Джозефина Анджелини - Слияние звезд

— Подожди меня. Я должна показаться папе на глаза.

— Я никуда не денусь, — пообещал он.

Элен перелетела в передний двор. Оказалось, что перед домом до сих пор припаркована машина Кэт. Девушка неуверенно побрела к парадной двери. Она не представляла, как будут разворачиваться события. Элен обнаружила отца спящим на кушетке в гостиной. Присела возле него и осторожно потрясла, чтобы он проснулся. Джерри сначала взглянул на нее с облегчением, но через секунду с горечью заговорил.

— Ты ведь понимаешь, что мне пришлось пережить? — спросил он дочь, и у Элен чуть не разорвалось сердце. Она почувствовала себя глубоко виноватой и кивнула. — Лучше тебе сразу все объяснить.

Элен подумала, что и Клэр, и Мэтт знают правду о ней. Может, признаться отцу во всем? Но если она откроется Джерри, ей следует сообщить ему о Дафне. Впервые за долгие годы у Джерри появился шанс начать все заново. Кэт — та женщина, которая действительно любит его. Элен не могла позволить себе разрушить его хрупкое будущее.

— Нет, папа. По крайней мере, не сейчас. Я могла бы придумать какую-нибудь историю, но тогда я совру, — произнесла Элен, поглаживая ладонями измученное лицо отца. — А мне никогда не хотелось лгать тебе.

— Значит, вот как обстоят дела между нами? Ни доверия, ни общения, ни уважения?

— Что ты, папа! — воскликнула Элен.

— Со мной такое уже было однажды, — тихо проговорил он. — И я множество ночей провел в ожидании… на этой самой кушетке. Я надеялся, что она вернется домой. И я не хочу повторения, Элен.

— Отлично, — заявила она, увидев в его глазах искру, которой раньше не замечала. — Тебе больше не надо тратить ни секунды на ожидание. Моя жизнь сейчас — чистое безумие. И может случиться так, что я исчезну снова. Но поверь мне: я всегда буду возвращаться к тебе. Я не собираюсь бросать тебя.

— Да, — вымолвил Джерри. Он несколько мгновений сидел неподвижно и размышлял. — Ну, я вообще-то чувствовал, что ты не такая, как другие дети. И надеялся, ты сама это осознаешь. Полагаю, тут и заключается нормальное объяснение на текущий момент?

— Верно, — согласилась она, тепло улыбаясь своему отцу, лучшему в целом мире.

— А есть ли на свете что-нибудь такое, что привяжет тебя к Нантакету? — осведомился он, вставая и потягиваясь.

— Пожалуй, нет, — засмеялась она.

Элен крепко обняла отца. Он ответил ей тем же, и его объятие было не просто прощение. Джерри давал ей понять, что принимает ее такой, какая она есть. А бессонные ночи и остальные мелочи не в счет. Когда они вместе направились к лестнице, в голове Элен возникла одна приятная мысль.

— Ты спать собираешься? — спросила она, лукаво косясь на отца. Тот кивнул. — Я видела перед домом машину Кэт. Она в твоей комнате?

— Да, — не стал отрицать он, прищурившись и поджав губы. — Поэтому я прилег на кушетке.

— А сейчас ты уже здесь, — невинно сообщила она.

Джерри остановился перед дверью своей спальни.

— А ты как к этому отнесешься? — серьезно поинтересовался он.

Элен не сомневалась, что от ее ответа зависит очень многое. Если она выкажет недовольство, он мгновенно развернется и проведет остаток ночи в гостиной.

— Па… мне ничто так не нравилось за всю мою жизнь! — честно призналась она.

Добравшись до своей комнаты, Элен плотно и решительно затворила дверь. Пусть Джерри побудет наедине с собой.

Затем она прислушалась к тому, как отец разбудил Кэт. Он заявил ей, что все в порядке. Элен схватила прощальную записку и разорвала на мелкие клочки. Только потом она вылетела в окно и присоединилась к Лукасу, караулившему ее на крыше.

— Ты, конечно, уже в курсе, — осведомилась она, увидев сочувствие на его лице.

— Тебя это беспокоит?

Лукас достал из ящика спальный мешок и расстелил его на площадке, чтобы оба могли сесть.

— Нет, — ответила Элен. — В любом случае я бы тебе рассказала. Странно, что ты всегда узнаешь обо всем первым… А еще ты прямо предчувствуешь, что со мной произойдет.

— Точно, — прошептал он.

Они сидели рядом, просунув ноги под металлическую ограду и свесив их с края крыши.

— Понедельник. Через несколько часов надо в школу, — произнесла она. — Полагаю, если мы останемся дома, это будет очень подозрительно?

— Ага, — согласился он. — Кроме того, тебе безопаснее находиться среди людей. Сто Кузенов не нападут на тебя днем на глазах у смертных.

— А как же ты? — тихо вымолвила Элен. — Сотня теперь явится за тобой и твоими родными?

— Ничего еще не ясно, — устало пожал плечами Лукас. — Но что бы они ни затеяли, они тоже могут стать отверженными. А чем больше отверженных — тем дальше Атлантида. Вообще, считаю, они сосредоточатся на Дафне, Гекторе… и на тебе.

Элен замолчала. Но в итоге решилась опять задать вопрос.

— А завтра… что отвечать о Гекторе? Или о Пандоре? — прошептала она, ощущая, что каждое упоминание родных имен причиняет Лукасу боль.

— Пандора вернулась в Европу, чтобы учиться в Сорбонне, — хрипло ответил он. — А Гектор слег с ужасным гриппом. Он будет отсутствовать несколько дней… пока мы не согласуем наши планы с твоей матерью.

— Я ей не доверяю, — заявила Элен, глядя на восходящее солнце.

— И Кассандра тоже, — откликнулся он. — Она уверена: Дафна что-то скрывает.

— Как ты думаешь, моя мать опасна? — произнесла она. И наконец повернулась к Лукасу и тревожно посмотрела на него.

— Полагаю, она полностью поглощена тем, чтобы освободить Рогусов и отверженных, — предположил он, тщательно подбирая слова. — И она не лжет.

Элен согласилась.

— Я, наверное, слишком пристрастна, я не могу рассуждать о ней рационально.

— Вот это — самое забавное в жизни Сционов, — подытожил он, любуясь нежно-розовым прохладным рассветом. — Наши битвы рвут мир на части, но для нас они являются обычными семейными ссорами. Никто из нас не способен действовать разумно, когда дело касается близких.

Она в очередной раз удивилась его проницательности и едва не рассмеялась. Но тут же осадила себя и поднялась.

— Надеюсь, с тобой все будет в порядке? — поинтересовалась она.

Он улыбнулся ей и кивнул, прежде чем снова уставиться на горизонт.

— С добрым утром, Лукас, — нежно и грустно произнесла она, направляясь к двери.

— С добрым утром, Элен, — отозвался он, не позволяя себе оглянуться и проводить ее взглядом.

Элен, любимица богини любви, спустилась вниз и легла в свою одинокую постель. А Лукас, сын солнца, откинулся назад, опершись на локти. Он наблюдал за тем, как его божественный отец заливал ярким светом деревянную обзорную площадку на крыше ее дома.