Мария Филиппова - Гшер. Части неделимого

Чтобы попасть в ловушку, заклинанию оставалось пройти всего двух парней слева, путь на свободу был практически у меня в руках.

Сжав зубы и прикусив до крови язык, я лихорадочно завершала плетение своего заклинания, когда стоящая справа любительница загадочных мужиков внезапно скривилась и оглушительно чихнула. От неожиданности я чуть потеряла контроль, три нити заклинания вырвались из пальцев, перекрутились, натянулись и, не выдержав, маленького хаоса лопнули….выкидывая уже пойманный Случай прямо на эту чертову блондинку! Эта…мерзавка радостно завизжала, порывисто вцепилась в меня и прежде чем мои руки сомкнулись на её шее, рванула вперед, на открытое место, где ее ждал с широченной улыбкой главный распорядитель.

— О, это так чудесно! Так чудесно! — Лепетала будущая жертва многочисленных проклятий.

От ярости я даже моргнуть не могла, будь иначе — от этой белобрысой мерзавки и места мокрого бы не осталось!

— У вас есть заветная мечта, леди Съенна?

Съенна? Я запомню…

— О да! Конечно-конечно! Я хочу, — чертова блондинка на миг заткнулась и, бросив влюбленный взгляд на хозяина Акарэи, с придыханием прошептала: — я хочу видеть Его лицо.

В зале установилась тишина. Но буквально через миг она взорвалась шумом и гамом. Треть преподавательского состава громко возмущалась нелепостью и наглостью желания, с жаром доказывая что и речи быть не может о его выполнении. Вторая треть не менее громко вещала о том, что раз Глава Акарэи обязался исполнить любое требование, то пусть не смеет отказываться от своих же слов и без промедления снимает маску. Оставшаяся треть слегка ошарашено выжидала чем же кончиться дело. И только сам предмет спора неподвижно стоял словно изваяние.

Назревал очень такой симпатичный скандальчик, да нет…скорее даже скандалище. Такая загадочная личность как Глава Акарэи не без причины скрывала лицо. Он держал в своих руках поводки и ниточки от множества власть имущих марионеток империи, контролировал наиболее привилегированную академию магии и, разумеется, мешал очень многим. Но угроза убийства в связи с разоблачением не была причиной поднявшейся суматохи. Пожелав зреть лицо того, кого никто и никогда не видел, эта проклятая блондинка покусилась на самое важное, что было у Тайного Совета — её символ.

Загадка. Сила и власть укрытые тайной. Неуязвимость карающей длани и безликость врага. Всеобъемлющий контроль…. Снять маску все равно, что обозначить цель, ведь реально существующего человека уничтожить гораздо проще, чем существо без лица, голоса и привычек.

Спор набирал обороты, кое-где дискуссия приближалась к той границе, за которой своей очереди нетерпеливо ждал пошлый мордобой, но ему так и не довелось показать себя в деле. С оглушительным грохотом посох старейшего из преподавателей опустился на стол, заставив замолчать даже самых рьяных спорщиков.

— Прекратить безобразие! — Рыкнул аки лев почтенный дедок.

И где это он безобразие усмотрел? Форменное хулиганство и неконтролируемое бесчинство начнется, когда я доберусь-таки до этой белобрысой швабры. Вот тогда-то и надо будет орать…

— Это невозможно! — Решительно пискнула старушенция в самом дальнем углу. — Подобное желание не может быть исполнено!

— В нем нет ничего архи сложного. — Буйный дедушка с посохом одним коротким взглядом заставил оппонентку замолчать. — Раз обязался — пусть выполняет.

— Но это немыслимо! — Взволнованно пролепетал старший распорядитель. — Профессор Луаф, вы же сами понимаете, что просить снять маску это…

— Это легко исполнимо! — Решительно стукнув по столу посохом, отрезал дед. — Но если господин ректор предпочитает нарушить собственное слово, и тем самым продемонстрировать свою бесчестность, то пусть не рассчитывает на дальнейшее беспрекословное подчинение. Принимать указания от человека не способного подтвердить собственные слова ни я, ни мои коллеги не будут.

— …Говорите только за себя, профессор!

— …А я с ним согласен!

— …Пусть снимает!

— …Неприемлемое требование!…

Выкрики, новая волна шума и смешение голосов в один монотонный гул. Скандал разгорался как ветки облитые керосином, чужие эмоции жарким маревом вымещали из зала прохладу трезвых размышлений…хорошо. Тепло и уютно, не хватает только завершающего аккорда вроде битвы двух волшебников…. или убийства одной не в меру везучей блондинки будущим Магистром Мрака. Хотя нет… свидетелей много, да и ловить её придется по всему залу…

— Леди, молю вас! Вы действительно уверены, что хотите именно этого? — Надрывно простонал главный распорядитель.

В воцарившемся напряженном безмолвии, леди Съенна уверенно и страстно произнесла:

— Да. Я хочу видеть его лицо. — И как контрольный выстрел: — В этот самый миг.

Ну все, бедному ректору практически не отвертеться. Либо бесчестье и позор, либо разоблачение на глазах множества людей, среди которых наверняка затесались несколько десятков недоброжелателей. Вполне вероятно, что убить его попытаются прямо здесь…. Ну и наплевать…. Я была слишком занята разглядыванием своей первой жертвы, чтобы отвлекаться на подобные мелочи.

— Господин ректор, вы исполните свое обещание или подтвердите собственную несостоятельность? — Не унимался дед.

Народ старался дышать через раз, дабы не пропустить за выполнением столь ничтожного действия самое грандиозное представление возможно за последние пять сотен лет. Я же посвятила все свое внимание другому пока еще живому существу. От изучающего созерцания меня оторвал тихий шепот Азала:

— Смотри…

Отвернуться от жертвы оказалось сложнее, чем я рассчитывала, но, тем не менее, вполне выполнимо. В общем-то, почему бы и не полюбоваться на такой забавный спектакль? Отпустить глухо рычавшую в груди огненную ярость я могла в любой момент.

Застывшая безликая фигура еще бесконечно долгий миг была недвижима, но потом рука, затянутая в черную кожу перчатки медленно поднялась и прикоснулась к маске.

Неужели сдался? Впрочем, под таким-то давлением не мудрено….

Мне почему-то показалось, что хозяин академии смотрит прямо на меня. Глупое ощущение, учитывая, что взгляд все еще спрятан за прочной броней. Глупое и беспричинное. Просто волнение окружающих стало слишком ощутимым, не более…

Невесомой пылью рассеялось серебро, и шепот оседающих частиц мерцающего металла утонул в сотне вырвавшихся вздохов. Холодный, слегка настороженный взгляд до боли знакомых темно-карих глаз действительно был направлен на меня….Наглец. Даже не потрудился сменить внешность — все то же молодое лицо столь не подходящее облику хозяина Акарэи, но идеально годящееся для того, чтобы язвительно ухмыляться, прежде чем называть Ювентания нелепым прозвищем….