М. Гуминенко - Созвездие близнецов

— Как только мы прилетели на Маиси, я послал в Центр отчет о том, что произошло, — закончил краткое резюме Датч.

Динко наконец повернулся к нему.

— Я понимаю, что дома известны не все ваши блестяще проведенные операции по наживанию себе врагов из числа высшего руководства Блока, — сказал он мрачно. — Но вы то сами! Тебя этот Железный Март своими собственными глазами во всех подробностях видел! Ты сам хвастался. И что?

Датч стал смотреть в сторону.

— Я не хвастался… — не менее мрачно, чем Динко, отнекивался он.

Динко просто рассвирепел.

— Головой думать надо! Головой!!. А не только тормозить! А ты каким местом думал… на туловище?

Капитан Дагвард отвернулся, чтобы не ответить что-нибудь резкое. Всегда неприятно, когда тебя тыкают носом в ту кучу, которую ты сам же и нагородил. Джон Динко, разумеется, прав. И ничего особенного он сейчас не говорит, кроме того, что Датч сам себе уже несколько раз сказал. Но слушать со стороны о твоих собственных глупостях куда неприятнее, чем заниматься самообличением.

— Датч! Я просто не хочу, чтобы вы проходили через то, через что в свое время пришлось пройти мне, — в менее категоричном тоне стал объяснять Динко. — Все наши руководители из разведуправления, все эти Томлисоны, Элбруки и прочие — они очень умные. Но они не всеведущие. Тем более, что ты не служишь официально в их ведомстве и не удосужился доложить, что лично, нос к носу, сталкивался с самим Мартом Акдаком, правой рукой счастьевского вождя и, кстати, как говорят — довольно мстительным типом. Ты сам-то должен был понимать, на что идешь. Вам, ребята, вообще крупно повезло, что вы выбрались.

Датч скрипнул зубами, но промолчал. Динко прав. Хотя от осознания того, что кто-то прав, обычно легче не становится. За всеми делами, починкой корабля, выяснением отношений с дядей и т. д. и т. п. Датч уже отвлекся от приключения на Гамме-249. И вот, очень кстати, ему о них напомнили.

— И как вы выбрались? — потребовал подробностей Динко.

— Долго рассказывать, — отмахнулся капитан Дагвард.

Динко сел, сцепив пальцы и уставился на него.

— У меня есть время.

Датч рассудил, что все равно придется объяснять появление Эвизы (о которой в кратком отчете для Разведуправления доложил так суперкратко, что едва ли тот, кто будет разбирать этот отчет, раньше третьего прочтения поймет, что там вообще присутствует какая-то девушка с Гаммы-249). Динко мог подсказать, как и в дальнейшем замять по максимуму все, что касается Эвизы. Датч не хотел, чтобы ее персоной заинтересовались и принялись лезть с расспросами.

— Ей поручили присматривать за Реком, — начал он наконец.

Лучше бы было, чтобы Рек сам поведал ту часть истории, которая касается его самого. Тем более, что старшем брату он пересказал свои приключения еще более виртуозно по краткости, чем сам Датч написал в отчете про Эвизу. Но Датч не хотел напоминать Реку о том, что тот пережил.

— Я не стал расспрашивать подробнее, — признался он Динко. И добавил: — Его пытали.

Дружный и прямо таки вызывающий взрыв хохота из соседней комнаты создал любопытный контраст с тем, что сказал Датч. Рек явно был в ударе и пересказывал девицам очередную смешную байку из своей полицейской практики. Динко покосился на дверь. Потом на Датча.

— Только этого не хватало, — проговорил он, непонятно, что имея в виду: веселье за стенкой, или информацию, которую выдал капитан Дагвард. — Ты это видел?

Почему-то Датч безошибочно угадал, что к веселью вопрос не имеет никакого отношения.

— Нет. Эвиза сказала, — пояснил он. — Сперва это, а потом он еще и ранен был. Только-только оправился.

Смех возобновился с новой силой. На этот раз Рек что-то очень громко говорил, чтобы перекричать шум. Датч не разобрал слов, но за стенкой дошло уже до истерических рыданий от смеха.

— И все из-за твоей глупости, — заметил Динко, которому звуки из соседней комнаты совершенно не мешали, если не помогали. Прямо как по законам конспирации: включи музыку погромче — и только потом обсуждай важные вещи.

Датч поморщился и отмахнулся.

— Сам знаю, — бросил он, торопясь оборвать дальнейшее обсуждение темы. — Я поступил как идиот. Ничего нового ты мне тут не скажешь.

— Так повторю старое, — пообещал Динко, отняв руку от своей рыже-чалой шевелюры и уставив в сторону капитана Дагварда указательный палец. — Чтобы дольше помнил и никогда больше так не делал. Прописные истины нуждаются в том, чтобы их периодически повторять.

Датч в очередной раз постарался держать себя в руках и не сопротивляться, даже вздохнул поглубже. Но все же сказал:

— Кто может быть беспощаднее старого разведчика?

Динко подхватил ему в тон:

— Который сам через все это прошел. В том числе и через желание выпендриться и показать начальству, какой он крутой.

Хохот за стенкой пошёл на новый вираж. Видимо, компания в соседней комнате и не думала выдыхаться.

— Пойдем, пройдемся, — предложил вдруг Датч. — А то тут… — он неопределенно махнул рукой. — Разговаривать невозможно.

— Вы обедать там собираетесь? — потребовал Рек со своего кресла, едва увидел, что Датч с Динко вышли в прихожую.

— Я скоро приду, — вместо ответа, предупредил капитан "Медузы".

Они вышли из гостиницы и пошли в сторону ремонтных доков. Динко истратил запас нравоучений (или просто решил ненадолго прерваться).

Поэтому Датч логично перешел к рассказу про Эвизу. Точнее, про то, как она их с Реком спасала. Как она помогла Реку найти На-Лу, не мешала сбежать. Потом воспользовалась чужой карточкой доступа и принялась спасать его самого. Естественно, в красках расписывая, как рисковала девушка ради них и по какой причине ее никак нельзя было оставлять на "Счастье". Его рассказ на этот раз был очень длинный и подробный. Посему и оказал должное воздействие.

— Смелая девушка, — сухо отвесил комплемент Динко, когда Датч закончил подробностями их эффективного контакта со вторым счастьевским спутником. Но тут же заметил деталь, не менее любопытную, чем перечисление всех достоинств Эвизы. — Хочешь сказать, что вы разбили два счастьевских спутника слежения? Ну, ребята, вы даете! Хорошо, если правительство Гаммы не предъявит ультиматум Земному Содружеству и не потребуют компенсации. Хотя, — тут же перебил он сам себя. — Не станут. Вы со своей "Медузой" везде числитесь как частные лица. Выходит, счастьевцы еще и виноваты, что напали на гражданский грузовоз.

— Я тоже думаю, что никаких заявлений они делать не будут, — согласился Датч. — Это все равно, что признаться в том, что обыкновенный гражданский транспортник может разнести их военную оборону.