Вольный лекарь. Ученик. Том 5 - Сергей Витальевич Карелин

— Мало, — мотнул он головой.

— Двадцать. Больше не могу, — ответил я, видя, что старик уже начал колебаться.

— Хм… Ладно. Давай двадцатку, и камень твой, — кивнул он.

Я всегда носил рюкзак с деньгами с собой, поэтому вернулся к своему столу, распахнул ворот рюкзака и, убедившись в том, что никто не подсматривает, полез за деньгами. К счастью, я успел накопить достаточно, когда жил в Иркутске, к тому же накопленное Ерофеем прихватил, поэтому не боялся остаться без денег.

— Держите, — протянул я сложенные купюры.

Мужчина пересчитал их и даже посмотрел на свет, проверяя, настоящие деньги или нет, и только после этого отдал мне сверток.

— Слушай, я тебе сейчас свой адрес напишу. Когда узнаешь, что за камень, напиши мне, а то жуть как интересно, — он полез в карман и вытащил смятые листки бумаги и огрызок карандаша. — Обратно я у тебя его не попрошу, но не смогу спокойно спать, пока правду не узнаю. Любопытный я с детства.

— Хорошо, напишу, — пообещал я и забрал лист с адресом.

Доев свой остывший ужин, расплатился со служанкой, попрощался со старателями, которые все еще сидели за столом и обсуждали свою работу, и поднялся к себе. Когда запер дверь и зажег свечу на столе, опустился на скамейку и развернул сверток. На меня вновь хлынул поток магической энергии. Я поостерегся брать его в руку и только внимательно осматривал.

Камень был идеально гладкий, без вкраплений. Я провел по нему пальцем и почувствовал теплый поток, растекающийся по руке. Неужели остальные не чувствуют эту энергию? Странно.

Полчаса я осматривал камень, прикладывал его к себе и даже нюхал, но не мог понять, что это за энергия и почему она не накапливается во мне, а лишь расходится, как тепло от печи.

Наконец я убрал его на самое дно рюкзака и лег спать. Чувствую, когда-нибудь я разгадаю его секрет, но точно не сейчас. Видимо, еще не пришло время. Но я умею терпеливо ждать.

На следующее утро, перед тем как умыться, я снова полез в рюкзак и вытащил камень. Теплая волна прокатилась по всему телу и взбодрила меня. Ну что ж, хоть на что-то он сгодился.

Спустившись в трактир, увидел, как девушка-служанка сонно перемещается между столами и смахивает крошки на свой подол.

— Доброе утро, красавица, — улыбнулся я ей.

— Доброе, — буркнула она. — И чего вам не спится? Я бы до обеда голову от подушки не отрывала. Так спать хочется, — пожаловалась она и подавила зевоту.

— Могу помочь, — предложил я, на что девушка испуганно отшатнулась. Уж не знаю, что она подумала, но пришлось объясниться, чтобы успокоить:

— Я — знахарь и знаю, как быстро прийти в чувство после бессонной ночи.

— И как же? — заинтересовалась она, успокоившись.

— Дайте руку.

— Зачем? — вновь напряглась она.

— Ничего страшного делать не собираюсь. Лишь повожу пальцем по вашей ладони, — улыбнулся я.

Девушка осторожно протянула руку, на которой я нарисовал руну «Бодрости».

— И правда лучше стало, — обрадовалась она, когда руна вспыхнула и пропала, одарив девушку потоком моей энергии. — Даже силы появились.

— Вот и замечательно. Тогда принесите мне яичницу и чай с молоком, а заодно подскажите, куда мне сходить в вашем городе? Может, достопримечательности есть?

— Есть, конечно, — с готовностью ответила она. — Город у нас большой и красивый. Можно в сад Горохова сходить или в храм Лика Истинного, что стоит на площади.

— Нет, в храм точно не пойду. Да и в саду мне неинтересно будет, — мотнул я головой.

— Ну тогда можно в театр сходить. Купец Королев открыл. Говорят, там спектакли интересные ставят. Я однажды там была. Так смеялась, что даже опися… Ой, — она раскраснелась и, чтобы скрыть смущение, быстро продолжила: — а еще можно купеческие усадьбы посмотреть на улице Астахова и в наш краеведческий музей сходить.

— Ладно, прогуляюсь, — кивнул я и хотел пройти за стол у окна, но она схватила меня за рукав.

— Сходите в Анатомический музей. Недавно открылся. Я там не была, но, говорят, там такая жуть, что даже страшно становится.

— Что еще за жуть? — заинтересовался я.

— Куски тел, органы и прочее, — вытаращившись, прошептала она. — В общем, я туда ни за какие коврижки не пойду, но тем, кто любит нервишки пощекотать — самое место.

— А где он находится?

— На проспекте Говрилина. Большое такое здание с колоннами.

— С колоннами? Странно, не видел ни одного каменного здания.

— В центре каменных полно, а здесь их нет. И хорошо, я считаю. Камень — он холодный, а дерево — теплое. Тем более наши мастера так стараются, что глаз радуется. Будто не по улице идешь, а по музею.

— Это верно. Еще нигде не встречал так нарядно украшенных домов, — признался я и сел за стол.

Служанка принесла мне завтрак и продолжила уборку. Вскоре друг за другом начали спускаться остальные постояльцы. Я дождался, когда наступит восемь утра, вышел на улицу и, уточнив у прохожего, где находится проспект Говрилина, двинулся в указанном направлении.

День был хороший, солнечный. Прохожие доброжелательно улыбались. Даже собаки брехали не так зло, как в других местах. Будто все здесь радовалось моему прибытию. А может, все дело в том, что у меня было превосходное настроение. Во-первых, я выспался. Во-вторых, плотно и вкусно позавтракал. А в-третьих, заполучил такой удивительный камень. Рюкзак был у меня за спиной, поэтому даже через плотную ткань я чувствовал тепло, исходящее от него.

В центре города, как и говорила служанка, начали попадаться каменные дома. Среди разноцветных украшенных деревянных домов они выглядели блеклыми и безликими.

Прохожие направили меня прямо к Анатомическому музею. Я подошел к большому каменному зданию с колоннами, но, как только я начал подниматься на крыльцо, мне навстречу вышел строгий усатый мужичок в ливрее и фуражке.

— Учеба закончилась. В университете никого нет.

— Разве не здесь находится Анатомический театр? — удивился я и прищурился, силясь разглядеть надпись на вывеске у двери.

— А-а, музей, — он махнул рукой куда-то налево. — Вам надо за угол завернуть. Он в бывшем химическом корпусе.

— Ясно, спасибо.

Я