М. Гуминенко - Созвездие близнецов

— Мы тебя едва узнали, — признался Рек. — Опять новый корабль! Ты меняешь их — как перчатки.

Ха-Лан поглядела на свои толстые, грубые коричнево-пятнистые перчатки, простроченные и проклепанные железом, подумала и убежденно ответила:

— Нет. Перчатки я меняю реже.

— Погони нет, — доложил Алекс.

— Жаль, — посетовала кадийка. — А то поиграли бы в "догоняшки". Ладно, парни, я тоже рада вас видеть!

— А мы-то как рады! — честно признался Датч. Он не столь бурно, как Рек, выражал свой восторг, но судя по голосу испытывал настоящую радость от того, что им не пришлось участвовать в революции на Талпо.

Гвидо решил, что самое время вмешаться в разговор.

— Простите! Если у вас работает дальняя связь, надо срочно послать сообщение на Илуо. Мы не успеваем вернуться к сроку, — пояснил он.

— Не вопрос, — бросила Ха-Лан, переключая что-то на пульте. — Говорите, что и куда отправлять.

Гвидо объяснил.

Корабль Ха-Лан не был оборудован гиперпространственным передатчиком. Поэтому Ха-Лан прикинула, что ей придется послать сигнал на ближайшую транзитную станцию и отправить сообщение по спутниковой связи. Дороговато, конечно. Но для друзей, тем более, если дело срочное, она не стала мелочиться. Тем более, что звонок можно оплатить через военное ведомство. Ха-Лан решила, что и так уже слишком много себе позволяет и надо вести себя поскромнее. Поэтому прежде чем отправлять послание, она скурпулезно вычислила по секундам, что и как нужно сказать. Только представиться — говорит капитан Да-Лан-Хакау — уйдет не меньше двух секунд. Еще две-три секунды — передать адрес назначения — Рмаркритский приют и имя жены Гвидо. При этом тараторить нельзя иначе приём сигнала может быть искажен, придётся повторять снова и драгоценные секунды пойдут насмарку. Значит, сама фраза должна быть как можно короче, слова три — четыре. В результате Ха-Лан составила сообщение так, что это сделало бы честь любому военному рапорту. Уложилась в десять секунд.

— Готово, — объявила кадийка. — Алекс! Как там у нас с выходом в гипер?

— Прыжок рассчитан, — отрапортовал ее напарник.

— Кстати, мне пришлось слить воду. — Ха-Лан подкорректировала курс и повернулась к Алексу. — Включай ускорители.

— Есть, капитан!

Новый корабль Ха-Лан чуть дрогнул, когда включились на разгон гиперпространственные двигатели. Через несколько минут о Талпо можно было забыть по настоящему. "Плоокани" вышел на сверхсветовую скорость. Датч только сейчас позволил себе вздох облегчения.

Рек поинтересовался:

— А вода тут причем?

— Мне нужен был повод чтобы сесть, — весело пояснила кадийка. — Пришлось слить воду. Кстати, нас не успели заправить.

— Так ты вспомни, где ее слила, — посоветовал Рек. — Вернемся — всосем обратно.

— Кем будем всасывать? Тобой? — подхватила Ха-Лан. — Не беспокойся! Питьевую я оставила. Но ее мало, так что мыть вас нечем.

Рек откинулся на спинку кресла и закинул руки за голову. Приятно было оказаться на корабле, пусть даже не на своем.

— Тебе нас нюхать, — философским тоном ответил он Ха-Лан.

— Потерплю, — оскалилась капитан Да-Лан-Хакау, переводя корабль в режим автопилота.

— Мы, вообще-то, торопимся, — пробросила Ха-Лан через несколько часов, высаживая близнецов и Гвидо на "Орхидею-15".

— Срочное дело? — переспросил Рек.

Ха-Лан почему-то не спешила ответить.

— Ее папаша на гауптвахту отправляет, — пояснил Алекс.

Кадийка тут же повернулась к своему второму пилоту.

— Между прочим, нас туда двоих приглашали! — напомнила она, весело оскалившись. — Так что не надейся отсидеться на корабле или куда-нибудь слинять.

— А что случилось-то? — вклинился в их перебранку Рек. — По какому поводу?

— Да мы на маневры опоздали, — отмахнулась Ха-Лан.

— Точнее, вообще забыли прилететь, — закончил за нее Алекс.

— Ага! Понятно, — кивнул младший Дагвард. — И что вы там делать будете? На гауптвахте. Картошку чистить или другой местный корнеплод?

— Нет, — ответил за своего капитана Алекс. — Кадийцы считают, что для деятельного человека нет хуже наказания, чем безделье.

— Хоть отоспимся, — серьезно решила Ха-Лан. — А что? Пока техники наш корабль "вылизывают" — самое время отдохнуть. А вы куда?

Датч с Реком приняли приглашение Гвидо отдохнуть у него в поместье. Поэтому "Медуза" вылетела почти сразу вслед за "Плоокани" и взяла курс на Илуо.

Первое, что сделал Гвидо, выйдя вечером на террасу своего дома — поднял голову и пересчитал спутники. Сегодня их было девять. То есть, из девятнадцати спутников Илуо почти все, видные в этом полушарии. Еще один чуть выйдет из-за горизонта перед рассветом.

Девятнадцать спутников Илуо, разумеется, не были такими крупными, как земная Луна. Хотя некоторые из них и напоминали (для человека с хорошим зрением) Луну в миниатюре. А большинство выглядели как просто очень большие и яркие звезды. Ученые-астрономы утверждали, что удивительный природный баланс на Илуо поддерживается не без помощи этих девятнадцати "лун". И что исчезни хоть одна из них — это пагубно повлияет на планету.

Гвидо от души пожелал спутникам находиться всегда там, где положено. После чего не менее придирчиво обежал глазами освещенный разноцветными фонариками сад. Заботливые слуги успели вернуть на место все клумбы и декоративные решетки.

Когда этим утром наемное такси привезло его и Дагвардов из космопорта, мистер Паверс был неприятно удивлен: с ворот сняли декоративный "щит" из вьющихся по тонкому каркасу воздушных растений, вроде земных орхидей. На Илуо цветы — не только украшение, но и выражение чувств. Если в доме скорбное событие — убирают с видных мест все растущее и цветущее, что можно убрать. Первое, что пришло в голову Гвидо: что-то случилось с Елеань. Но навстречу выбежали слуги, окружили горячо любимого хозяина и сразу же рассеяли его заблуждение: погибшим сочли самого Гвидо.

Получив лаконичное послание с военного корабля Кади (слишком тщательно укомплектованное кадийкой, чтобы не напрашивался сам собой вывод: Гвидо либо тяжело ранен, раз не послал сообщение сам, либо вообще его нет в живых), Елеань известила о результатах принца, а сама послала распоряжение управляющему. Тот в свою очередь подготовил дом к возможному трауру.

На Илуо не предаются панике и не делают поспешных выводов. Поэтому настоящий траур не объявили до выяснения обстоятельств. Но Гвидо Большеносого собственная оплошность очень расстроила. Он оставил братьев и На-Лу на попечение слуг, забрал из гаража личный флаер и помчался в Тихое Пристанище. При этом успел порадоваться, что на "Медузе", в отличие от корабля Ха-Лан, вода была и он успел привести себя в относительный порядок.