Академия Равессар - Ксения Кано

На моей остался двадцать один.

Эннар поднялся над чертой. Я опустилась под неё.

Изменение произошло почти сразу, при нас.

Я почувствовала, как свело живот.

— Спасибо, — сказал он тихо.

Я убрала пластину, не глядя на доску.

— После испытания поговорим.

Если останется о чём.

Последняя проверка проходила в западных учебных дворах. Задача состояла из трёх частей: найти обозначенный груз по неполной схеме, определить безопасный путь и доставить его к месту сбора.

Груз был посильным для одного человека. Трудность заключалась не в весе, а в том, что несколько участков объявлялись опасными. Их можно было распознать по следам, предупреждающим знакам и состоянию построек.

За каждую выполненную часть давали балл. За вход на запрещённый участок снимали два.

Я знала условия заранее.

Теперь три возможных балла перестали быть желательным дополнением. Мне требовались все.

Преподаватель выдал схему и указал на вход.

— Время пошло.

Я заставила себя не бежать сразу.

Первый поворот на бумаге выглядел удобным. На месте там стояла низкая арка, а за ней виднелась нужная стена с белой отметкой. Я уже шагнула в ту сторону, когда заметила свежую каменную крошку у основания.

Остановилась.

Наверху, под перемычкой, проходила тонкая трещина. Рядом лежала оборванная сигнальная нить.

Я отметила участок на схеме и пошла в обход.

Груз нашёлся в небольшом помещении без двери: ящик с металлическими скобами, запечатанный учебной пломбой. Я сверила знак, не открывая крышку, и проверила путь назад.

Короткая дорога проходила между двумя перегородками. На полу блестела вода.

Я присела, коснулась края лужи кончиком деревянной щепки и увидела под ней тёмную полосу. Не обычный сток — обозначение учебной ловушки, почти скрытое влагой.

Время уходило.

Хотелось решить, что я достаточно лёгкая и просто перепрыгну.

Я представила, как преподаватель снимает два балла за попытку спорить с условиями, и поднялась.

Обход оказался длиннее. Ящик пришлось дважды переставлять, чтобы пройти между опорами. Плечо заныло, но не настолько, чтобы мешать. Я несла груз, не торопясь на поворотах, и слушала звуки снаружи, пытаясь понять, сколько осталось времени.

У последней стены услышала предварительный сигнал.

Сердце ударило быстрее.

Я ускорилась, затем тут же сократила шаг: впереди лежала осыпавшаяся кладка, и подвернуть ногу сейчас было бы особенно глупо.

За поворотом показалась площадка сбора.

Я дошла до размеченного квадрата, поставила ящик и только тогда выпрямилась.

Окончательный сигнал прозвучал через несколько мгновений.

Преподаватель подошёл, проверил пломбу и протянул руку за схемой.

Я отдала лист, стараясь не дышать слишком громко.

— Почему не пошли под аркой?

— Свежая трещина и оборванное ограждение. Отметила, как опасный участок.

— Вода в проходе?

— Под ней сигнальная полоса. Обошла слева.

Он сверил отметки, посмотрел на время и сделал запись.

— Три балла. Груз найден, опасные места определены, доставка в срок.

Я несколько мгновений не могла ответить.

— Свободны, Вейл. Следующего задерживаете.

Только тогда я отошла.

У доски было тесно.

Мой счёт уже обновился. Двадцать четыре.

Фамилия стояла над красной чертой — последней строкой перед ней.

Я перечитала несколько раз, словно могла ошибиться в расположении букв. Подо мной оставались двадцать имён. У ближайшего было на один балл меньше.

До закрытия счёта оставалось ещё немного времени.

Эннар нашёл меня у стены.

— Как прошло?

Я показала на строку.

Он посмотрел, потом перевел взгляд на меня.

— Теперь главное, чтобы больше ничего не изменилось.

— Очень полезное замечание.

Мы остались ждать.

Кто-то рядом получил перевод и поднялся выше. Красная линия сместилась, затем вернулась, когда внесли результаты ещё одной проверки. Я перестала считать, сколько раз доставала пластину.

Наконец по поверхности доски прошла широкая серебряная полоса.

Числа перестали мерцать.

Ксарен вышел к собравшимся.

— Счёт закрыт. Результаты закреплены.

Я посмотрела на своё имя.

Оно осталось над чертой.

Выбывших вызвали отдельно.

Не все уходили спокойно. Один адепт требовал пересчитать результат последнего задания. Другой стоял у доски и смотрел не на свою фамилию, а на человека, который обещал передать ему баллы и не передал.

Женщина с белой косой сняла пластину с шеи, свернула цепочку вокруг пальцев и пошла к столу служащих.

Я узнала её. Видела ещё в городе, в день поступления.

До этого красная черта казалась местом, от которого нужно держаться подальше. Теперь рядом с ней стояли люди с собранными сумками.

Эннар подошёл ко мне после того, как сдал свою пластину для итоговой отметки.

— Я помню, что это не заём, — сказал он. — Но, если тебе понадобится помощь, приходи.

Я посмотрела на его перевязанную руку.

— Для начала закончи лечение.

Он кивнул и отошёл, не пытаясь сказать что-нибудь ещё.

Я была ему за это благодарна.

Мой выбор Ксарен принял после остальных формальностей.

Он сверил документы, положил передо мной лист продолжения обучения и задержал руку на верхнем крае.

— Передали четыре балла перед последним испытанием.

Я посмотрела на него.

— Передача была разрешена.

— Я не спрашивал, была ли она разрешена.

— Тогда что вы хотите узнать?

— Понимали, что после неё окажетесь ниже проходного счёта?

— Да.

Он помолчал.

— Вы остались с минимальным запасом. На первом курсе рискнёте так же — можете потерять больше, чем место в академии.

Я вспомнила Эннара у доски, его спокойный голос и предложение нескольких лет услуг без заранее названных