Семейные ценности клана серой смерти - Валерия Веденеева
«Видно будет, — после ещё одной паузы отозвался Корбеник. — Сперва узнаю, где сейчас старик».
«Старик?»
«Ну, в смысле — Предвечный. Я же не самоубийца — явиться в самое сердце его владений, когда он тоже торчит там».
«А куда он может деться?»
«Да кто же его знает! Ты ведь не думаешь, будто он сидит в тронном зале как привязанный или нам хоть когда-нибудь о чём-нибудь докладывает? То есть раньше, когда я…», — он резко замолчал.
Тут я вновь вспомнил о собственной догадке, что Предвечный спит. А если он не спит, а просто убрёл куда-то? Судя по словам Корбеника, подобное за ним водилось.
А под «мы» Корбеник явно подразумевал высших демонов, стоящих на первых ступенях чёрной иерархии…
Хотя нет, что-то тут не совпадало.
«Демонология» утверждала, что демоны из чёрной иерархии не могли предать своего бога и беспрекословно подчинялись его воле. Однако Корбеник, как я понял, умудрился оскорбить Предвечного дурной шуткой, сбежал, долго прятался, а теперь планировал втайне вернуться, чтобы вырастить — или, может, даже украсть? — себе тело. Всё это плохо укладывалось в ту схему, которую рисовала «Демонология». Получалось, что либо Корбеник мне соврал насчёт своей истории, либо он не входил в чёрную иерархию, либо исследователи демонов ошибались.
«Ну что, желаю тебе не попасться Предвечному под тяжёлую руку», — проговорил я.
Корбеник фыркнул.
«Скорее уж под тяжёлое щупальце или лапу — он редко принимает облик, у которого есть руки».
«Слушай, а как он со своими щупальцами и лапами сидит на троне? — не удержался я. — Неудобно же».
Корбеник загоготал.
«Если старик меня всё же поймает, я передам ему твой вопрос. Ну бывай! Ещё увидимся!»
И чёрный дым вытянулся в столб, пробил потолок и исчез.
Я проводил его взглядом и тут же повернулся к Семаресу:
— Прикажи своим людям никого в зал не пропускать и немедленно пошли за магами-экспертами по демонам. Другими словами, нам нужны ищейки, но особые, умеющие читать демоническую магию и разбираться в нюансах её работы.
Семарес нахмурился.
— Зачем?
— Затем, что у нас появился шанс научиться закрывать прорывы Бездны!
Семарес замер. На мгновение его лицо утратило привычную непроницаемость, во взгляде мелькнула недоверчивая надежда. Впрочем, маска моментально встала на место, и он развернулся, выискивая взглядом своих людей — те стояли поодаль — и направился к ним.
Теаган, не участвовавший в нашем с Семаресом разговоре, подошёл ближе и мотнул головой в сторону зала.
— Этот не вернётся? — тон голоса подразумевал, что Теаган прекрасно понял, чем «дым» был на самом деле.
— По идее не должен.
Теаган не стал спрашивать, что всё это значит и как я связан с произошедшим. Понятно было, что такие вещи лучше обсуждать в закрытом помещении под защитой рун от подслушивания. Вместо того он негромко проговорил:
— Даже аватары Пресветлой Хеймы не могли полностью закрыть разрывы Бездны. Как предлагаешь объяснить случившееся?
Хм… Об этом я ещё не задумывался.
— Не проще будет убедить свидетелей молчать?
— Сомнительно — они уже разбежались, — Теаган покачал головой. — Да даже если бы получилось, толку никакого: несколько месяцев назад гильдия Алхимиков изобрела артефакт, фиксирующий новые прорывы из Бездны, и уже успела продать сотни образцов.
— Тогда объявим, что богиня сотворила чудо? Или сам что-нибудь придумай, — я развёл руками.
— Ладно, разберёмся. В Обители, кстати, такие артефакты тоже есть, так что скоро увидим присланные оттуда отряды.
Я попытался сообразить, как давно в зале открылся первый разрыв. Путешествие в Бездну сбило моё внутреннее чувство времени, но, если от него отстраниться, получалось, что ловушка с «зеркалом Морейна» захлопнулась около двадцати минут назад.
Достойные Братья тем временем выслушали распоряжение Семареса, несколько человек тут же встали у проёма, ведущего в разорённый зал Совета, и я услышал знакомый шелест активированных защит. А другие Братья принялись вежливо, но непреклонно, теснить задержавшихся данов к выходу.
— Вы тоже останьтесь здесь, рядом с залом, — сказал я Семаресу. — Мало ли кому что взбредёт в голову.
Тот молча кивнул.
Кому и что могло взбрести в голову, я не знал, но жизненный опыт подсказывал: если что-то имело шанс пойти скверно, оно непременно так и шло.
Когда мы с Теаганом вышли из дворца следом за задержавшимися данами и оказались на парадной лестнице, в дальнем конце улицы, ведущей со стороны Обители, показался бешено мчащийся конный отряд. Обычно в столице езда с такой скоростью не разрешалась, но вряд ли кто-нибудь посмел бы сделать замечание верховному иерарху — потому что во главе отряда действительно оказался сам Таллис.
Вот он увидел Теагана, спускающегося по ступеням, и дикое выражение с его лица ушло.
— Ты цел? — спросил он резко, едва соскочил с лошади, и только когда Теаган кивнул, перевёл взгляд на дворец. — Что там творится? Артефакты алхимиков показали открытие Бездны…
— Так и было, но сейчас все разрывы закрыты, — отчитался Теаган.
— Это… — Таллис явно собирался повторить фразу Семареса «Это невозможно», но успел оборвать себя. Камень в его перстне вспыхнул, как обычно бывало, когда он ставил защиту от подслушивания, и его пронзительный взгляд перешел на меня. — Твоих рук дело?
— Нет, — я мотнул головой. — Разве что очень косвенно…
— Очень косвенно. Ну конечно… Пойдёмте тогда, покажете мне, что за чудо там случилось.
Пока мы снова шагали по светлым галереям и коридорам к залу Совета, я вкратце объяснил, что прорыв из Бездны закрыло некое древнее бестелесное существо — вероятно, высший демон. И добавил, что место прорыва необходимо тщательно исследовать — вдруг получится понять, как ему подобное удалось.
— Ход в Бездну закрыл высший демон? Да еще помогая людям? — недоверчиво переспросил Таллис. — Так не бывает!
— Ну… — объяснять, что Корбеник сделал это в обмен на мою будущую услугу, пусть и ограниченную «разумными пределами», мне совсем не хотелось. Сама идея обмена мне всё ещё казалась здравой — в результате удалось спасти столицу от тварей Бездны, и, кроме того, отвлечь Шутника, вылетевшего из многовекового заточения и желавшего «размяться». Кто знает, что бы он затеял, если бы я не вмешался? Может, впрямь начал бы раскатывать город «по камешку»? Однако при всём при том я догадывался, что Таллису моя логика могла показаться… нестандартной.
— Факт есть факт, — вмешался Теаган. — Все прорывы