Хрупкий сосуд 5 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Главное, чтобы подмена отработала вложенные деньги. А остальное…

Турне началось вовремя. Ажиотаж вокруг трагедии Джузи сыграл на руку пиар компании, билеты на её выступления скупали с молниеносной скоростью. Некоторые партнёры даже пытались число выступлений певицы повысить.

Продюсер и соучредители Джузи в предвкушении потирали руки. Да! Они все полетели в сопровождении со своим новым приобретением, чтобы лично за всем проследить, чтобы не дать некоторым настырным знакомым, с которыми сами работали уже не один год, заподозрить их в чём бы то ни было. Например, в подлоге.

Они и от Едди не отходили. Еда в отель, прогулки по городу в закрытой машине. А на приглашение отдохнуть ей в компании «хороших мальчиков» от спонсоров, продюсер сам отбивался. Мол, страдает Джузи, лицо до сих пор у неё отёчное, и видеть она никого не хочет. А после выступления у неё голова болит. Таблетки, уколы, процедуры. Сама виновата! В следующий, в следующий раз! Вот, как в себя придёт, она тоже со всеми отдыхать будет. А пока он, продюсер, сам за неё. Это же после таких переживаний, не откажется он ни от «девочек», ни от «мальчиков».

Ева играла, растворяясь в общей эйфории зала, находясь в громадном помещении, больше похожем на закрытый стадион, только со столиками со специально отведёнными сидячими местами. Некоторые люди стояли вокруг, просто наблюдая за ней, некоторые двигались в такт музыке, некоторые попивали со своих мест напитки, прищуривая на певицу довольные глаза. Ева успевала рассматривать происходящее вокруг в полутёмном мелькающем пространстве, нет-нет, пытаясь высмотреть знакомых. Но… тщетно. Казалось бы, внедряющие её специалисты, забыли о своей подопечной. И вот уже полтора месяца её турне, ни указаний ей не поступало, ни просто намёка, что она не одна, что свои рядом.

От посетителей её отделяла небольшая круглая площадка, расположенная на полу, вокруг которой стояло, примерно, сорок охранников спиной к ней. И это ни всё! Она находилась в подвешенном состоянии на высоте, примерно, трёх метров. Прозрачный круглый шар, который представлял внешнюю оболочку инструмента, переливался всеми цветами радуги, вибрировал, издавал томящие нетерпением звуки, электронные импульсы. Для выступления на таком инструменте хватило бы одной игры, но… музыкальному продюсеру его соучредителям и спонсорам хотелось эпотажа. Такое действие: три в одном. И сама Ева могла бы петь лучше, но — нет! Она сдерживала себя, фальшивила.

Шар, в котором она играла, медленно крутился вокруг своей невидимой оси, показывая происходящее внутри во всей красе. Сочная грудь играющей на инструменте певицы, в платье с очень глубоким вырезом, покачивалась над клавишами. Да и ножки с нижней частью спины, отрабатывали свою часть плана. Двигаться Ева умела. Красиво двигаться, иногда, чуть разворачиваясь, успевая, соблазнительно провести пальчиком по какому-нибудь своему страстному изгибу. Словно, по струне инструмента, выбивая очередной клавишей, эмоциональный импульс.

Музыкальный инструмент «ЭМА» являлся высокотехнологической разработкой, он подключался к эмоциональному фону своего хозяина, а тот уже, словно струны дёргал, особым образом, транслируя вспышки чувств. И не каждый, даже эмпат, мог выдержать чувственный ритм, полноценно используя аппарат.

Полчаса, которые прописаны по контракту, Ева выдерживала. С трудом, но выдерживала. И старалась продержаться, одевая, исключительно объёмные концертные платья или с разноцветными разлетающимися лепестками, или с длинным ворсом, которые порхали и переливались вокруг неё, благодаря специальной струе воздуха, задуваемого извне. Такой концертный наряд стал её спасением. И ведь сам продюсер был — за. Не всё плюсы. Где-то должен быть у Джузи и изъян.

Делала Ева всё, что положено, и молилась, чтобы никаких заминок не произошло. Мало ли? У неё же контракт подписан на три месяца с возможностью его аннулирования. Не всё же настоящей Джузи болеть столько времени. Придёт немного в себя, и работать, работать.

Очередной перелёт на скоростном космическом крейсере с возможностью гиперпрыжка дался Еве ещё труднее. Скрутило её. Продюсер, увидев страдание своей звездульки, чуть не взвыл, переживая за своё благосостояние. И уже на будущее сам себе сделал зарок, иметь не одну пропиаренную музыкальную диву, а как ему подсказали, сразу несколько и под одним псевдонимом. Едди сказала переживающему, что всё нормально с ней, кажется, съела что-то не то. Отдохнёт она с дороги, и всё будет в норме. Но… отдохнуть ей так и не удалось. В гостинице, куда она заселилась посреди ночи, её уже ждали. Прямо в апартаментах. И подождав час. Пока её сопровождающие уснут. Она, под сопровождением красавца-мужчины, незаметно покинула здание.

Красавец-мужчина оказался замаскированным нарийцем — серым полудраконом, родным дядей Шайта. Хотя и младше чуть ни в три раза.

— Сколько лет, сколько зим? — обрадовалась Ева родственнику, и, слегка раскрывшись в эмоциональном плане, обдала мужчину фоном нежности.

Поговорить, конечно, Еве хотелось с ним о многом. И как он сам живёт, где на данный момент работает, чем занимается, как там их общие знакомые? Много, много у неё вопросов к нему. Но…

Ехали они долго. Ева успела уснуть на заднем сиденье, свернувшись на широком сиденье. Когда открыла глаза, обнаружила, что они находятся где-то за городом. Остановился Белл где-то посреди зарослей. Всего-то чуть-чуть свернул с дороги. Потом вышел, открыл дверь и предложил родственнице руку. И когда Ева за него уцепилась. Он повел её в чащу.

Идти пришлось минут десять. И они подошли к небольшому кораблику, скрытому пеленой невидимости. С такими средствами передвижениями Ева была знакома, и чутьё её не подвело, что его внутреннее убранство будет напоминать лабораторию.

— Белл, пожалуйста, расскажи мне, что случилось? — присела Ева на край белоснежного диванчика внутри корабля.

— Ничего критичного, — налил серый полудракон девушке простой воды в прозрачный бокал. Подал. — Нам надо провести через таможенную зону некий материал, и мы искали способ не ввязывать во всё это тебя, но не нашли.

— Не контрабанда? — хмыкнула Ева, прекрасно понимая, что не ей тут попахивает.

Рассказывать всё, конечно, женщине никто ничего до последнего не собирался. А сначала её вообще хотели использовать втёмную. Во-первых, чтобы она, если что, своим нервным поведением сама себя не выдала. Во-вторых, она, скорее всего единственная, кто сможет найти получателя посылки. Но…

Еве довольно много лет, и работать с информацией она умеет. Она не настолько эмоциональна. Сказалась на её психике звёздное наследство.

— Белл? — покрутила женщина в руке бокал. — Звёздные куда-то вляпались? — Полудракон одобрительно хмыкнул. Он в её уме никогда не сомневался. — А почему, на этот раз тебя отправили, обычно, Тёмный сам меня. А