Тени сумрака - Эльхан Аскеров
— У Латынича имеется ещё охотничий домик. Где-то у сухого болота, — подумав, сообщил офицер.
— Сухое болото? Это как? — удивился парень такому названию.
— Одна из загадок природы, объяснить которую учёные не в силах, — криво усмехнулся штабс-капитан. — Если лето жаркое и сухое, то болото попросту пересыхает, превращаясь во что-то вроде пустоши. Но стоит только пройти дождю, как там запросто можно сгинуть, и никто никогда не найдёт, где именно это случилось.
— Удобное местечко, чтобы прятать следы преступлений, — мрачно усмехнулся Егор, про себя отмечая, что ещё далеко не всё знает о своём новом приобретении.
— А самое неприятное, что перед самым вашим приездом этот поляк снова скупал у помещиков детей, — кивнув, тихо добавил офицер. — Думаю, что он воспользовался вашим незнанием про домик и отправил их туда.
— Думаете, что они держали детей там, пока у них не соберётся нужное количество? — прямо спросил Егор.
— Думаю, да, — решительно кивнул офицер.
— Что ж. Это недолго проверить. Но считаю своим долгом сразу предупредить, сударь. Пленных я брать не буду. Если там обнаружатся те, кто действительно имеет отношение в этому преступлению, я их уничтожу. Не хочу сказать ничего плохого о наших законах, но если ваш полицмейстер и вправду прикрывал это паскудство, вполне допускаю, что им удастся ускользнуть от наказания, — подумав, жёстко заявил парень.
— Я могу ехать с вами, сударь? — быстро спросил штабс-капитан.
— С одним условием. Вы никоим образом не вмешиваетесь в то, что я стану делать, — жёстко ответил Егор. — Увы, но в этот раз у закона, как говорится, руки коротки. Вы сами сказали, доказать ничего не получается, — напомнил он.
— Согласен, — чуть подумав, решительно кивнул штабс-капитан.
— Тогда вечером жду вас в имении, а утром в путь, — резюмировал Егор.
— Я буду, сударь, — зло усмехнувшись, пообещал офицер и, попрощавшись, вышел из кофейни.
Пока они говорили, Егор успел в окно увидеть свою карету, которую Никита пригнал после небольшого ремонта. Расплатившись с официантом, парень быстрым шагом вышел из заведения и, усаживаясь в салон, приказал:
— Домой, Никита, и побыстрее.
— Мигом домчу, Егор Матвеич, — азартно усмехнулся кучер, щёлкая бичом.
Карета в сопровождении двух казаков рысью катила по улицам, заставляя весь местный транспорт шарахаться в стороны, уступая дорогу. Выехав за заставу, Никита снова щёлкнул бичом, и карета прибавила ходу. Спустя час Егор быстрым шагом вошёл в дом и первым делом принялся выяснять у слуг, где искать старого управляющего. Как оказалось, у него в доме был свой небольшой кабинет, где и велась вся бумажная работа по имению.
Войдя в комнату, парень окинул двух стариков, склонившихся над бумагами внимательным взглядом и, подойдя к столу, с ходу спросил:
— Степан Иванович, ты знал, что в охотничьем домике происходит?
— Хозяин туда только гайдуков своих пускал, — мотнул управляющий головой, снимая очки. — Смертью грозил, ежели кто ослушается. Сказывал, что там только его место. Мол, отдыхает он там от всех. Но порой увозил туда кого из девок, — подумав, осторожно добавил старик. — А после тех девок никто более и не видел.
— Стряслось чего, Егор Матвеич? А то ты сюда ворвался с таким лицом, словно убивать нас пришёл, — аккуратно поинтересовался Матвей Поликарпыч.
— Не вас, — зло фыркнул Егор и, подумав, уточнил: — А главный конюх знает, где тот дом стоит?
— Не знаю. Вроде ездил туда как-то раз, — с сомнением ответил управляющий.
— Ладно, — выдохнул парень и, развернувшись, быстрым шагом отправился на конюшню.
Найдя там конюха, он отозвал его в сторону и задал самый главный вопрос. Помня о побоище, которое парень устроил его обидчикам, мужчина сначала задумался, а после, коротко кивнув, заверил:
— Было раз, сударь. Но давно. Но вы покойны будьте. Найду.
— Тогда готовь с рассветом коней. Проводником пойдёшь. И ещё, коль оружие имеешь, с собой бери, — скомандовал Егор, заставив мужика удивлённо вскинуть брови.
Штабс-капитан приехал в имение к ужину, на пролётке. Вспомнив, что офицеры полиции получали не такое большое жалованье, чтобы содержать свой выезд, Егор тут же приказал приготовить ему комнату и утром подать осёдланного коня. О выезде с возможной дракой казаков он уже предупредил, и теперь бойцы старательно готовили всё имевшееся в наличии оружие. Попивая чай после ужина, парень с гостем в очередной раз обсудили все известные им нюансы дела и разошлись спать.
Солнце едва позолотило верхушки деревьев, когда со двора усадьбы выехала кавалькада из четырёх казаков, офицера полиции, конюха и самого Егора. Став в голове колонны, конюх уверенно направил коня по узкой тропе в лес. К полудню, миновав пару ручьёв и несколько буреломов, они выехали на широкую прогалину в лесу, посреди которой, огороженный высоким частоколом, стоял крепкий, широкий деревянный дом. Придержав коня, конюх оглянулся и, найдя взглядом парня, тихо сообщил:
— Вот он, сударь. Говорил же, вспомню.
— Молодец, — улыбнулся парень одними губами. — Казаки, оружие к бою. Ушами не хлопать и смотреть вокруг в шесть глаз каждый. А главное, не зевайте и церемоний не разводите. Как кто вздумает ослушаться, сразу в морду или стреляйте, ежели с оружием каким будет. Мне ваши жизни дороже тех прихвостней.
— Сполним, покоен будь, Егор Матвеич, — негромко отозвались бойцы, вынимая револьверы и взводя на них курки.
Повторив это действие, парень коснулся пальцами рукоятей ножа и кинжала и толкнул каблуками коня. В ворота он въехали шагом. Судя по струйке дыма, что струилась из печной трубы, в доме кто-то был. Так что, не стуча и не разводя церемоний, Егор спрыгнул с седла и, набросив поводья на коновязь, решительно двинулся к крыльцу. Но едва только он начал подниматься по ступеням, как дверь открылась и на крыльцо вышла сухопарая, совершенно седая женщина преклонных лет.
— Кто вы есть, сударь? — произнесла она с сильным акцентом.
— Новый хозяин имения. Кто ещё тут имеется? — решительно спросил парень, делая шаг к дверям.
— То не есть ваше дело. Ступайте отсюда. То мой дом, — зашипела старуха, вставая у него на пути.
— Казаки, осмотрите тут всё, — жёстко приказал Егор, и зло усмехнувшись, одним быстрым движением сгрёб старуху за грудки.
— Запомни, тварь. Теперь это всё принадлежит мне, и ты или ответишь