Патрик Уикс - Империя Масок (ЛП)

Сигнала не было, и его люди не стали готовить оружие. Он задал вопрос, чтобы узнать её ответ. И не был разочарован.

Эльфийка подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Нет, — ответила она. — Ты должен позволить мне пойти с вами и дать мне самой убить сэра Мишеля. Вот чего я хочу.

Бриала не знала, как долго они спали, но когда Фелассан все-таки растолкал её, эльфийке показалось, что смертельная усталость от тяжелого сражения и недостатка сна наконец покинула её.

Лёжа на жестких одеялах, добытых Фелассаном, она на мгновение притянула Селину поближе.

Проснувшись, Селина сначала напряглась, но потом вновь расслабилась.

Бриале это казалось странным. В Вал Руайо, когда Селина и Бриала спали вместе, эльфийка, просыпаясь, обычно обнаруживала, что её императрица уже сосредоточенно смотрит через окно на свою империю, просчитывая в уме все, что предстояло сделать в тот день. Может быть, Селина проспала всю ночь из-за полного истощения? Или, может, здесь, в этих древних эльфийских погребальных палатах, у Селины попросту не было империи, о которой нужно волноваться?

Бриала поцеловала Селину в шею, не обращая внимания на привкус застарелого пота.

— Хотела бы я приготовить тебе чай.

— Когда это закончится, — ответила Селина, перевернувшись лицом к Бриале и протирая заспанные глаза. — У меня будет новая кровать, рядом с которой старая покажется позорной. Шелковые простыни будут тоньше паутины, одеяла — сотканы лучшими мастерами Антивы, а перины и подушки будут набиты перьями, вырванными у демонов желания.

Бриала улыбнулась.

— Не уверена, что всё это будет удобным. Разве у демонов желания есть перья?

— Я пошлю за тем, у которого есть, — Селина поцеловала её, и, пусть короткий и лёгкий, но поцелуй не прошел бесследно — щеки Бриалы зарделись, а тело сладостно затрепетало.

Селина снова была с ней. Если бы не отсутствие чая и маленького ритуала с маской и побегом из комнаты, это было бы самое обычное утро. И, быть может, поэтому погребальная палата и казалась ей лучше дворца — сегодня их никто не увидит, кроме Мишеля и Фелассана, и Бриале не нужно было уходить тайком.

Ей  всё ещё было больно при мысли о случившемся  в Халамширале, но ведь те эльфы восстали. Селина поступила как должно. Будь Бриала там, ей, может, удалось бы убедить Селину принять иное решение, но ведь это она сама была той, кто ушёл.

В том, что Селина была вынуждена сделать то, что сделала, не было её вины, как и вины Бриалы в том, что она оставила Селину без нужных подсказок. Гаспар — вот кто был виноват. Он это сделал. Его надо винить.

Бриала заглушила сомнения в глубине сознания, напомнив себе, что ненависть к Селине будет как раз тем, чего добивается Гаспар. Она знала, что всегда будет нести в себе эту боль, боль от того, что не смогла тихо потушить восстание, не смогла спасти дураков, навлекших на себя императорское правосудие. Но она сможет простить Селину. Сможет.

И она больше никогда не оставит императрицу.

Эльфы по всему Орлею будут свободны. С помощью Селины Бриала могла этого достичь. Её императрица дарует её народу давным-давно заслуженную свободу.

Она застегнула свой доспех из драконьей кожи, морщась, когда доспехи задевали больные места.

— Что теперь, хагрен?

— Теперь — путешествие в другой мир, — сказал Фелассан. — И оно будет очень интересным, если мы, конечно, выживем.

— Твои слова не придают уверенности, — пробурчал Мишель, всё ещё облачаясь в броню.

Фелассан проигнорировал его.

— Эти зеркала бездействовали столетиями. Чтобы пробудить одно, потребуется очень могущественная магия. Я могу это сделать, но тогда вам придется тащить меня на себе весь день. Но вам, Императрица, должно быть проще.

Селина кивнула и вытащила на свет рубин из мешочка на груди. Она направилась к элувиану.

— Что я должна сделать, Фелассан?

— Понятия не имею.

— Не думаю, что нужно что-то делать, — сказала Бриала, всматриваясь в зеркало. — Это уже началось.

Когда Селина приблизилась к элувиану, серо-голубая стеклянная гладь пришла в движение. Поначалу казалось, что оно, как обычное зеркало, лишь поймало отблеск света, часть отражения Селины, но затем его поверхность заклубилась, стала вздыматься, словно грозовые тучи под сильным ветром.

Потом сжатый в руке Селины рубин резко вспыхнул, и элувиан откликнулся. Ожившая поверхность сначала засияла, а потом, словно облака скрыли пылающий закат, покрылась багровыми и пурпурными волнами.

— Любопытно, — Фелассан обошел Селину и ткнул пальцем в зеркальную гладь. От его прикосновения по зеркалу разбежались мерцающие лиловые круги, и он кивнул. — Что ж, палец всё ещё при мне. Это действительно может сработать.

Не раздумывая, он шагнул через зеркало и пропал. Со стороны казалось, что он прошёл сквозь сплошную завесу водопада. Бриала подскочила.

— Стой!

— Мы что, просто последуем за ним? — поинтересовался затянувший последний ремень своего доспеха Мишель, пристально посмотрев на остальных.

— По-видимому, — ответила Селина, сосредоточенно глядя на рубин в своей руке. — Бриа, ты и Мишель идете первыми. Вдруг когда я пройду, магия зеркала рассеется, и вы застрянете тут.

Бриала кивнула и слегка улыбнулась Селине.

— Тогда увидимся по ту сторону, — сказала она и шагнула вперед.

Несмотря на все усилия, подойдя к зеркалу, она напряглась. Затем, ободрённая присутствием Селины и Мишеля, эльфийка выпрямила спину и двинулась вперёд, наполовину уверенная, что сейчас попросту врежется в стекло и почувствует себя дурой. Она не врезалась в стекло.

По ощущениям это тоже напоминало проход сквозь брызги водопада, но как если бы водопад был создан из света. На мгновение на неё словно надавило холодом, а потом она как будто выскочила из мыльного пузыря и завершила начатый на той стороне шаг, щурясь на ослепительный свет.

— Мы не умерли! — объявил Фелассан и, помедлив, добавил: — Кажется.

Когда зрение прояснилось, Бриала обнаружила, что они стоят на тропе, камни которой были изрезаны теми же рунами, что украшали стены туннеля. Однако в отличие от туннельных рун, эти испускали мерцающее сияние. Свет казался белым, но стоило Бриале отвести взгляд, и он замерцал на краю зрения всеми цветами радуги. Тропа тянулась далеко вперёд. Позади эльфийки тропа заканчивалась возле элувиана, который здесь выглядел так же, как в погребальных покоях, разве что не был так диковинно украшен.

Кроме тропы разобрать окружение было сложно. Вроде бы земля была покрыта травой, но та была серой и тусклой, несмотря на исходящий от камней свет. Бриале показалось, что вдалеке она видит деревья, но они выглядели лишь размытыми очертаниями на горизонте.