Чужие среди своих - Lost In Space

— Вы знаете, командор, — медленно начал Ваэль, — наша биометрия совершенна. Мы можем отсканировать ДНК, проверить химический состав крови, измерить частоту пульса. Но есть вещи, которые машины пока не умеют анализировать так же хорошо, как... опытный глаз.

Внутри меня сжалась тугая пружина. Что он заметил? Грим потек? Маскиратор дал сбой? Я не позволил ни одному мускулу дрогнуть на моем лице.

— Избавьте меня от ваших философских бредней, Ваэль. Говорите по существу.

Инквизитор чуть склонил голову набок, напоминая хищную птицу. — По существу... Вы изменились, Эл-Тарис. Внешне вы тот же. Ваша гордыня все так же безмерна. Но мелочи... Они не дают мне покоя.

— Какие еще мелочи? — я вложил в голос максимум раздражения.

— Моторика, — тихо сказал Ваэль. — Вы держите бокал иначе. Раньше ваш мизинец был слегка отставлен, это старая привычка курсантов Академии. Сейчас вы сжимаете ножку бокала всеми пальцами. Крепко. Как солдат, сжимающий рукоять ножа в окопе.

У меня по спине пробежал холодок. Он был прав. Я даже не замечал этого. Это была моя армейская привычка, вбитая инструкторами на Земле — всегда жестко контролировать оружие или предмет в руке.

Но Ваэль не закончил. — И ваша микромимика. Ксаарианцы моргают в среднем один раз в два стандартных цикла, когда находятся в состоянии покоя. Вы моргаете чаще. Ваш взгляд... он не скользит, он цепляется за укрытия, за выходы, за слепые зоны. Вы вошли в этот зал и в первую секунду оценили расположение гвардейцев, а не высокопоставленных лиц. Это взгляд не аристократа. Это взгляд диверсанта. Или загнанного зверя.

Я понял, что проигрываю. Этот ублюдок читал меня, как открытую книгу, несмотря на идеальный геном, подтвержденный системой, и голографическую маску. Если я сейчас начну оправдываться, я труп. Если промолчу — это сочтут слабостью. Мне нужно было атаковать. Нагло. Безрассудно.

Я медленно, театральным жестом поставил бокал на пролетающий мимо поднос. Затем сделал шаг вперед, оказавшись почти вплотную к Инквизитору. Мой рост позволял смотреть на него сверху вниз.

— Вы перешли черту, Ваэль, — мой голос упал до угрожающего шепота, но из-за идеальной акустики зала нас слышали десятки свидетелей. — Вы обвиняете меня в том, что я моргаю не по уставу? Что я оцениваю безопасность зала, в котором нахожусь? После того, как мой корабль разорвало на куски, а я три цикла ждал смерти в ледяном гробу пустоты, вы удивляетесь, что мои рефлексы обострились?

Я позволил в синтезированный вокодером голос прорваться чистой, концентрированной ярости. — Вы сидите здесь, в безопасности Фэрра-4, играя в свои параноидальные игры, пока мы гибнем на границах! Вы пытаетесь прикрыть некомпетентность своей разведки, обвиняя меня в том, что я стал слишком подозрительным?!

Ваэль не дрогнул. Ни один мускул на его лице не дернулся. Но в его глазах вспыхнул опасный, темный огонь.

— Я ни в чем вас не обвиняю, командор. Пока. Я лишь наблюдаю. Но мои наблюдения говорят мне, что перед мной... не совсем тот Эл-Тарис, которого я знал.

— Если вы смеете подвергать сомнению мою честь, Инквизитор, — я намеренно повысил голос, привлекая внимание всего зала, — то у нас есть древние традиции для решения подобных вопросов. Вызывайте меня на арену. Посмотрим, как ваша паранойя поможет вам против моего клинка.

В зале повисла мертвая тишина. Музыка, казалось, стихла. Вызвать Инквизитора на дуэль? Это было неслыханной дерзостью. Трибун Варрус за моей спиной тихо ахнул.

Я рисковал всем. Но это был единственный способ заставить Ваэля отступить. Ксаарианская культура боготворила силу. Если бы я проглотил его намеки, он бы арестовал меня сегодня же ночью. Но прямой вызов, брошенный при свидетелях, переводил конфликт в плоскость чести. Ваэль не был боевым офицером, он был интриганом. Он не должен был принять вызов.

Но Инквизитор улыбнулся. Это была страшная, тонкая улыбка.

— Дуэль? Как архаично, командор. И как... предсказуемо. Вы пытаетесь прикрыться традициями, чтобы скрыть свои тайны. Что ж. Я не боевой офицер. Мое оружие — информация. И завтра утром, когда я лично загружу ваши навигационные логи и биометрические слепки в ядро «Сингулярности», я получу все ответы.

Он сделал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом. — Суперкомпьютер не обмануть бравадой, Эл-Тарис. Он найдет каждую аномалию. Каждую каплю фальши. Если вам нечего скрывать, почему бы вам не составить мне компанию? Завтра. На нулевом уровне вычислительного центра. Приходите, и мы вместе посмотрим, что скрывают ваши логи. Если я ошибаюсь — я публично принесу вам извинения. Если нет... из вычислительного центра вы уже не выйдете.

Мое сердце совершило дикий кульбит.

Он сам меня приглашал. Он сам давал мне пропуск в самое охраняемое место на базе Фэрра-4. К терминалу, куда мне нужно было вставить дешифратор Грини. Это была ловушка, идеальный капкан, который Инквизитор захлопывал у меня на шее. Но у меня не было выбора. Это был мой единственный шанс добраться до «Сингулярности».

Я выдержал его взгляд, не моргнув. Сейчас моя ксаарианская маска сидела как влитая.

— Я приду, Ваэль. Готовьте свои извинения. И пусть они будут достаточно унизительными.

Инквизитор коротко кивнул. — До завтра, командор. Наслаждайтесь своим триумфом. Пока можете.

Он развернулся на каблуках и, словно черная тень, растворился в расступающейся толпе.

Тишина в зале держалась еще несколько секунд, а затем гости вновь зашептались, словно потревоженный улей. Я знал, о чем они говорят. Они уже делали ставки, доживу ли я до следующего цикла.

Варрус подошел ко мне, качая головой. — Ты сумасшедший, Эл-Тарис. Бросать вызов Инквизиции... Ты подписал себе смертный приговор. Ваэль найдет к чему придраться. Он всегда находит.

— Пусть попробует, — бросил я. Моя спина под тяжелым плащом была мокрой от пота. Нервное напряжение достигло предела.

Остаток приема прошел как в тумане. Я механически отвечал на вопросы, презрительно отшивал низших по званию, демонстрировал идеальную осанку, но все мои мысли были уже там, на нулевом уровне, у квантового ядра.

Как только протокол позволил, я покинул Хрустальный чертог. Я шел по пустым коридорам базы, чеканя шаг, а внутри меня билась только одна мысль.

Завтра все решится. Завтра я либо взломаю самую защищенную систему Ксаара и получу координаты Станции «Омега», либо Ваэль раскроет мою маскировку, и я сгорю в пыточных камерах Инквизиции.

Я вошел в свои апартаменты, заблокировал двери и