Спасти сердце дракона. Его тайная целительница - Виктория Чара

На вымороженной земле осталась лежать лишь тонкая пластина, похожая то ли на осколок кости, то ли на кусок мутного льда. Эйден быстро поднял ее, спрятал в карман и тут же бросился ко мне.

Его грудная клетка тяжело вздымалась, а на потемневшем лице бушевала такая буря эмоций — от убийственной ярости до леденящего кровь ужаса, — что мне стало по-настоящему страшно. Он навис надо мной, готовый обрушить весь тот ужас, который пережил за последние минуты. Вот сейчас я увижу самый настоящий гнев дракона.

— Какого демона ты отправилась сюда совершенно одна?! — зарычал он. — Это место находится под строжайшим запретом, ты не имела права!..

Казалось, он сейчас просто обратится в дракона, и следующей, на кого обрушатся его ярость и пламя, буду я.

Нервы, натянутые до предела, окончательно лопнули, и от этого крика у меня по щекам потекли слезы.

Я медленно подняла на него свое перепачканное, разбитое лицо, и мои дрожащие губы разомкнулись в жалком, беззвучном всхлипе.

И Эйден тут же осёкся на полуслове.

С его лица в одно мгновение слетела вся ярость. Он резко опустился передо мной на колени прямо на мерзлую землю и просто сгрёб меня в охапку. И столько отчаяния и бережности было в этом объятии, что я уткнулась ему в шею и разревелась еще сильнее.

— С тобой всё в порядке? — лихорадочно зашептал он, ощупывая мои плечи и спину. — Покажи, где болит... Сейчас, сейчас мы покажем тебя лучшим целителям. Девочка моя, как же ты меня напугала. Ви…

Я осторожно подняла глаза на Эйдена и вдруг поняла, что он сейчас и сам готов расплакаться.

Он поднял меня на руки, и, зарываясь лицом в мои растрепанные волосы, срывающимся, хриплым голосом, пока нёс меня к нашему дому, без конца повторял:

— Тише, моя маленькая, тише. Не плачь, родная. Всё уже закончилось. Я здесь. Я с тобой.

Эйден занес меня в дом на руках.

Я грела на его груди замерзшие ладошки, казалось, что ледяная магия на кладбище въелась в меня намертво, и я никак не могла согреться.

Обратную дорогу я помнила урывками: кованые ворота, ступени крыльца и тяжелая входная дверь, которую Эйден толкнул плечом и даже не закрыл за собой.

В гостиной он бережно опустил меня на диван, но отходить и не подумал. Опустился передо мной на одно колено, полностью перекрывая собой комнату и весь остальной мир. В его глазах не было ни паники, ни ярости — но все это слихвой компенсировалось режимом абсолютного контроля, на который он переключился.

— Так, — коротко выдохнул он, накрывая мои заледеневшие пальцы горячими ладонями. — Смотри на меня, Ви.

— Эйден, всё нормаль…

— Не смей говорить, что ты в порядке, — жёстко отрезал он, не желая ничего слушать. — Я знаю, в каком состоянии бывают после столкновения с тварями.

Я послушно подняла взгляд. Выглядела я, мягко говоря, жутко: платье и мантия насквозь промокли от грязи и талого инея, ладони содраны в кровь.

— Где болит? — голос дракона стал тише, но требовательнее. — Покажи мне. Твари успели тебя задеть?

— Только поцарапали, — всё же попыталась я его успокоить. — Эйден, я маг жизни, мне не нужен целитель, я сама...

Но он проигнорировал мои слова. Его взгляд скользнул по содранной коже на моих запястьях и задержался на лодыжке, которую я инстинктивно поджимала.

А затем его большие, обжигающе горячие ладони легли на мои ледяные ноги. От этого контраста между нами словно проскочил электрический разряд, и внутри меня наконец разлилось спасительное тепло.

— Как ты нашел меня? — прошептала я. — Как понял?

Эйден поднял голову. Зрачки вытянулись в вертикальную нитку.

— Я дракон, Ви. Я чувствую тебя всегда. К тому же, на тебе метка — твой маленький дракон позвал большого сразу же как почувствовал твой испуг. Как думаешь, каково было мне, когда мой дракон едва не сошел с ума от страха за тебя. Метка дает нам с тобой еще одно преимущество — я всегда могу перенестись к тебе, где бы ты ни оказалась. Я бы пришел за тобой, даже если бы случилось самое страшное.

Я открыла было рот, чтобы ответить, но со стороны прихожей раздались быстрые, тяжелые шаги. Через секунду в гостиную решительно вошел лорд Дариан Карнел.

— Жива, — констатировал ректор, коротко кивнув нам обоим.

Он без церемоний опустился в кресло.

— Магполиция уже работает на кладбище, — он напряженно сцепил руки в замок. — Вивьена, почему вы вообще пошли за этой адепткой? Почему поверили ей и бросились на кладбище. Где ваша осторожность? Вы ведь знали, что старый корпус под запретом.

Оба мужчины перевели на меня тяжелые взгляды. Я сглотнула, лихорадочно соображая, потому что, если честно, побежала спасать человека не задумываясь,

— Она... она плакала. Сказала, что ее подружке стало плохо на кладбище, та умирает, и только моя магия может помочь. Селия была так напугана, что я подумала — там буквально вопрос жизни и смерти. И я пошла с ней.

— И как вы только туда попали? — нахмурился ректор. — По всей Академии королевские маги только вчера обновляли охранный контур. Нужно проверить его еще раз.

— Мы просто пробежали, — тихо ответила я. — Никаких преград не было.

Эйден, до этого хранивший мрачное молчание, вдруг сунул руку в карман куртки. Он достал тонкую, мутную пластину, подобранную на кладбище, и с тихим стуком положил её на журнальный стол:

— Кстати, Дариан, посмотри-ка, что я там нашел.

Карнел взял предмет в руки, поворачивая его так, чтобы темная жила внутри поймала свет, — и резко выдохнул, а челюсти сжались так, что проступили все мышцы на лице.

Я переводила непонимающий взгляд с одного мужчины на другого, не в силах сдержаться, спросила:

— Что это? Осколок из Излома?

— Нет, Ви, это и есть портал, — глухо ответил Эйден. — С помощью такого артефакта и похищали адептов из Академии, а потом они оказывались в Ледяном разломе. Надо срочно узнать в Королевском музее артефактов — это их пропажа или у нас появился третий экземпляр?

— Но Селия не смогла бы заставить его работать. Не говоря о том, чтобы раздобыть такую редкую вещицу, — покачала я головой.

— Ей и не нужно было, — Эйден уперся руками в стол. — Ее использовали как наживку, чтобы она привела тебя в нужную точку. Кто-то умело ею манипулировал, подсказал, как заманить тебя в ловушку, чтобы ты не успела рассказать мне.

Ректор даже не стал с ним спорить. Он задумчиво