Ольга Гайдукова - Светлая королева

— Так она маг четырех стихий? — между прочим поинтересовалась я. — Или обычная бездарность?

При моей последней фразе Адара снова вспыхнула, как факел.

— Да будет тебе известно, она владеет двумя стихиями: водой и воздухом.

— Значит, не обычная, но посредственность, — продолжала доводить я эльфийку.

— Нет! — фанатично выкрикнула она и начала метаться по комнате, подыскивая аргументы. Интересно, а с чего эта девица так пламенно защищает Алию? — Посредственность никогда не стала бы невестой правителя. Как только состоится свадьба, она станет нашей правительницей.

— Но не королевой, — подначила я.

— Это всё сказки про королеву, — запальчиво выдала Адара.

— А вдруг нет?

— У меня нет времени обсуждать с тобой всякие глупости! — решила положить конец неприятному, свернувшему не в то русло разговору эльфийка. — Идем, у меня есть на тебя платье.

— А Регул её любит? — задала я напоследок самый отчаянный вопрос, опасаясь услышать ответ.

— Конечно! — услышала я уже из другой комнаты. — А как же иначе? Ли'ин Алия — прекрасная партия, так необходимая нашему государству. Да и поддержка её брата не помешает. Мы слишком ослабли за последние двадцать лет. Всё, разговор окончен. Я и так сболтнула лишнего.

Значит, прекрасная партия. Да уж, похоже на Регула — жертвовать собой ради всеобщего благополучия. Альтруист. Но куда-то в сердце холодными щупальцами закралось сомнение. А может, Алиа и правда достойная пара для правителя? Вот разберусь с Геммой и сразу домой, подальше от этих игр.

Я обдумывала это в то время, пока Адара облачала меня в нежнейшее кружевное белье и прелестное голубое платье, совсем как у эльфиек, что встречались мне по дороге сюда. Несколько девушек завили мне локоны и уложили в причудливую прическу, закрепив уймой заколок и шпилек. Напоследок меня обули в атласные туфельки и препроводили в комнату, где я была оставлена своими спутниками.

— Ну вот, успели ровно к трем, — облегченно констатировала Адара. — Что-то правитель опаздывает. Не в его это правилах.

Эльфийка нетерпеливо начала постукивать носком туфельки по полу, явно желая поскорее сдать меня на руки заказчикам. Звякнул колокольчик, задетый открываемой дверью, и в комнату вошел Шератон. Адара, не отрываясь, уставилась на сказочное видение, одетое в белую с кружевными манжетами сорочку, серебристо-серые бриджи, плотно облегающие безупречную фигуру и не скрывающие перекатывающихся мышц, и на тон темнее высокие кожаные сапоги. Золотистые волосы перехвачены такой же серебристой лентой, через руку небрежно переброшен богато расшитый серебром и серым жемчугом плащ.

— Еще раз добрый день, — эльф отвесил нам легкий поклон.

Наконец ожившая Адара кокетливо протянула ручку для поцелуя. Шератон легонько припал губами к её запястью, не отрывая манящего взгляда от лица эльфийки. Она облизнула кончиком языка перламутровые губки. Очаровывает, шельмец. Я с полуулыбкой наблюдала за этой картиной.

— Наш заказ готов? — перешел к делу эльф, не меняя завораживающего тона.

— Конечно, — поспешно ответила Адара, словно боясь разочаровать высокого гостя.

— Разрешите взглянуть?

— Прошу, — эльфийка неохотно высвободила руку из ладоней Шератона и, подойдя ко мне, вытолкнула на свет. — Взгляните.

Темный с видом знатока пару раз обошел вокруг меня, задумчиво потирая подбородок.

— Неплохо, неплохо, — вынес он свой вердикт.

Что??? Я едва удержалась, чтоб не высказать эльфу пару нелицеприятных эпитетов. Неплохо? Да я лучше не выглядела никогда! И это после всего, что мне пришлось претерпеть? Вот точно прибью наглеца. Я уже закипала, когда наконец разглядела еле сдерживаемую насмешливую улыбку. Вот же, паразит, а! Нарочно дразнить меня! Точно жизнью не дорожит.

— Я вполне доволен вашей работой, ли'ин… — обратился он уже к эльфийке.

— Адара, — поспешно напомнила она.

— Адара, — несколько интимно повторил Шератон, вынимая из-за пояса бархатный мешочек. — Это плата за ваш труд.

Мешочек перекочевал из руки эльфа в ладонь Адары. Мне показалось, что пальцы темного при этом ловко пробежались по нежному запястью затаившей дыхание девушки.

— А это, — ловким движением он откуда-то из складок извлек такую же серебристую жемчужину, что и нашитые на плащ, — вам благодарность лично от меня.

— О, благодарю вас, — рассматривая подарок ответила Адара. — Вы неслыханно щедры.

— Могу я еще воспользоваться вашими услугами? — снова бархатным ласкающим голосом поинтересовался Шератон.

— Конечно, — поспешно согласилась эльфийка. — В любое время дня и ночи…

— Тогда до встречи, — темный снова поцеловал запястье Адары, несомненно заметив двусмысленность ответа. — Нуар, идем, коляска ждет нас.

И, вежливо открыв дверь, эльф пропустил меня, напоследок послав всё еще пребывающей в оцепенении Адаре воздушный поцелуй.

— Ты сказал про меня «неплохо»? — наконец, выразила я свое недовольство, оказавшись на солнечной улице и так резко оборачиваясь, что Шератон чуть не вписался в меня на полном ходу.

— Сказал, — не стал отпираться он, поднимая руки и задорно улыбаясь. — Сдаюсь на милость победителя.

— Никудышний из тебя шут, — гордо развернулась я и принялась взбираться в легкую открытую коляску, стоящую у тротуара.

— Но ты же поверила, — парировал он. — И вообще, надо же было поставить на место эту зазнайку Адару.

— Ой, представляю, на какое место ты поставишь её в любое время дня, — передразнила я эльфийку и мстительно добавила, — а особенно ночи.

Шератон громко расхохотался:

— Да ты, деточка, никак ревнуешь.

— Вот еще, — вспыхнула я, — ревновать такого старого хрыча? Да ни за что.

И, сложив на груди руки, отвернулась от севшего рядом и взявшего поводья эльфа.

— Тогда и Регула ревновать не будешь? — вкрадчиво начал он.

— А есть повод? — вскинулась я. — И, кстати, где это он пропадает?

— Срочные дела во дворце, — легкомысленно ответствовал Шератон, причмокнув губами, отчего лошадь, запряженная в нашу коляску, бодро затрусила по брусчатке.

— Ага, значит, когда меня похищал, до моей занятости не было никакого дела, — недовольно проворчала я.

— Согласись, его дела — разгребать всё, что произошло в отсутствие правителя — гораздо важнее твоих, — не согласился эльф.

— И ты не знаешь, какие? — продолжала допытываться я.

— Не имею ни малейшего понятия.

Так, понятно, этот партизан знает, но не хочет говорить. Не клещами же из него вытаскивать? Придется сменить тему.