Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва
Я слушала все это и понимала, что мама сделала так, что магов мне бояться уже не надо, но что со мной будет дальше? К тетке Нуте возвращаться нельзя, да я и дорогу-то назад не найду, а больше у меня никого нет. И что теперь мне делать, я не знала.
– А что у тебя в той бумаге написано? – спросила белочка, та, что утешала меня там, в яме.
Я вспомнила про листок, который дала мне мама, так как все еще крепко сжимала его в руке. Развернула, разгладила – он сильно помялся, – и увидела, что письмо написано печатными буквами, я только их читать и умела. Повернув листик так, чтобы последние лучи солнца падали на него, я стала читать вслух.
«Рионелла, дорогая моя доченька, самая-самая любимая.
Если ты читаешь это письмо, значит, я не успела рассказать тебе то, что ты должна знать. Я ждала, что ты хоть немного подрастешь, чтобы лучше понять то, что маленькому ребенку понять сложно, но на всякий случай я пишу это письмо, потому что прошлое может догнать меня в любой момент. И если ты читаешь это письмо, значит, оно меня все же догнало.
Я была студенткой не самой престижной магической академии, моя магия была совсем слабой, происхождение – самым простым, и когда на меня обратил внимание сам декан, я решила, что попала в одну из сказок, которыми зачитывалась в детстве. Я полюбила его и верила каждому его слову, делала все, что он мне говорил. Этот человек стал твоим отцом, хотя так об этом и не узнал.
Когда твой будущий отец сказал мне, что есть возможность получить еще одну магию, я согласилась, не раздумывая и с радостью. Он велел мне привести с собой еще пять девушек, не открывая им правды, просто придумав предлог – я это сделала, даже не спросив зачем. Я верила своему любимому, и лишь гораздо позже узнала – девушек принесли в жертву, это была плата за дарованную мне темную магию.
Спустя неделю после того ритуала, в нашей тайной организации был объявлен общий сбор – все, имеющие как темную магию, так и любую другую, с помощью которой можно сражаться, должны были участвовать в нападении на дракона. Нам ничего не объясняли, лишь сказали, что это – последний шаг к обретению нами бессмертия. Позже я стала понимать, что все это было очень странно, но тогда я ни над чем не задумывалась, ни в чем не сомневалась, разум мой был словно в дурмане. Но в утро сбора я почувствовала себя очень плохо и просто не смогла встать с постели, а значит, не попала на место сбора. И это спасло мне жизнь – все, кто собрался, чтобы напасть на дракона, были уничтожены. Любой, в ком была темная магия, был объявлен бессмертными преступником и казнен.
Я тоже преступница – пусть своими руками я не убивала, но тех девушек именно я привела на смерть. И когда дурман развеялся – не знаю, опаивал ли меня чем-то твой отец или использовал ментальную магию, – я осознала все это, и мне казалось, что жить я больше недостойна. Но целительница, к которой я обратилась с тем самым плохим самочувствием, сказала, что у меня будет ребенок.
Это была ты, моя дорогая девочка. Это ты спасла мне жизнь, не позволив оказаться на месте той бойни. И я решила, что буду жить ради своего ребенка. Но ты уже была во мне во время ритуала, потому тоже получила темную магию – прости меня за это, доченька. Я не хотела тебе такой судьбы, но так вышло, и теперь тебе с этим жить.
Запомни, пока в тебе не проснется обычная магия – а она обязательно проснется, твой отец был очень сильным магом, – тебе нужно держаться подальше от других магов. Обычная магия закроет собой темную, отвлечет на себя внимание – именно поэтому мракобесов невозможно узнать, если они сами себя не выдадут. Но до тех пор ты в опасности, моя хорошая. Я не знаю, сколько тебе сейчас лет, но очень надеюсь, что достаточно, чтобы суметь выжить. Я не хотела оставлять тебя так рано, но раз меня нет рядом, значит, судьба решила именно так.
Пока не проснется новая магия – держись как можно дальше от городов и крупных деревень. А самое главное – скрывай свою темную магию, никогда не пользуйся ею, не допускай ошибок. И держись как можно дальше от бессмертных. Именно они уничтожили всех, в ком живет темная магия, они не пощадят никого, даже тебя.
Живи, моя любимая Рионелла, пожалуйста, живи. Я очень тебя люблю.
Я дочитала письмо и долго сидела молча, роняя на него слезы. Мама сказала – не допускай ошибок, но именно из-за моей ошибки она умерла. И что мне делать дальше? Мама просила меня жить – а как? Я не знаю, что мне теперь делать.
– В сиротский приют ей нельзя, – сказал кто-то из зверей, я не видела, кто именно. – Приюты только в городах есть, а там маги.
– Может, в дети кто возьмет? – другой голос, жалостливый.
– Ага, придет она к первой же калитке, постучится, скажет: «Возьмите меня в дети», и ее тут же и возьмут, да? – ехидно ответил кто-то. – Как раз в приют-то и отправят.
– Была б постарше, хоть в няньки бы кто взял, а тут самой нянька нужна, кроха ж совсем, – вздохнула Перо, ее голос я ни с чем не спутаю.
– Я не кроха, – возразила, не удержавшись, рукавом вытирая мокрые щеки. – Мне семь лет уже!
– Все равно, в работницы не годишься, – сказал один из волков, это я уже видела, голову-то подняла.
– Нельзя ей к людям, – покачал головой медведь. – Мне ее мать доверила, мне и растить.
– Дядюшка Клык, да как же ты ее растить-то будешь? – возразил другой волк, точнее – волчица. – И где? В берлоге своей? Это ж человек, ей одежда нужна – своей-то шкуры нет, – еда человеческая, да и не в норе же ей жить.
Ознакомительная версия. Доступно 21 из 104 стр.