не посмел ему мешать. Меня обуревали мысли по поводу предстоящего похода в дальние и таинственные сумеречные земли.

Утром наш завтрак прохошел в полном молчании. Я был мысленно уже в дороге, и Гаутама приготавливался к своему одиночеству.

Ему не привыкать оставаться одному, — подумал я. Мне было жаль расставаться с этим стариком, который потратил на меня столько времени. По воле богов или по своей воле, какая в конце концов разница?

Я укрепил Ордогот за спиной при помощи веревки, взял с собой с десяток плодов, и таким образом мои сборы в дорогу закончились.

— Спасибо вам, Гаутама, за то, что вы сделали для меня, — сказал я с грустью.

— Не стоит благодарить меня, — ответил он. — Глядя на тебя, я вспоминал себя в твоем возрасте, и все последние месяцы мы провели не так уж плохо!

— Я обязательно навещу вас, — сказал я.

— Не обещай. Кто знает, как все повернется?

— Мне хотелось бы встретиться еще.

— Вот это уже другой разговор, — улыбнулся Гаутама. — Скажу тебе по секрету, я тоже не прочь еще раз-другой поупражняться с тобой на мечах. Боюсь, правда, что в следующий раз ты меня одолеешь.

— До встречи! — сказал я и быстро зашагал прочь, в ту сторону, в которую еле заметно клонилось солнце.

— Счастливого пути, — донеслось мне вслед. Я не обернулся и только ускорил шаг.

Я выбирал дорогу так, чтобы путь пролегал вдоль невысокой горной гряды, которая простиралась в нужном мне направлении и терялась за линией горизонта. Вдоль гряды почва была более каменистой чем в низине, и растительности на ней было меньше. Я продвигался быстро, и по моим приблизительным подсчетам, за день мне удалось пройти километров семьдесят. Местность изменилась неузнаваемо: на смену густому, непроходимому лесу пришла лесостепь с редкими невысокими деревьями, растущими небольшими группами.

Я заметил высоко в небе черную точку. Минут через пять она увеличилась настолько, что стали заметны широкие крылья, обладатель которых был размером примерно со среднего быка. Я вспомнил рассказы Гаутамы об обитателях саванн. Похоже на то, что это был волкокрыл, свирепый хищник открытых пространств. Он сразу заметил меня на своем участке, как только я вышел из леса и стал хорошо виден сверху. Теперь он неторопясь снижался, уверенный в том, что добыча от него уже не уйдет.

Как и все обитатели Юнхэ, волкокрыл убивал свою жертву не только при помощи гигантских клыков, острых когтей и мощных ударов крыльев, но и посредством своих магических отростков, которыми он обхватывал добычу подобно осминогу и удерживал ее в течении необходимого времени. Из слов Гаутамы я знал, что нужно делать в случае нападения волкокрыла, и надеялся, что Гаутама ничего не упустил в своем рассказе. Выбрав дерево потолще, я встал рядом с ним, спиной к стволу. Я выхватил Ордогот и крепко сжал его в руке, приготовившись к нападению.

Волкокрыл снижался все быстрей, так что через минуту он описывал круги почти над самым деревом, шумно рассекая воздух перепончатыми крыльями, поросшими коротким и жестким мехом. Я уловил в воздухе легкий незнакомый запах, который с приближением хищника превратился в едва выносимое зловоние.

С каждым кругом волкокрыл подбирался к дереву все ближе и ближе, пока не начал задевать своими крыльями развесистую крону. Дерево мешало ему спикировать на меня, сбив с ног своей массой, чтобы уже после этого неспешно прикончить, поэтому волкокрыл изменил свою тактику так, как я и рассчитывал. Он завис на одном месте, словно гигантская колибри. Его крылья бешено молотили воздух, подобно лопастям взлетающего вертолета, удерживая в воздухе огромную тушу, которая медленно приближалась ко мне, ощитинившись клыками и когтями.

Я уловил движение в магической сфере. Невидимые глазу щупальца твари приближались ко мне, готовые обвить и задушить. Но я выдвинул далеко вперед свои магические руки, схватившись с противником вплотную. Волкокрыл был всего лишь зверем, а искусство владения магией зависит от уровня интеллекта, так что несмотря на неравные весовые категории, мне удавалось легко сдерживать магический напор противника.