Дэвид Вебер - Дело чести
При всех своих размерах, это было медлительное орудие. Было просто невозможно впихнуть спайдер-дравйво с ускорением более чем в несколько сотен g в что-то достаточно маленькое, чтобы рассматриваться как оружие. В качестве компенсации, торпеда несла запас энергии аналогичный разведывательным зондам, что давало ей впечатляющий радиус. И огромный процент объема торпеды был отдан под системы, не имевшие ничего общего с ее движением. В то время, как КФМ сконцентрировался на развитии стандартных лазерных боеголовок, КБ Даниэля Дейтвеллера придумало иное решение. Они смогли понять, как впихнуть нечто размерами с гразер крейсера в что-то достаточно маленькое для автономного развертывания.
Мощность торпедного гразера была совсем несравнима с оружием, устанавливаемым на современных "Шрайках", но, тем не менее, была намного выше, чем у любой лазерной боеголовки. Разумеется, на каждой торпеде был установлен только один гразер, но КБ решило, что новое оружие позволяет пожертвовать возможностями веерной стрельбы лазерных боеголовок, так как у него были три весьма важных преимущества. Во-первых, его было так же трудно обнаружить, как корабль со спайдер-драйвом, и даже лучшая во вселенной противоракетная оборона не могла сбивать нечто, о чем она даже не подозревала. Во-вторых, ИИ торпеды, её сенсорные и прицельные системы были сравнимы с теми, которые разработчики Сони Хэмпхилл разместили на управляющих ракетах "Аполлона". В результате, вероятность точного выстрела с большой дистанции была значительно выше, чем, с такой же, у "Аполлона". И, в-третьих, взрыв лазерной боеголовки создавал мощный импульс лишь на пять тысячных секунды, тогда как длительность излучения гразера торпеды достигала целых трех секунд... и этот выстрел прожигал почти любую защитную стену с дистанции более чем пятьдесят тысяч километров.
Засунуть все это в что-то настолько маленькое как гразерная торпеда потребовало радикальных инженерных компромиссов, и энергии хватало не более чем на один выстрел. Да даже если бы удалось создать запас энергии, никому бы не удалось построить гразер такой маленький и мощный, и при этом способный выдержать энергию выстрела и не расплавиться от своего же тепла. Но это не волновало инженеров Уравнения. Вообще-то они были даже рады тому, что после выстрела торпеда расплавлялась и полностью уничтожала саму себя, так как им очень не хотелось представлять, как один из их врагов в будущем сумеет захватить торпеду, и повторить ее для себя.
И вот настало время проверить, наконец, насколько эффективно КБ использовало имевшиеся ресурсы.
Торпеды начали ускоряться задолго до того, как они или любая из сопровождавших их подвесок достигли расстояния на котором какая-нибудь передача от коммуникационных платформ разведывательных кораблей типа Призрак могла достичь их. С другой стороны, им требовалось куда меньше дополнительной информации, чем ракетам. Они уже знали, где могут найти свои цели, и они стали непрерывно отрываться от сопровождавших их подвесок.
* * *"Это интересно", - пробормотал оператор сенсорной системы, техник первой категории Франклин Сэндс. Он наклонился вперед, и набрал команду на своем терминале, после чего недоуменно сдвинул брови, когда больше деталей появилось на экране.
"Мэм", - он обернулся через плечо, - "Я поймал что-то весьма интересное здесь"
Младший лейтенант Табита Домбровски, младший тактический офицер в боевом информационном центре КЕВ "Звездная Ведьма", вопросительно изогнула бровь, взглянув в направлении Сэндса. "Что-то интересное" вряд ли являлось формулировкой, которой компетентный и обученный техник должен был докладывать о ситуации.
"Что там?" - спросила Домбровски, пересекая отсек тяжелого крейсера по направлению к оператору. "Впрочем, забудьте что я вас спросила", - поправилась она, - "думаю, если бы вы это знали, вы бы мне сообщили"
"Думаю, лейтенант должен предполагать это, мэм" - ответил Сэндс серьезно, но глаза его блеснули. Лейтенант Домбровски делала много меньше ошибок чем многие из тех молодых офицеров, которых он знал на протяжении долгих лет службы, и она была вполне готова признать, что даже рядовой состав может научить ее одному-двум новым профессиональным трюкам.
"Отлично, я предполагала", - отозвалась она, достигнув командного поста и взглянув через его плечо, - "Так что там вы не можете идентифицировать?"
"Это, мэм", - Сэндс произнес более серьезно. Он показал свои наблюдения, и Домбровски внимательно взглянула на них.
Глядеть-то было в общем-то не на что . "Звездная Ведьма", одна из дивизии устаревших тяжелых крейсеров "Звездный Рыцарь" проводила рутинные учебные занятия для подготовки к переброске в Силезию. Вообще-то она была подготовлена к списанию, когда битва за Мантикору ударила по корабельному составу КФМ, вынудив вернуть из резерва и подготовить даже такие старые крейсера. Можно было утверждать, что так как они готовились к безусловно, важному, но откровенно второстепенному в стратегическом рассмотрении заданию - и даже не планировалось покинуть систему раньше чем через две недели - не было особой необходимости форсировать процесс учений, но Коммодор Джеймс Таннер, командующий крейсерским дивизионом 114.1, не особо верил в привычку "оставлять все до последней минуты". Он получил разрешение провести маневровые учения в удобном, пустом пространстве в пределах гиперграницы, но выше плоскости эклиптики, и этим дивизион упорно занимался последние три дня. Между тренировками в маневрировании, и тактическими занятиями, каждый корабль должен был провести еще и полную проверку всех своих систем, чтобы, если выявятся какие-то проблемы, исправить их при помощи ремонтных мощностей "Гефеста", не нарушая графика. В рамках собственной программы учений, "Звездная Ведьма" развернула комплект разведплатформ Призрачного Всадника, и Сэндс в настоящее время работал над поступающей с них информацией, не особо надеясь обнаружить что-либо на самом деле. Все, что он делал, была отладка взаимодействия между компьютерами боевого центра и вынесенных платформ, и менее добросовестный и опытный трудяга вряд ли бы даже стал утруждать себя проверкой крошечного отрывка какой-то передачи, которую уловили платформы.
"Есть идея, кто это болтает?" - спросила через миг Домбровски, - "Я имею в виду, кто там и что он делает?"
"Это-то и странно, мэм", - отозвался Сэндс, - "Эта трансляция велась по направлению, еще более далекому от плоскости эклиптики чем мы. Так далеко как видят мои платформы, там вообще никого нет. Никого там не должно быть и в соответствии с транспортными журналами."