Розовое поле - Филип Пулман

–Нет, не забуду. Как не забуду и этого. Что вас сюда привело?

–Мне нужно поговорить с королевой. Когда я узнала, что вы здесь, то подумала, что у моей миссии может быть шанс на успех.

–А как вы узнали, что мы здесь?

–Мой деймон видел вас на спине принца грифонов.

Снова воспоминание: полярная крачка высоко над ними в рассветном небе по пути к горе Дамаванд; и другое, с ним связанное—деймон в облике белой птицы что-то шепчет на ухо Бену, деймону Элис, сторожащему крошку-Лиру в каноэ.

–А где ваш деймон сейчас?

–Над грозой.

Малкольм глубоко вздохнул и откинул рукой назад волосы, которые упали на лоб и лезли ему в глаза.

–Присядьте. Можем предложить вам стул или эти меха. Вам не холодно?

–Холод нам не вредит, но спасибо. Меха подойдут.

Она села—так же грациозно, как, наверное, всё, что делала. Реакция Малкольма-мужчины на неё была сложнее и противоречивее, чем у Малкольма-мальчика: даже в этот момент изумления и сохранявшегося внутри него чувства большой опасности невозможно было не обращать внимания на её гладкую белую кожу, на гибкие мышцы плеч и рук, на то, как влажный шёлк облегает её талию и бёдра. Выбрось это из головы, подумал он, раз и навсегда.

–О чём вы хотите поговорить с королевой?—спросил Пантелеймон.

–Я хочу от неё помощи для своего народа, и намерена предложить нашу помощь взамен. Я хочу выяснить, знают ли они об опасности, которая угрожает всем летающим существам.

–Похоже, они не очень-то вам рады,—сказал Малкольм.

–Что-то из происходящего внушило им страх. В обычные времена мы не обращаем друг на друга внимания. Сферы нашей жизни почти не пересекаются. У нас разные заботы и разные интересы.

Малкольм подумал, что всего около суток назад он писал Гленис Годвин практически то же самое.

–Что же должно было произойти, чтобы это изменить?—спросил он.

–Воздух стал хуже. Ветра теряют силу. Это затронет всех нас, и нам нужно это обсудить.

–Воздух стал хуже?—переспросил Пан. –Но ведь, кажется… Этот ветер снаружи, он такой же сильный, как раньше, нет?

–Другие ветра. Подробнее объяснять долго, а за это время…

Тут раздался стук в дверь, такой громкий, что почти заглушил грохот бушевавшей грозы.

–Дайте мне с ними говорить,—сказал, обращаясь к ведьме, Малкольм. –Не произносите ни слова, пока мы не предстанем перед королевой.

Он широко раскрыл дверь и встал в проходе. Визирь c тремя стражниками приготовились войти, но прежде, чем они сделали первый шаг, Малкольм решительно произнёс:

–Чем моя гостья, королева Тильда Васара, заслужила такое грубое обращение?

–Она стреляла в моих стражников, и двоих убила!

–И вы её в этом вините? Она пришла сюда с миром, чтобы получить аудиенцию у вашей королевы по вопросу, имеющему первостепенное значение для всех летающих существ, а вы посылаете отряд воинов, чтобы напасть на неё и убить! Конечно, она защищалась. А теперь немедленно отведите нас к королеве Шахрнаваз, проявив должную учтивость.

Визирь потерял дар речи. Он застыл на месте, а Малкольм повернулся к ведьме и подал ей руку, чтобы помочь встать с мехов. Она поднялась с несравненной грацией, приняв у Пана из пасти ветку облачной сосны, которую тот ей протянул, словно скипетр. Поняв, что перед ним стоит королева не хуже Шахрнаваз, визирь отошёл в сторону, чтобы пропустить их вперёд, и все трое не спеша направились по коридору к большому залу: ведьма посередине, Малкольм и Пан по обе стороны от неё.

Пока они шли, до них доносились звучавшие в зале и за его пределами голоса, топот бегущих ног и низкий отдалённый звон гонга. Снаружи по-прежнему бушевала гроза: даже внутри горы был слышен вой ветра и раскаты грома.

–Где находится ваше королевство?—спросил потихоньку у ведьмы Малкольм.

–Онежское озеро.

Он кивнул. Грифоны общались между собой на повышенных тонах, словно что-то яростно обсуждали. Малкольму ещё не приходилось слышать, как они говорят друг с другом. Их язык его заинтересовал, но времени об этом думать сейчас не было: они уже входили в большой зал.

Ковёр был расстелен. Уже хороший знак, подумал он. Дело вышло на государственный уровень, а значит, их не предадут смерти немедленно. Потом он увидел два украшенных резьбой деревянных стула, поставленные друг от друга в нескольких футах и обращённые к месту, где стояла королева во время прошлой аудиенции.

Как и положено опытному придворному, визирь сразу всё понял и вывел Малкольма и королеву ведьм вперёд, указав ему сесть на правый стул, а Тильде Васаре—на левый. Из внешнего коридора слышалась суета и то, что напоминало ропот грифонов. Затем все звуки стихли, и вошла королева.

Орлиные головы грифонов не созданы для богатой мимики: свирепость—почти всё, что они могут выразить. Но что-то в её поведении—возможно, холодный взгляд, который она медленно переводила с Малкольма на Тильду Васару и обратно—подсказывало ему, что она на грани бешенства.

Малькольм хладнокровно поклонился; ведьма склонила голову. Шахрнаваз легла на ковёр и знаком предложила садиться. Тильда Васара сделала это с лёгкостью перышка; Малькольм же, которого мучила боль в бедре, сел на свой стул неуклюже, едва не упав.

Не стесняйся, сказал он себе. Просто говори со всем достоинством, на какое способен.

–Ваше величество,—сказал он твёрдо. –Позвольте представить вам королеву Тильду Васару, правительницу кланов ведьм Онежского озера.

–Где это?—требовательным голосом сказала королева грифонов.

–Далеко на северо-западе,—спокойно ответила Тильда Васара. –Немного южнее северных льдов.

–Почему же ты обратилась к моему ремесленнику, прежде чем говорить со мной?

–Он ремесленник?—сказала ведьма, явно удивлённая. –Для моего народа он человек огромной важности.

–В золотых царствах мастер-ремесленник—важнейший человек!—вмешался Пан.

Обе королевы повернулись к нему. Малкольм поразился его дерзости.

Шахрнаваз медленно кивнула. Малкольм продолжил:

–Королева Тильда Васара нашла у меня убежище после того, как подверглась нападению пятерых ваших воинов. Несомненно, они выполняли приказ; однако подобный численный перевес позорен. У неё есть сведения огромной важности, касающиеся всех летающих существ, от самых могущественных до самых ничтожных. Они должны быть переданы. Королева Шахрнаваз, вы были гостеприимны ко мне; прошу вас проявить такую же благосклонность к этой доблестной королеве ведьм и выслушать, что она скажет.

–Тогда говори,—сказала королева грифонов.

–Спасибо, королева Шахнаваз,—начала Тильда Васара. –Уже какое-то время ведьмы Севера замечают, что небо стало меняться. Одни ветры дуют сильнее, чем раньше, в то время как другие сошли на нет. Воздух стал затхлым и душным. Атмосфера теряет свежесть: медленно, постепенно; так, что вначале это было едва заметно; но чем дальше, тем