Вещая Мара - Степан Пропан
Но сорок восемь секунд давно прошли, за ними миновали пять минут, потом десять и двадцать, а трал продолжал загребать породу, ничего не роняя мимо пасти.
Плечи у меня под ремнями постепенно отпустило.
Я перестал каждую минуту лазать в журнал, откинулся затылком на спинку кресла и даже похвалил корабль вслух за то, что хоть один механизм на этом борту работает как надо, пока шкала заполнения камеры не перевалила сначала за шестьдесят процентов, а затем не дошла до отсечки в девяносто.
Внизу панели мигнула команда «Передача партии в трюм».
И в ту же секунду под днищем вместо шороха погрузки глухо хлопнул замок. Я переключил картинку на кормовую камеру обзора и увидел, как из-под брюха моей «Мары» в темноту между камнями медленно вытягивается серый хвост выброшенного наружу гравия.
Счётчик камеры обнулился. В графе заполнения трюма у меня остался висеть 0.
Я сразу сбросил тягу и остановил корабль. На мой вопрос о том, куда делась порода, журнал выбросил две строчки — Сброс камеры выполнен штатно и Принятый объём: 0 ед., после чего я вывел на экран список всех команд шины и стал сверять отметки по долям секунды.
Запись оказалась совсем простой. Трал честно загребал камень, камера взвешивала породу до девяноста процентов и подавала сигнал на открытие шлюза в трюм, но ровно в ту же долю секунды сверху по шине прилетала команда на открытие клапана сброса наружу, причём источник этого запрета лежал где-то выше моего доступа и в записях закрывался прочерком.
Железо внизу было ни при чём.
И штанги, и сетка, и весы камеры работали как часы, а лезть со своим ломом под обшивку и ковырять на ощупь проводку шлюза я не решился — в отличие от таблиц и записей, в слесарке я разбирался плохо и легко мог вместо обхода запрета намертво заклинить себе днище.
Зато в самом меню управления тралом у меня нашлась галочка «Принудительная блокировка сбросного клапана» для работы возле станций, где сорить щебнем запрещено.
Я поставил эту галочку, убедился, что замок камеры встал на упор, снова дал малый ход вдоль полосы камней и пошёл на второй проход.
Гравий опять застучал по решётке. Камера за двадцать минут набрала свои девяносто процентов, подала запрос на перевалку в трюм, получила сверху всё тот же отказ, но выбросить камни в космос через запертый мною клапан уже не смогла.
В итоге погрузка просто встала колом. Порода осталась лежать внутри мешка под брюхом, в сам трюм не упало ни пылинки, зато в окне задания мигнула строчка Проход 2 из 3: выполнен, а ниже выскочили две надписи Объём не принят и Камера в режиме ожидания сброса.
Десять минут я бился над этим затором с пульта.
Я пробовал протолкнуть застрявшую партию в трюм командой через вкладку «Борт», выключал и заново включал питание самой камеры, дёргал заслонку горловины туда и сюда, но система стояла насмерть и на каждое моё нажатие отвечала только одно — сначала освободите камеру через сброс.
В конце концов мне пришлось самому убрать галочку и молча смотреть в экран, как за кормой распускается второй хвост никому не нужного щебня.
Третий проход я сделал уже без всяких надежд, только ради чистоты проверки, чтобы закрыть счётчик до конца и посмотреть на поведение самого окна задания.
Чудес на свете не случилось. Через час полёта вдоль гряды за кормой повис третий шлейф пыли, счётчик топлива в моих баках опустился с семнадцати до 14 часов тяги — по одному часу горючего на каждый проход, — а в голове у меня сложилась вся схема этого круга.
Трал исправно ловил камень, камера его держала, клапан слушался моей галочки, но запрет на приёмку в трюм сидел в самом ядре учёта. Оставь я гравий в запертой камере, надень скафандр и вылези за борт с ломом, чтобы руками перетаскать камни через шлюз в каюту, система записала бы их как мой груз. Как позавчерашний болт в кармане. А в условии задания требовалась порода, проведённая именно штатной добычей.
Обмануть один пункт договора за счёт другого у меня не выходило.
Вся возня с тремя проходами и проверками клапана заняла у меня четыре часа по часам рубки при двенадцати отпущенных.
Как только третий хвост гравия растаял за кормой, окно задания на экране мигнуло и обновило итог. В верхней графе загорелось Задание выполнено (проходы: 3 из 3), строчкой ниже значилось Принятый штатной добычей объём: 0 ед., а в самом низу стояла запись Начислено вознаграждение: 0 клёпок.
Я открыл рядом исходный текст заказа, который сохранил себе в закладках утром, и слово за словом сличил обе карточки, как сличают две бумаги одного договора.
Никто меня не обманывал задним числом. В тексте не поменялась ни одна запятая — мне с самого первого часа прямо и без всяких троеточий написали, что платить будут не за пройденные километры и не за гудение трала, а только за тот объём, который попадёт в зачёт добычи.
Злиться тут можно было только на самого себя. Я ведь видел эту строчку до старта, помнил историю со сборщиком и болтом, но всё равно как мальчишка купился на зелёную кнопку и спалил три часа тяги ради того, чтобы поработать дворником в поле камней.
Я развернул полоску канала «Рубка», чтобы посмотреть, чем закончилась такая же раздача у других людей.
В чате они уже вовсю делились уловом. Один пилот писал, что за три прохода по краю гряды ему капнуло на счёт четыре клёпки и ещё полтрюма щебня осталось на продажу в порту. Другой хвалился шестью клёпками. И тут среди этого шума выскочила жалоба: у какого-то парня после первого прохода камера трала тоже оказалась пустой!
У меня внутри на миг даже ёкнуло от надежды — неужели это всё-таки общий сбой по всему их сектору?
Но не прошло и трёх минут, как тот же самый парень прислал в ленту опровержение. Оказалось, что он по глупости сам забыл закрыть у себя клапан продувки после разворота штанг, а стоило ему переключить тумблер на панели, как со второго и третьего захода порода пошла в его трюм и система тут же отсыпала ему семь клёпок.
Значит, одинаковый признак на разных бортах имел разную причину. У соседа просто осталась открытой форточка, а у моей «Мары» за этой форточкой стояла глухая стена.
Я закрыл их переписку и в десятый раз посмотрел на слова принятому и зачтённому штатной добычей. Сквозь досаду я наконец нащупал границу запрета: система раз за разом резала мне только один источник дохода, связанный со сбором сырья в