Элизабет Хэйдон - Рапсодия: Дитя крови

— Такие слова, да в устах ДАМЫ, — с иронией ответил он. — Мадам, я в ужасе.

— Нет, сэр, это вы отвратительны, — парировала Рапсодия, расправив плечи. — Ко всему прочему, вы еще и слепы. Разве вы не видели на дороге детей?

— Видел. — Воин посмотрел на Рапсодию с широкой улыбкой.

Похоже, такое выражение появлялось у него на лице не часто.

Рапсодия окончательно рассвирепела:

— И вам не пришло в голову придержать коня или объехать их?

— Честно говоря, нет. Обычно они успевают отскочить. Подобные уроки лучше всего преподавать в раннем детстве.

— А если бы они не успели? — закричала она. — Если бы вы их растоптали?

Воин пожал плечами:

— Обычно препятствия с такой маленькой массой не вредят лошади. Кстати, вы и сами невелики ростом.

Раздался гневный крик. Пригоршня грязи угодила нахалу прямо в лицо.

— Слезай, и я научу тебя хорошим манерам! — вскричала Рапсодия, положив руку на рукоять меча.

— Кончай с ним, герцогиня, кушать хочется, — послышался громогласный голос из-за деревьев.

Воин повернулся и увидел выходящего на обочину великана фирболга. Отчаянно заржала запряженная в телегу лошадь; испуганно закричали женщины; крестьяне со всех ног бросились в разные стороны; что до детей, то те давно разбежались.

Воин откинул голову назад и захохотал:

— Вы только посмотрите на них! Райские Кущи и Вечные Муки путешествуют вместе! Поразительно!.. Вам следует откинуть капюшон, мадам, — ведь я снял шлем. Или вы боитесь показать свое лицо?

Рапсодия резким движением сбросила капюшон. Глаза всадника заметно округлились.

— О, теперь я знаю, кто вы. Вас зовут Рапсодия, не так ли?

Ярость девушки мгновенно улетучилась:

— Откуда вы знаете?

Воин встряхнул шлем и поправил ремешок, собираясь вновь его надеть.

— Вы ведь занимались с Гэвином… Об этом много болтали. Вас так колоритно описывают, что узнать такую красавицу не составляет труда.

Рапсодия почувствовала, как на смену возбуждению и гневу пришел страх.

— Но почему?..

Всадник надел шлем, не обращая внимания на Грунтора.

— Потому что может существовать только одно такое чудо природы. Отойдите с дороги, если не хотите поближе познакомиться с новыми подковами моего коня.

— Неужели? А кто ВЫ такой? Я не знаю вашего имени. Воин взял в руки поводья.

— Да, не знаете, — коротко ответил он.

Затем пришпорил коня и ускакал прочь. Рапсодия не успела отскочить в сторону, и грязь, летевшая из-под копыт, запачкала ее плащ.

— Ну ты даешь, мисси, — раздраженно проворчал Грунтор. — Пойдем, чего здесь торчать?

Рапсодия стряхнула грязь с плаща и кивнула. Она перешла дорогу и собралась последовать за Грунтором, когда послышался тихий голосок:

— Мисс?

Рапсодия затаила дыхание, повернулась и увидела мальчика лет семи, который прятался в кустах на обочине. Она склонилась над ним и осторожно коснулась его лица:

— Все хорошо? Ничего себе не повредил?

— Да, мисс… я хотел сказать нет, мисс… со мной все хорошо.

Рапсодия помогла мальчику подняться на ноги.

— Как тебя зовут?

Мальчик посмотрел на Грунтора снизу вверх, ухмыльнулся и ответил:

— Робин.

Великан улыбнулся в ответ.

Рапсодия почувствовала, как у нее перехватило горло. Так звали одного из ее братьев. Мальчик не сводил с нее глаз.

— Я знаю, как зовут этого человека.

— Правда? И как?

Мальчик довольно улыбнулся:

— Его же все знают! Это Анборн.

СТАРШИЙ СТРАЖНИК у ворот Хагфорта, замка герцога Стивена Наварнского, позвал гофмейстера, чтобы тот принял окончательное решение. Джеральд Оуэн начал служить герцогу двадцать лет назад, когда лорд Стивен был еще юношей, и за долгие годы успел привыкнуть ко многому. Однако ничего подобного ему видеть еще не приходилось.

Путешественников было трое. Маленькая женщина с изящной фигурой и гибкий мужчина на голову выше ее ростом кутались в плащи, а их лица скрывали капюшоны. В отношении женщины Оуэн сразу испытал разочарование: ему почему-то нестерпимо захотелось увидеть ее лицо. А вот в лицо мужчины он бы предпочел не смотреть.

Рядом с этой парой застыл великан почти восьми футов роста. Одного взгляда на жуткие клыки, торчавшие изо рта, хватило, чтобы заставить сердце Оуэна забиться быстрее.

— Ну да, все в порядке, — заикаясь, пробормотал он, продолжая изучать письмо Главного Жреца филидов Ллаурона; он читал его уже в пятый раз. — Пожалуйста, заходите. — Оуэн кивнул стражникам, чтобы те сопроводили странную компанию в замок.

Замок оказался красивым, с необычными изящными деталями, явно внесенными в классическую архитектуру талантливым зодчим. По стенам, выложенным из красно-коричневого камня, упрямо карабкался вверх плющ — летом это наверняка выглядело весьма эффектно. Двор замка украшал ухоженный садик. Повсюду стояли лужи талой воды.

Когда гости подошли к большим воротам из красного дерева с орнаментом, Джеральд Оуэн остановился.

— Если вы немного подождете, я сообщу лорду Стивену о вашем прибытии. — Гофмейстер поклонился, распахнул створку и быстро проскользнул внутрь.

Пока они ждали, Рапсодия осматривала замок. Твердыня Стивена Наварнского находилась на вершине пологого холма, откуда открывался прекрасный вид. С одной стороны темнел далекий лес. По дороге к воротам Грунтор отметил, что замок обладает скрытыми оборонительными устройствами. Несмотря на эффектную архитектуру и мирный внешний вид, замок был хорошо укреплен и способен выдержать серьезную осаду. Рапсодия заметила, что на ее друзей это произвело впечатление.

Гофмейстер оставил массивную дверь слегка приоткрытой, чтобы не оскорбить гостей. Акмед небрежно прислонился к ней, вежливо кивнув стражникам. Дверь еще немного приоткрылась, чего он и добивался. Акмед услышал глубокий тенор.

— И ее сопровождает великан — ТАК ты сказал?

Джеральд Оуэн явно смутился:

— Кажется, фирболг, милорд.

— Фирболг? Превосходно! Полагаю, в следующем месяце на приеме у Верховного лорда-регента я буду единственным, кто сможет похвастаться тем, что ему довелось ужинать с фирболгом. Попросите их войти и проявите радушие.

Возникла небольшая заминка.

— Слушаюсь, милорд!

— Ладно, Оуэн, пропустите-ка меня. Я сам их встречу.

Послышался звук приближающихся шагов, и в следующее мгновение тяжелая дверь распахнулась. За ней стоял улыбающийся мужчина ростом с Акмеда. Он был молод и полон энергии; впрочем, в его светлых волосах пробивалась первая седина.

Морщины на его лице находились в некотором противоречии с прекрасной фигурой и живостью движений. Такое же странное впечатление производил и Анборн. «Возможно, все намерьены такие, — подумала Рапсодия. — Признак долгой жизни, подаренной им путешествием сквозь Время». Поскольку лорд Стивен занимался историей намерьенов, он вполне мог оказаться одним из них.