Наталья Кузнецова - Ведьма 2000
— Пусть будет так, как было до того! — воскликнула она, решив, что магия более действенно наведёт образцовый порядок.
В мгновение ока, окно вновь блестело стеклом, лампа целая висела под потолком, соль, собравшись в тонкую струйку, скользнула в щелку в сундуке, огарки свечей исчезли, а склянки с зельем вновь целёхонькие оказались у неё в руке. Девушка вышла из комнатки, удовлетворённая, что на чердаке не осталось ни следа говорившего о том, что там колдовали. Правда, внизу её уже дожидалась другая работа, ибо от чар пострадал весь дом. Особенно досталось кухне, где сейчас царил абсолютный кавардак. Она бегло оглядела, распахнутые и висящие на одной петле створки кухонного шкафа и пол, усыпанный смесью из осколков, круп и зелий. Сплошное месиво. Но Ливия, долго не думая, вновь воспользовалась колдовством, решив не тратить бесполезно физические силы на уборку. Девушка, задумчиво наблюдала, как всё возвращается на своё место, принимая прежний вид. Только мыслями она была далеко, пытаясь трезво и хладнокровно найти выход из сложившегося престранного положения и ответы на ее вопросы. Получалось не очень.
"А ведь подсознательно я к этому была готова, ожидая нечто подобное!" — пришла мысль из уголков её разума.
И это была правда. Уж слишком много всего происходило. События, наталкивающие на определённые выводы, настораживающие. Начиная с того, что у неё появился, а затем пропал дар предвиденья, только до этого момента она как-то не слишком задумывалась об этом. Или не пыталась углубиться в дознание всего случившегося, удовлетворившись лишь поверхностным осмотром.
"Мило, что ещё сказать! Получи и распишись!" — мысленно хохотнула Оливия.
Ощущение, что она сама того не желая во что-то основательно вляпалась, не покидало, а с каждой секундой всё глубже въедалось в сознание. Как и то, что вылезти девушка сможет только собственными усилиями. Теперь ей остается ждать, что будет дальше. То, Что или Кого она вызвала, до этого момента не хотело быть замеченным, но теперь инкогнито наполовину было нарушено. Ливия своим колдовством сделала первый шаг в разоблачении Наблюдателя.
Остаток дня она провела за подготовкой домашнего задания. Только любопытство и мысли все равно крутились вокруг произошедшего. Ей нестерпимо хотелось найти рациональное, доступное и разумное объяснение. Поэтому, отложив учебники, Ливия направилась туда, где надеялась отыскать ключик к разгадке — в библиотеку.
Вот уже на протяжении пяти дней и ночей Габриель, словно тень, неотступно, незаметно следовал за ведьмой, наблюдая и изучая её. Пытаясь понять разум, душу, сущность, дабы знать наперёд, чего можно ожидать с её стороны. Было бы глупо мгновенно довериться человеку, особенно ведьме с их безграничным своенравием, без проверки: делать глупости было не в его манере. Даже если придется потратить бесценное время. А ещё в лице Габриеля, рыжеволосая колдунья, сама того не зная, нашла могущественного защитника. Правда, для него эта роль была непривычна, ибо он не был создан, чтобы играть её и нести это бремя. В то же время, кроме него никто не смог бы уберечь девчонку от смертоносной хватки Ангелиуса, пока метавшегося между мирами. Только тёмная сущность демона рано или поздно излечит раны, нанесенные старой чародейкой и Габриелем. Он снова выйдет на охоту. Девчонка же, сама того не ведая, оказалась по воле Высших Сил замешана в гиблое дело, став вожделенным Ключом Чёрных Врат. Без которого Ангелиусу не выполнить волю Тёмного Господина. А это значит, что спокойная и размеренная жизнь ведьмочки, которая, как предполагал Габриель, была до этого, закончилась. Теперь только совместными усилиями они смогут уберечь мир людей от хаоса. Правда, по его первым наблюдениям, весь ужас произошедшего — вырвавшиеся на свободу демоны и прискорбная смерть ведьм, не коснулся её. Что было очень странно, ибо, как ему казалось до этого, колдуньи, а особенно Носительницы, связаны между собой. Чтобы в случае смерти одной из них принять на себя груз её знаний. Только в случае с Оливией Уоррен эта реакция запаздывала. Это можно сказать даже по их первой встрече… если это можно так назвать.
Как сказала старая ведьма, стоя одной ногой в могиле, его сущность сама отыскала дорогу к Ключу, чтобы Габриель защитил его.
Габриеля и Оливию связала какая-то странная, неразрывная, невидимая связь, следуя которой он и отыскал её. Надо сказать, место было не самым удачным. Кладбище — где его чутье попадало под удар магии забвения Ангела Смерти. А ведьма, как ни в чём не бывало, вышагивала между мраморных плит, словно была на прогулке в парке. Его удивили безразличие и скука, ясно читающиеся у неё на лице. Хотя она представляла собой абсолютно доступную мишень и лёгкую добычу для любого демона, даже самого низшего уровня в епархии Ада. И её самоуверенность граничила с глупостью, но Габриель не стал делать поспешных выводов, зная, что первое впечатление может быть ложным. Но в облике Оливии Уоррен, в глубине её сущности, многое рассказало ему о ней: об упрямстве, гордости и излишней самонадеянности — желании всегда со всем бороться в одиночку. Дух девушки был духом мятежницы и бунтарки, но сердце было полно любви и доброты, готовое пожертвовать собой ради других. Ведьма была соткана из Добра, дитя любви и Света, поцелованная Небом. Поэтому её внутреннее сияние было подобно зовущему маяку для нечисти. Удивительно, что её спокойствие ещё не было нарушено атакой тёмных тварей. Благо теперь у девчонки есть он, так что любой демон, рискнувший замыслить нечто подобное, будет неприятно удивлён.
Но эта ведьма, Ливия, оказалась не столь безнадёжна, и весьма не проста, как могла показаться на первый взгляд. Она мгновенно ощутила присутствие Габриеля, его взгляд. Он с удивлением наблюдал, как расслабленная поза девушки исчезает, а в поведении появляется бдительность и сверхосторожность. И её попытки обнаружить источник беспокойства тоже порадовали. Хотя всё это время он был у Оливии за спиной. А один раз колдунья таки едва его не застукала, резко обернувшись и скользнув по нему взглядом, но Габриелю хватило и доли секунды, чтобы скрыться и раствориться во мраке.
В любом случае, он мгновенно ощутил ответственность за ведьму, и не мог допустить, чтобы с Оливией хоть что-нибудь случилось. Хотя Ангелиус по-прежнему тяжело ранен и по-прежнему скрывается где-то в параллельных мирах, зализывая после схватки свои раны, это не даёт основания, расслабиться и выпустить девчонку из поля зрения.
Габриель очень сожалел, что не может броситься вслед за своим искалеченным врагом, ведь прикончить дьявольское отродье сейчас гораздо легче. Только знание того, что прихвостни демона тоже на свободе и в отличие от своего хозяина всё ещё сильны и опасны для Ключа, удерживали от погони. Действовать адские отродья могли начать в любую секунду — как только найдут Ключ. Оставалось надеться, что пока эти знания им недоступны. Поэтому, как бы его не угнетала роль наблюдателя и няньки по совместительству за ещё вконец не оперившейся ведьмой, он ничего поделать не мог. А доверить её этим презренным существам, гордо именовавшим себя Ангелами, да ещё и Хранителями, Габриель не собирался. Ведь тогда сам Ключ от Чёрных врат и Носительница Тайны останется одна и без достойной защиты. Так как родительниц Ливии ему пришлось переместить в укромное место для их же безопасности и его спокойствия: насколько бы они ни были сильны, против Ангелиуса им не выстоять. К тому же, в нужный момент Милинда и Сандра Уоррен могли стать прекрасными заложницами в лапах демона, ради которых Ливия пойдёт на что угодно и забудет своё прямое предназначение. Голос крови возьмёт свое и битва будет проиграна, ибо выбор Ключа, можно сказать, священен. В этом случае Габриель будет просто обезоружен.