Как я съел ваши фаерболы 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Мелкая сидела, прижав стакан с водой к груди, и смотрела на гостью так, будто перед ней открылись врата истинного Травяного Познания. Все мысли в голове Дианы смешались, а разум просто отключился. Злость сестренки, настроенная на драку, напоролась на железобетонную стену из ласки и заботы.

— Костную муку?.. Против часовой?.. — завороженно прошептала Мелкая. Её хищные лозы окончательно свернулись клубками и втянулись под рукава толстовки.

Я громко хмыкнул, не выдержав этого цирка. Поднялся, подошел к сестре и, положив руку ей на макушку, впечатал её обратно в стул.

— Остынь, рассада. Расслабь булки, — я с откровенной ухмылкой перевел взгляд на Валерию, которая уже плавно поднялась на ноги, отряхивая подол платья.

Должен признать, это было красиво. Паучиха только что взяла мою самую взбалмошную, буйную сестру-разбойницу, развернула её гнев в обратную сторону и связала по рукам и ногам чисто разговорами про почесушки и костную муку.

Сила милоты и вежливости в руках хладнокровной сучки. Я оценил.

— Ужились вы неплохо, я смотрю, — хмыкнул я, возвращаясь на свое место и откидываясь на спинку стула. — Ладно, ботаники-любители. Хватит обсуждать похлёбку Пушка, у нас есть куда более важные дела. Пора обсудить, как обустроить наше Логово.

Громкий скрип входной двери прервал мою речь. В столовую вошли Диана-Водная и Анжелика.

Я откинулся на спинку стула, с удовольствием разглядывая их. Анжелика и Диана-Водяра выглядели просто потрясающе. Они словно светились изнутри. Изумрудные и серебристые лепестки живых платьев тихо вздрагивали, подпитываясь огромной силой своих хозяек.

Но главное было даже не это. Я глубоко втянул носом воздух.

Чёрный Желудок внутри довольно уркнул, словно подтверждая: дело сделано, все сыты и довольны.

Воздух вокруг девушек гудел. В их некогда простых, человеческих Ядрах, пахнущих сладкой пресной водой, теперь явственно проступал тяжелый дух Бездны. Внутри них, глубоко под переплетением жизненных каналов, жадно и мощно бились крошечные, но уже вполне самостоятельные сгустки силы.

Два крохотных темных солнца.

Моё Семя успешно наполнило оба Кубка, как бы пафосно это не звучало.

Я медленно поднялся. Шагнул к ним, не обращая внимания на настороженные взгляды сестры и замершей за столом Валерии.

Анжелика невольно вскинула подбородок, но в её глазах мелькнула мягкость. Диана-Водяра просто затаила дыхание.

Я подошел вплотную, положил широкие ладони им на талии и мягко, но властно притянул обеих к себе. Чуть наклонился, потерся щекой о макушку Анжелы, втянул запах прохладных волос Водяры.

Никаких насмешек. Только волчья нежность к тем, кто теперь носит мою Кровь.

— Умницы, — прошептал я. — Семя прижилось. Поздравляю, девочки. Ближайшие несколько месяцев никакого хмельного и никаких тревог. У нас будут Волчата.

Диана-Водяра тихо ахнула, прикрыв рот ладошкой, и её глаза наполнились слезами. Анжелика выдохнула так, словно с её плеч упала гора, её руки неуверенно, но крепко легли мне на плечи.

Позади дед Корней радостно гаркнул:

— Слава предкам! — и с лязгом передернул затвор ружья, словно заменил этим праздничный выстрел.

Я легонько поцеловал Анжелу в лоб, а Водяру в висок, и добавил:

— Слушайте внимательно, будущие мамки. Кровь Бездны — штука наглая. Она сейчас будет перестраивать ваше тело под себя. Ломать старые стены, расширять потоки. Вашим Ядрам предстоит серьезная перестройка.

Я посмотрел им в глаза, чтобы убедиться, что они впитывают каждое слово.

— Готовьтесь к неприятностям: может в жар бросить или сила во сне сама наружу вырвется. И, да, ждите дикий, нечеловеческий голод. Если ночью проснетесь и поймете, что хотите сожрать кусок сырой говядины прямо из морозилки или пожевать сталь — не пугайтесь, это норма. Зовите меня. Я поделюсь с вами правильной силой, чтобы облегчить перестройку. Вам сейчас нужно только одно — есть, спать и растить Стае будущих воинов. Уяснили?

— Д-да, — пискнула Диана. Анжелика серьезно, по-деловому кивнула.

И тут раздался звук падающего стула. Безупречная, ледяная Валерия Медведева исчезла, словно её стерли одним махом. На её месте возник совершенно обезумевший исследователь, который только что увидел невиданное чудо.

Паучиха очутилась возле нас в то же мгновение.

— Зачатие⁈ За одну ночь⁈ — её голос сорвался на благоговейный хрип. — Успешно с первой попытки?

Валерия буквально набросилась на моих жен. Она нагло положила ладонь на живот опешившей Анжелики, другой рукой хватая Диану-Водную за запястье, ловя биение пульса. Откуда-то из складок своего платья она выхватила тонкую светящуюся палочку и направила прямо в глаз Анжеле поток ослепительно-синего света.

— Эй! Ты что творишь⁈ — взвизгнула Огневичка, пытаясь отмахнуться.

Но Валерия, казалось, даже не слышала. Она бормотала, словно в забытьи, быстро водя светящейся палочкой от одной к другой:

— Невероятно… Деление клеток опережает нормы в тысячи раз! Зародыш окреп всего за несколько часов! Тело принимает плод без спора, ткани перерождаются прямо на глазах! Анжелика, дыши глубже, я хочу уловить биение твоего Ядра! Какова же густота околоплодных вод⁈

Паучиха с безумным упорством потянулась к воротнику Водяры.

— Диана, девочка, открой рот, шире! Мне нужно проверить твою слюну! Господи, где мои склянки и книги! Анжела, будь умницей, позволь мне взять всего одну каплю твоей силы! Всего один укол возле пупка! Это же великое открытие! Это прославит нас на весь мир!

— Медведева, я тебе сейчас этот шприц в глаз воткну! — взревела Анжелика, её волосы угрожающе вспыхнули рыжим пламенем. Она резко спряталась за мою широкую спину. — Яр! Убери эту тварь! Она совсем отбитая!

— Да, Ярик, она страшная! — вторила ей Диана-Водная, вцепившись мне в локоть.

— Я тебе больше скажу, Яр, выкинь её на мороз немедленно! — Анжелика с ненавистью сверлила Медведеву взглядом. — Эта сука на прошлом приеме у папеньки прямо за столом живую мантикору ножом вскрыла, потому что ей было любопытно узнать, что у неё внутри! Она нас по пробиркам разложит или ещё чего похуже!

Валерия, сверкая глазами, уже попыталась обогнуть меня, чтобы дотянуться до живота Водяры.

Я тяжело вздохнул. Рука метнулась вперед. Я без долгих раздумий сгреб Валерию за воротник и приподнял над полом. Она смешно сучила в воздухе тонкими ножками, но из руки не выпустила свою чертову светящуюся палочку.

Я приблизил её лицо к своему лицу, заглянув в эти безумные, опьяненные наукой глаза.

— Эй. Остынь, ученица безумного ученого, — рокочуще