Джозефина Анджелини - Слияние звезд

— Я останусь. А ты отвези Клэр, — сказал Лукас, беря на себя руководство прежде, чем Клэр принялась спорить с Ясоном. — И позвони, если почувствуешь опасность возле ее дома.

— Заметано, — кивнул Ясон, увлекая Смешинку к двери.

Он ничуть не удивился предположению Лукаса — в отличие от изумленных Элен и Клэр. Страх вновь охватил Элен. Уже ночь, и в любой из теней мог скрываться Креон. Лукас взял ее руку и крепок сжал.

— Ясон справится, — шепнул он.

— Погоди-ка… мой дом? Но там родители! — воскликнула Клэр. — Получается, тот Креон, который напал на Элен…

— Хватит, — перебил ее Ясон с той чуткостью, которую проявлял ко всем, кроме Клэр. — Я не допущу ничего плохого и страшного, твои мать и отец будут в безопасности.

— Спасибо… — медленно протянула девушка. Надо же — у нее появилась причина поблагодарить Ясона!

Она обернулась и помахала подруге на прощание. Элен подумала, что на ее глазах произошло чудо. Клэр наконец-то не сказала Ясону ни колкости, ни гадости. Элен закрыла за ними дверь. Взглянула на Лукаса и обратилась ко всему пантеону богов с мольбой: хоть бы ей немного полегчало!

— У тебя усталый вид, — вымолвила она, и это была чистая правда.

— У тебя тоже. Я слышал, тебя постоянно мучают кошмары, — сообщил Лукас. Похоже, он ничуть не стыдился признания в том, что расспрашивал о ней своего кузена.

— Тебе-то что? Пожалуйста, уходи! — попросила она.

— Не могу. И не уйду, — ответил он, делая шаг вперед и обнимая ее.

Она почувствовала себя слишком слабой, чтобы сопротивляться. Поэтому прислонилась к его груди и позволила себе отдохнуть пару мгновений.

— Почему от тебя пахнет океаном? — внезапно спросил он, отстраняясь. Изучив взглядом мокрую одежду, облепленную песком, он с подозрением спросил: — Что еще сегодня приключилось?

— Это нечестно, — рассердилась Элен. И с горьким смешком оттолкнула Лукаса. — Если я тебе солгу, ты сразу поймешь. А если буду молчать, ты начнешь подозревать что-нибудь ужасное.

— Так просто расскажи мне — сколько сможешь, — тихо предложил он, отходя от Элен, чтобы у нее оставалось личное пространство. — Не бойся.

— Я просто пропустила тренировку, потому что не могу тебя видеть. Гектор меня нашел на пляже, и я его ударила. А он в ответ чуть не утопил меня. Хотел дать хороший урок, — выпалила Элен, и из ее глаз от утомления потекли слезы. — Затем я отправилась к Клэр, чтобы выплакаться на ее плече и рассказать, что я — Сцион. Потом полетела домой и на меня напал Креон, пытался свернуть мне шею и проткнуть сердце ножом. А остальное ты и сам знаешь. И сейчас мне хочется только одного: поскорее принять душ и лечь в постель. Я замерзла, вся чешусь и уже ничего не понимаю.

— Ладно, иди, — кивнул Лукас. — Я тебя подожду в твоей комнате.

Элен с трудом поднялась по лестнице. Включила горячую воду и заплакала. Она старалась не слишком громко всхлипывать и надеялась, что звуки льющихся струй заглушат рыдания.

Когда она наконец выплакалась и отмылась, то надела приятно пахнувшую майку на бретельках и тренировочные брюки. Потом снова вернулась в наполненную паром ванную комнату, чтобы закончить вечерний ритуал. Орудуя зубной щеткой, она услышала, как Джерри вернулся домой и включил телевизор в гостиной. Она вышла на верхнюю площадку лестницы и громко пожелала отцу спокойной ночи. Он проворчал что-то в ответ, но был слишком увлечен матчем «Ред Сокс» и явно не собирался вести серьезную беседу с дочерью. Элен отправилась к себе.

Лукас действительно ждал ее. Элен увидела его, лежавшего на ее постели в одежде, но без обуви, и оцепенела. Он был слишком длинным для ее девичьей кровати — ему даже пришлось свесить вниз ноги. Лукас посмотрел на нее, тяжело сглотнул, приподнял одеяло и жестом предложил Элен забраться под него. Она не знала, что ответить. Напомнить ему, что Джерри может в любой момент подняться наверх? Попросить его снять верхнюю одежду? Она не успела определиться, когда он заговорил.

— У меня, конечно, есть сила воли, Элен, — прошептал он. — Но поскольку ты, похоже, спишь в этой прозрачной рубашке, то я должен буду попросить тебя поскорее спрятаться под одеяло. Иначе я совершу очередную глупость.

Кровь прилила к лицу Элен, и она мгновенно скрестила руки на груди, прикрываясь. Потом запрыгнула на кровать и юркнула под одеяло. Лукас лишь рассмеялся и укрыл ее поплотнее. Он будто провел некую магическую линию, способную удержать их обоих от «глупости». Затем обнял ее одной рукой и потерся щекой о ее шею.

— Не надо смущаться. Я ведь уже видел тебя в ночнушке моей кузины. Тебе нечего прятать. Почему ты плакала? — тихонько спросил он, прижавшись ртом к ее волосам.

Элен ощущала, как двигаются его губы. Она почувствовала, что его бедра прижимаются к ней сквозь одеяло, но его руки словно образовали вокруг нее неподатливую клетку. Она хотела предложить ему забраться под одеяло, но Лукас не позволил.

— Я была разочарована! Почему ты здесь? Зачем? — зашептала она.

— Мы не можем, Элен, — произнес он.

Он поцеловал ее в шею и сказал, что ему очень жаль. Он повторял эти слова снова и снова. Элен безуспешно пыталась заглянуть ему в лицо. Наконец, ей стало казаться, что ее просто используют.

— Прошу, наберись терпения, — умоляюще вымолвил он.

Она намеревалась вытолкнуть его вон, сделать что угодно! Лишь бы не страдать, не лежать рядом с ним, затеявшим с ней такую жестокую игру. Они немного потолкались, но он оказался ловчее, да и весил гораздо больше. Он даже лег на нее и пресекал попытки столкнуть его на пол.

— Ты вообще хочешь меня, или тебе очень весело — дразнить меня таким образом? — произнесла Элен, чувствуя себя отверженной и униженной. — Почему ты даже ни разу не поцеловал меня?

Она откинулась на спину и смогла увидеть его лицо.

— Если я тебя поцелую, то не смогу остановиться, — отчаянно прошептал он, заглядывая ей в глаза.

Он выглядел ранимым и неуверенным. Его губы распухли от желания. Все его тело дрожало, на коже выступил пот. Элен со вздохом расслабилась. Ясно, что желание тут ни при чем. Лукас почему-то не мог позволить себе быть с ней.

— Ты ведь не смеешься надо мной? — устало спросила она на всякий случай.

— Нет, — ответил он.

Передвинувшись, он лег рядом с Элен, тяжело дыша.

— Но по какой-то причине мы никогда не будем вместе, — заявила она, вдруг успокаиваясь.

— Никогда не говори «никогда», — серьезно возразил Лукас, снова ложась сверху и вдавливая Элен в ее уютную девичью постель. — Боги любят играть с людьми, впадающими в крайности.

Он скользнул губами по ее шее и позволил обнять себя. Зажал ее под одеялом, храня ее жалкую девственность, позволяя ей охватить его руками, но не допуская пылкого объятия.