Паладин развивает территорию. Том VII - Greever

Для неё, привыкшей действовать в экстремальных ситуациях, когда времени на размышления практически нет, три дня — огромный срок, за который она может уничтожить целый род, начать или закончить войну.

— Ничего не предпринимайте! Я организую вам встречу наедине. Если искренне извинитесь и начнёте исправлять ситуацию, он вас простит. Но только один раз! Если это повторится, Виктор не посмотрит на наше родство и просто убьёт вас, отец! — сказав это, девушка, ускорив шаг, поравнялась с супругом, который хитро посмотрел на неё, а затем продолжил общение с десятком дворян, собравшимся у входа во дворец.

Вскоре все переместились в столовую, где был подготовлен обед для гостей настолько роскошный, что даже в императорском дворе вряд ли видели деликатесы, поданные к столу.

Виктор, не привыкший соблюдать столовый этикет, продолжил общение как обычно и вёл деловые переговоры, заодно узнавая всё больше об этом королевстве, и когда с трапезой покончили, все переместились в гостиную, где разговоры о делах, политике и обсуждении сплетен продолжились в уже более комфортной обстановке.

Король, ожидавший чего угодно, был удивлён, насколько просто оказалось говорить с герцогом, имя которого гремело на весь континент.

Он не смотрел свысока на зверолюдей, как это обычно делают аристократы из других мест, и к тому же игнорировал этикет, которому местные следовали только из-за желания быть такими же, как остальные на континенте.

Пока жёны общались с аристократами, Виктор, усевшись в кресле с бокалом белого вина, продолжил общение с Эвалором, севшим напротив.

— Мой сын отправился в путешествие. Насколько я знаю, Вы также проходили через нечто подобное? — спросил лорд.

Король кивнул и улыбнулся, глядя меланхоличным взглядом на бокал в своих руках, словно вспомнил что-то из далёкого прошлого.

— Чистокровные только в сражениях в дикой природе могут найти себя и не потеряться в буре эмоций, которые, как бушующие волны, накрывают их. Когда я ушёл из дома, меня трудно было отличить от бешенного зверя, которого нельзя контролировать. Даже не помню первые дни путешествия, но когда очнулся, понял, что нахожусь в логове двурогих волков, покрытый их кровью и плотью. На зубах ощущались куски застрявшего мяса, а на языке острые обломки костей. Только выплеснув всю копившуюся ярость, я обрёл сознание и стал больше похожим на человека, — сообщил он, а затем, взбодрившись, сменил тему. — В городе уже неделю проходит отбор рыцарей. Не желаете посетить? Для такого воина, как Вы, это пусть и не самое впечатляющее представление, но есть шанс увидеть рождение истинного воина!

Виктор понятия не имел, что такое рождение воина, но ему до смерти было скучно среди аристократов.

— Почему нет? Я думаю, будет познавательно, — осушив бокал, он поставил его на столик и, поднявшись, посмотрел на короля.

Эвалор удивлённо смотрел на герцога, потому что, предлагая, думал, что они подождут хотя бы до завтра, но человек перед ним явно собирался увидеть представление прямо сейчас.

Быстро допив вино, он также поднялся с кресла и кивком подозвал рыцаря у дверей, после чего отдал ему распоряжения и, когда тот убежал, пригласил Виктора следовать за ним.

Гости, заметив, что двое собираются покинуть собрание, очень быстро навязались с ними, и вот уже сорок человек, покинув гостиную, прошли через длинный коридор, вышли через гигантские центральные двери и, сев в ожидавшие перед главным входом экипажи, отправились за город, где проходил турнир рыцарей, длившийся уже неделю и который будет длиться ещё двадцать дней.

Виктор, сидя в карете с жёнами, с интересом изучал город, похожий на любой другой этого континента. Те же каменные двухэтажные домики, выкрашенные белой известью, с деревянной покатой на две стороны крышей, и те же магазинчики или мастерские на первых этажах.

Единственное, что отличало город, это его жители. В большинстве своём это были либо зверолюди всех разновидностей, от простых лисохвостов, кроликов или тигров до медведей и носорогов, ходивших на двух ногах.

Помимо них, тут, разумеется, присутствовали и другие расы, среди которых полуэльфы, дворфы и лишь единицы людей, явно приехавших сюда по делам торговли.

Пока паладин с интересом изучал местное население из окна кареты, виды улицы сменились одноэтажными домиками, явно указывавшими на то, что это окраины, а вскоре появилась и крепостная стена, которую вереница карет миновала, и перед ними предстал лагерь под стенами города, раскинувший на километры во все стороны.

Повсюду виднелись военные шатры с флагами, установленными на верхушках, и гербы, установленные рядом.

Сильвия, долгое время молча наблюдавшая за пейзажем, наконец обратилась к супругу.

— С чего тебя волнуют турниры? Ты ведь терпеть не можешь всю эту суету. Дай волю, ты бы сейчас закрылся в кабинете, изобретая что-нибудь…

Виктор улыбнулся.

— Ещё бы меня не знала моя жена, — он взглянул в её голубые глаза, которые всегда смотрели на него с нежностью.

Для других герцогиня была айсбергом, от одного взгляда которого стынет кровь в жилах, но для мужа эта женщина являлась самым тёплым существом, которое готово раствориться в нём.

Сильвия, видя этот взгляд супруга, слегка раскраснелась и отвела глаза в сторону, чувствуя, как быстрее бьётся её сердце.

Фрейя фыркнула.

— Мне оставить вас наедине? — спросила женщина, которая ещё не простила супруга за то, что отпустил Рагнара одного в дикую местность, где ему может угрожать опасность.

— Ну зачем же? — язвительно ответил лорд. — Мы можем и втроём неплохо провести время…

Лисохвост закатила глаза, видя наглую рожу своего мужа, и пока Сильвия обдумывала предложение, она ясно давала понять, что случится это только во снах Виктора.

Тем временем экипаж остановился, и рыцари, получив разрешение, открыли дверь.

Оказавшись среди шумного лагеря, где вдалеке слышали столкновения мечей, трое вскоре были окружены любопытными полуорками, которые стремились узнать, что за аристократы к ним пожаловали и не желают ли они найти себе рыцарей.

Именно для отбора к дворянам проводился турнир, где каждый воин мог показать себя, чтобы стать частью чьего-то дома или в худшем случае частью королевской армии.

Последнее было нежелательно, но не каждый мог стать рыцарем, ведь для этого нужен хороший потенциал, а с текущим количеством маны на континенте это было сделать крайне сложно.

Вскоре к Виктору присоединился король со своей свитой, и в сопровождении личной стражи они направились