Семейные ценности клана серой смерти - Валерия Веденеева
Я не стал ждать, что скажет Семарес.
— Конечно, старший каноник, — проговорил я, надеясь, что на моём лице сейчас держится лишь привычная маска любезности. — Я подожду окончания вашей беседы за дверью.
«И без проблем подслушаю, что такого интересного вы отказываетесь озвучить при мне», — добавил я уже мысленно.
Каноник ограничился кивком, а вот Семарес на мгновение прищурился — должно быть, вспомнив некоторые из моих способностей, ему известных, — но ничего не сказал.
За дверью стояла охрана — двое рядовых Достойных Братьев. Один из них приехал с нами, а другого я не знал — он был, очевидно, из тех, кого отправили в корневые земли сразу после ареста Вересии.
— Дан Энхард, — сразу обратился ко мне знакомый Брат, — среди местных бродят слухи, что где-то тут обосновалась чёрная секта. Вы слышали об этом?
— Теперь услышал, от тебя, — отозвался я, подумав, что под «местными» вполне могли подразумеваться служившие тут Братья, потому как слуги Энхард вряд ли бы стали так быстро откровенничать с чужаками. Чёрная секта, хм? В теории возможно было что угодно, но мне всё же слабо верилось, что богатый и гордый клан некромагов добровольно выберет для себя роль демонопоклонников. Вот попытаться подчинить тех же демонов своей воле — это казалось куда более вероятным.
Достойный Брат хотел добавить что-то ещё, но я поднял руку.
— Прости, Редрих, но мне нужно подумать. Поговорим потом. — И он понятливо кивнул и замолчал.
Я прислонился к стене, прикрыл глаза, чтобы избежать уже привычного неприятного ощущения от раздвоенного зрения, и отправил внутрь кабинета невидимое щупальце, снабжённое возможностью видеть и слышать.
— … Итак? — проговорил Семарес, успевший по-хозяйски устроиться на стуле для посетителей. — Я жду вашего рассказа.
На стенах кабинета, как я и предполагал, горели руны от подслушивания. Я попытался вспомнить, знал ли Семарес, что на меня эти руны не действуют. Вроде бы прямым текстом я ему не говорил, однако по деталям нашего общения он вполне мог это вывести.
— Я подозреваю клан Энхард в поклонении павшему божеству, — без особых интонаций в голосе ответил Семаресу каноник, — но для мирян это расследование деятельности чёрной секты. Наследник Энхард покинул клан ещё подростком, поэтому проходит по категории свидетеля, а не обвиняемого. Вам, магистр, не стоит беспокоиться о своём подопечном.
— Что за павшее божество? — спросил Семарес резко. — И какие у вас есть доказательства?
— Что касается первого вопроса, то личность божества мне неизвестна. — так же спокойно, как и прежде, отозвался каноник. — Пока удалось определить лишь его связь с разложением, смертью и извращённым перерождением. По одной из версий, это может быть Лунная Падальщица.
При последних словах Семарес поморщился.
— Та, которая ещё зовётся Лунной Девой? — уточнил он, и, получив подтверждение, неохотно признал: — Она мертва… Ну или вроде того.
— Мертва? — повторил каноник с откровенным недоверием и посмотрел на Семареса так, будто заподозрил того в сильнейшем злоупотреблении горячительными напитками.
Семарес поморщился снова.
— Большой Капитул решил пока не сообщать об этом нижестоящим. Мы… перебираем варианты. Ваш ранг недостаточно высок, чтобы знать все подробности, и даже эту информацию я даю вам строго конфиденциально и только в связи с расследованием. Просто имейте в виду, что в нашем мире этой павшей богини больше нет.
— И у её… ухода… существуют доказательства?
— Существуют.
Каноник помолчал.
— Благодарю, что рассказали, — проговорил он наконец, — но в моём расследовании это мало что меняет. Она ведь погибла не так давно? — И после кивка Семареса продолжил: — Значит, ей вполне могли тут поклоняться. Странности, которые я обнаружил, начались много веков назад, а может, и с создания клана.
— Какие именно странности?
Каноник вновь заговорил не сразу.
— Ни один из глав этого клана, начиная с самого основателя, не умер своей смертью. За полторы тысячи лет — ни один.
А ведь это я помнил — из записей, которые Теаган взял для меня в церковных архивах.
— Проклятие? — тут же предположил Семарес.
Его собеседник покачал головой.
— Будь так, они бы обратились к Церкви с просьбой проклятие снять. А окажись простые служители на это не способны, энхардцы могли бы попросить о помощи саму Пресветлую Хейму во время её последнего пришествия. Жившие тогда маги клана достойно проявили себя в битвах с демонами, богиня отметила это лично. И нет такого проклятия, которое было бы вне её власти.
— Если не проклятие, тогда что?
— Жертвоприношение, — тяжело проговорил Итул.
— То есть?
— Энхардцы приносят своих правителей в жертву тому павшему божеству, которому служат. Чаще всего это делают наследники — убивая предшественников, даже невзирая на близкое родство.
— Однако… — пробормотал Семарес, и я про себя повторил за ним то же самое.
То есть я, конечно, знал про привычку моих дражайших родственников убивать друг друга — чего стоили только моя покойная бабуля и пока ещё живая сестра, — но жертвоприношение? А я-то полагал, что дело было всего лишь в наследственно-мерзком характере и некоторой склонности радикально решать семейные проблемы.
— Стало быть, Брат Итул, вы считаете, что это божество всегда требует себе в жертву правителя? — после короткой паузы спросил Семарес. — А если — и я уверен, что такое тоже случалось — глава Энхард погибал от чужих рук? От наёмных убийц враждебного клана, например?
Итул кивнул.
— Такое бывало много раз. И всегда, без исключения, сопровождалось многочисленными смертями и в Старшей семье, и в Младших.
— Заместительные жертвоприношения?
— Именно. Вместо одной ожидаемой жертвы приносились десятки других, лишь бы умилостивить павшее божество. Официально эти смерти всегда, конечно, списывались на врагов.
— Подозрительные смерти энхардцев — единственное основание для вашей теории? — спросил Семарес после ещё одного короткого молчания.
— Естественно нет. Должен признаться, мне всегда казалось странным, что энхардцы, чистокровные люди, единственные в Империи обладают способностью к демонической ветви магии, управлению мертвыми. Причём — и я узнавал — энхардцы, перешедшие в другие кланы или отрёкшиеся от своего рода, способность к этой магии теряли навсегда, и, более того, она уже не пробуждалась среди их потомков. Как и магия серой смерти, кстати. Поэтому, получив назначение сюда наместником, я сразу начал искать…
Любопытно, подумалось мне: Итула отправили в земли моего клана случайно — или кто-то знал о его