Александра Мороз - Пророчица

– Раз не можешь решить проблему так, попробуй с другой стороны, – посоветовало ей Сердце, когда девушка уже была готова расплакаться из-за своей непутевости.

С другой стороны? Казалось бы, банальнее совета не придумаешь, но это действительно помогло. Поверить в то, что родители думают о том, что она всего лишь уехала в столицу, чтобы сопровождать Велеслава, оказалось гораздо легче.

– Молодец, – прошелестел голос Сердца в ее мозгу.

– Спасибо, – так же мысленно ответила она.

После этого на душе стало немного легче, и девушка решила узнать, как у кого дела. К счастью, яблочко и тарелочка остались на месте. Первым делом она заглянула в родительский дом и убедилась в том, что там нет переполоха или беспокойства. Немного понаблюдав за родственниками, Софья решила узнать, как дела у наставника, который сейчас был не в меньшей опасности, чем ее родные. Тарелочка показала довольно странное помещение. Там царил полумрак, и пророчица с трудом смогла разглядеть лица людей, сидящих за грубо сработанном столом. А когда разглядела, ей стало очень не по себе. Софья до этого не видела подобного выражения ни у Велеслава, ни у Кары. Про Яромира она ничего сказать не могла, потому что вампир сидел к ней спиной, и опознала его девушка по прическе и фигуре в целом. Еще больше ее еще насторожило то, что, судя по всему, они пили и пили давно. Молча. Что могло произойти такого, чтобы так выбить из колеи всегда готовую пошутить Кару?

Она не успела толком озаботиться вопросом: «Что случилось?», когда появилось новое действующие лицо. Софья вгляделась в черты лица незнакомки, и ее захлестнула волна зависти. Незнакомка не была ошеломительно красива, нет, но в каждой линии ее лица чувствовалась порода. Высокие скулы и открытый высокий лоб, прямой нос и тонкие губы. Женщина казалась властной и холодной, а еще строгой. Софья не могла бы сказать в чем именно проявляется эта строгость, но он впечатления отделаться не могла.

– Достойная, – как-то обреченно выдохнула девушка и тут же одернула себя. Потому что уж больно этот вздох напомнил ей о «любовных терзаниях», а на них Софья была совершенно не согласна. Она слишком хорошо понимала, что не ровня Велесу, а быть развлечением не позволяла гордость.

Пока пророчица занималась самокопанием, женщина подошла к Велесу и почему-то посмотрела на Кару с Яромиром, словно ожидая какой-то реакции. Реакции, впрочем, не последовало. Поэтому она все же заговорила:

– Я хочу поговорить с сыном, не могли бы вы нас оставить, – несмотря на строение фразы, Софья сразу поняла, что это был приказ, а не просьба. Девушка заметила, как вампир немного наклонил голову, словно прося друзей оставить их наедине. Женщина села напротив Велеслава и молча дождалась, когда Кара с Яромир уйдут.

– Ты должен понимать…

– Отличное начало беседы, – жестко усмехнулся ее наставник. – Я уже ничего не должен, Ярина.

– Велес, ты не только подданный клана Крови, ты еще и мой сын.

– Когда тебе это удобно, да, – он был жесток и прямолинеен.

– Я не могу позволить тебе рисковать кланом. Велес, одумайся, я не хочу тебя хоронить.

– Поэтому ты решила, что без поддержки клана я на это не решусь.

– Да. Ты не сможешь вызвать Венцедара на дуэль, потому что теперь не являешься лицом говорящим от Клана Крови.

Велеслав рассмеялся, и от этого смеха, у нее побежали мурашки по телу. Софье было страшно, потому что в этих звуках было лишь безумие. Девушка прикусила губу, чтобы не закричать, но смотреть за развитием ситуации не перестала.

– Как мило ты ошибаешься, – он резко оборвал смех. Софье показалось, что чувства опять оставили вампира, оставив лишь волю и решимость. – Венцедар по отношению ко мне нарушил клятву сюзерена, ты не сможешь ничего изменить.

– Тебе так хочется умереть?! – вскричала женщина. Пророчица заметила, как побелели костяшки пальцев Матери клана Крови.

– Я не собираюсь умирать.

– Я не понимаю. Ты погибнешь сражаясь с Венцедаром. Зачем тебе это? Зачем тебе вмешиваться в дележ Пророчицы?

– Потому что она моя подопечная. Я отвечаю за нее, как ты отвечаешь за клан Крови.

– Подопечная, – зло фыркнула Ярина. – Опять, Велес?! Тебе не надоело? Сначало Хелен, теперь эта…

– Юна не имеет никакого отношения к Хелен, – прорычал он.

– Да? – притворно изумилась вампирша. – Юна. Ты даже зовешь ее не полным именем. И как? Хорошо девка? Наиграешься и что дальше? Пророчицу невозможно убить, ты и сам знаешь…

– У тебя есть еще что-то мне сказать? – из голоса Велеслава исчезли все эмоции.

– Нет, – глава клана Крови, судя по всему, тоже была зла.

Софья отпрянула от тарелочки. У нее было такое ощущение, что ее полили грязью. Ох, не зря говорят, что не стоит заглядывать в замочные скважины, а то можно увидеть то, что совсем не понравится. Девушка почти бегом отправилась в душ и долго стояла под горячими струями воды, пытаясь смыть ту грязь, к которой прикоснулась из-за любопытства. В душе же она вновь тренировалась в управлении собственной верой, потому что девушке очень не хотелось выдавать Совету планы своих спасителей.

Следующие две ночи прошли для нее в какой-то беспорядочном напряжении. Совет требовал повиновения, при этом заставляя изучать этикет и поведения настоящей правительницы. Как у них сочетались первое и последнее для Софьи оставалось загадкой, но она молча подчинялась. Беспокойство о родных стало не таким острым, но все равно осталось.

Так что на четвертую ночь своего пребывания в столице, ее охватило нервное возбуждение. Ощущение того, что вот сейчас все решится, было таким отчетливым, что она буквально за полчаса искусала губы в кровь, стараясь держать себя в руках. Впрочем, ладони рук уже тоже получили свои украшения в виде отпечатков-полумесяцев от ногтей. Хладонрава неоднократно подходила и в издевательством тоне заверяла ее, что бояться нечего. Как же она хотела в это поверить, но не могла…

Когда пришло время отправляться в главный зал, который не иначе как по иронии судьбы назывался Залом Правды, ее уже колотило. Истерзанные губы болели. Софья глянула на себя в зеркало перед выходом «в свет» и с трудом подавила желание остаться в комнате: искусанные губы, темные круги под глазами и общая бледность создавали совсем не величественный вид. Изящно уложенные волосы и парадные, хоть и довольно простые одежды выглядели неуместно. Она сама себе напоминала дешевую подделку на образ властительницы. Вот мать Велеслава или Кара, они могли бы править, а она? Софье стало грустно, но она заставила себя отправиться на церемонию представления ее кланам, потому что не хотела подвергать своих близких лишней опасности.