Дорога Ведьм - Кейт Эллиот

Шахта была скрыта большими валунами, окружавшими ее, словно часовые. За валунами лежало плоское плато, простиравшееся на север на много лиг. Отсюда они могли смутно различить край северной стены Разреза Точильщика, хотя было трудно разглядеть край более близкой южной стены, которая была скрыта поднимающимся склоном местности и беспорядочными зарослями сосен, можжевельника и пильчатого дуба.

Призрак появился из шахты. Он вспотел, даже слегка побледнел, и, не говоря ни слова, отошел в тень валуна и встал там, отвернувшись от них. Фулмо подтянулся, за ним последовал Симо; судя по гримасе, подъем дался ему нелегко.

Ксилси сунула голову в шахту и крикнула вниз:

— Ты собираешься остаться там, внизу, а, Джирв?

Симо погрозил ей пальцем.

— Он помогает собеседнице. Оставь это, Ксилси. Ты знаешь лучше.

Она покраснела.

— Он тоже знает лучше.

— Ты полагаешь, я с ним не разговаривал?

Она отошла, чтобы встать рядом с Кемом и Ипис и притвориться, что ее интересует дальнейший путь.

Элен подошла к Симо, стоявшему у шахты.

— Сможет ли собеседница подняться сюда?

Снизу донесся смех Джирви. Он крикнул наверх:

— Отойдите.

Раздался свистящий звук, похожий на хлопанье крыльев, сопровождаемый порывом ветра, который заискрился, словно тлеющие угли. Элен отскочила назад, смахивая с глаз то, что показалось ей пеплом. Симо прикрыл лицо рукой.

На краю шахты, стояла Лувиара, ее шарф и мантия до колен замирали вокруг нее, словно их только что развевал ураганный ветер.

Элен была слишком потрясена, чтобы говорить. Кем обернулся, выглядя озадаченным, а затем и изумленным. Стражи, казалось, не были удивлены, но когда Кем тихо спросил Ипис, та покачала головой, кивнув подбородком в сторону Элен, как бы говоря, что не может сказать ему об этом здесь, где помощница-курьер может услышать.

Лувиара поправила свою одежду и спросила:

— Есть ли здесь укромное местечко, где я могла бы облегчиться? Я не хотела делать этого, находясь в подземелье сволтеров. Я знаю из достоверных источников, что они протыкают незваных гостей насквозь и калечат нарушителей, а как лучше распознать нарушителя, чем по запаху их мочи?

Элен кивнула.

— Да, да, конечно, нам всем нужно быстренько пописать среди камней, прежде чем мы продолжим наш путь. Ваше Достоинство, могу ли я спросить?..

— Не сейчас, — сказал призрак, подходя ближе. Его взгляд, устремленный на Лувиару, был таким необычно агрессивным, что теургистка, как показалась, растерялась. — Сколько вы можете удерживать связанными одновременно? Они выполняют ваши приказы в обмен на освобождение?

— Ваше Высочество, мы, теургисты, не обязаны рассказывать о своем искусстве даже во дворце.

— Конечно не обязаны, но мой вопрос остается в силе.

— Прошу прощения и не хочу проявить неуважение, Ваше Высочество, но нам предписано никогда не разглашать секреты нашего ремесла.

Из-за нахмуренных бровей он выглядел таким же сердитым, как гроза, надвигающаяся на равнины. Исходившее от него недовольство было отрезвляющим и неприятным. Глаза Лувиары расширились от тревоги. Стражи с опаской посмотрели на него. Все отступили на шаг. Он пристально посмотрел на них, заметив их реакцию. Как по волшебству, выражение его лица прояснилось, и на нем появилось обычное сардоническое веселье.

— Да, да, конечно, вам так предписано. Поторопитесь. Мы отправимся, как только Джирви будет с нами.

Несмотря на намеки Ксилси о том, что Джирви не умеет лазать, мужчина быстро добрался до вершины и не выказал никаких признаков усталости. К тому времени остальные уже закончили свои дела, укрывшись за каменным щитом. Запах свежей мочи рассеялся на постоянно дующем ветру, когда Элен легкой трусцой повела их в неровную тень и свет под деревьями, направляясь к краю Разреза Точильщика.

Граница Разреза Точильщика была похожа на иллюзию. Несколько часов они шли по просторным лесам и каменистым прогалинам и были в лесу, когда, не меняя ландшафта, большой каньон прорезал землю у их ног. Ночью человек, сам того не ведая, мог сорваться с обрыва и упасть с высоты в тысячу локтей навстречу своей смерти. Если бы падение не убило его, то он наверняка скатился бы в ручей, который тянулся параллельно реке, протекавшей по дну каньона. Умереть, размозжив голову о камни, было предпочтительнее.

Стражи смотрели через пропасть между южным и северным краями.

— И как же мы должны это преодолеть? — резко спросил Симо. — Перелететь?

— Возможно, Достойная Собеседница могла бы помочь с этим, — заметил призрак, сурово скосив глаза.

— Ваше Высочество, — ответила Лувиара с резкостью, удивившей Элен, — у этой скромной теургистки недостаточно сил, чтобы перенести даже одного человека на такое расстояние, и недостаточное количество, чтобы перенести всех.

— Итак, осталось меньше девяти духов воздуха, которые связаны с вами, и притом слабых.

Услышав это, Лувиара вышла из себя.

— Если вы знали, то почему спросили, Ваше Высочество?

Симо рявкнул:

— Собеседница! Вы говорите без разрешения!

Призрак поднял руку, призывая капитана к молчанию.

— Это справедливый вопрос. И у меня есть честный ответ. Мне нравится точно знать, какими инструментами я располагаю. Но, я полагаю, у помощницы-курьера есть план.

— Да, — бодро ответила Элен, решив, что лучше всего сгладить небольшую стычку. — Но мы здесь слишком заметны, так что давайте двигаться дальше. В лиге к югу есть поворот, где горные хребты сходятся ближе друг к другу. Там находится веревочный мост. Сюда.

Они шли молча. Возможно, Лувиара злилась, но женщина казалась более задумчивой, чем кто-либо другой. Стражи были настороже, их взгляды часто возвращались в ту сторону, откуда они пришли.

Подойдя к искривленному можжевеловому дереву, Элен перевела всех через край обрыва и прошла через выемку между двумя выступами. Они двинулись по тропинке, которая шла вдоль верхнего склона, медленно спускаясь вниз, как по очень длинному пандусу. Ее левое плечо касалось скалы, правая рука свисала над обрывом. Если бы она посмотрела вниз, то у нее закружилась бы голова.

Она беспокоилась за Фулмо. Он был таким большим, что казался неуклюжим, несообразным, готовым вот-вот свалиться за край, но при этом держался так уверенно, что она подумала, не обладает ли гагаст козлиным чувством равновесия и острым зрением. Призрак тоже легко справился, но стражам пришлось труднее: они шли осторожно, когда тропа сужалась, и набирали скорость там, где она расширялась. Тем не менее, они следовали за ними достаточно храбро. Они были стойкими и никогда бы не оставили своего принца.

На этот раз Лувиара казалась неуверенной и все больше отставала,