Хрупкий сосуд 2 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Тогда, ещё раз объяснил хладнокровный, что детям до определённого возраста покидать родную гавань, то место, где родились — подвергать их космическим перегрузкам и радиации, а это чревато серьёзными последствиями для их здоровья. Но опять же, сказал, что она может отказаться от малышей после их рождения, отдать их под защиту Но-ра. И всё — свобода! «Нет!»

Ева рыдала, не могла она представить, что сможет вот так взять и отказаться от своих детей. Таких маленьких и беззащитных. Душа её разрывалась, потому что ей надо решить, что делать. И подсказать некому. «Прилетел бы Соломон…»

Душой тянулась она в бесконечную даль космоса, разыскивая дорогих сердцу. Чтобы успокоить детей, приголубить: мама здесь. И себя успокоить. И самое, что интересное, казалось ей, что она чувствует их: Юльку и Юру. Хоть что-то.

С другой стороны, сама Ева думала, что это просто воображение у неё разгулялось. Но ей нравилось. Нравилось погружаться в пространство и впитывать в себя космическую энергию звёзд, а с ним чувствовать людей, их эмоции…

Дети… Беременность она переносила нормально. Да и с ней обращались, словно с хрупким сосудом Живот округлился в малом сроке. Так оно! Семь плодов счастья! А потоки невероятной энергии от них шло… Сама была в шоке. И то, что всё пройдёт благополучно, не сомневалась. Не первородка. Тем более высокоразвитая нарийская медицина ей в помощь. Всё будет хорошо!

Главврач снабдил необычную пациентку своим личным ноутбуком, в котором сделал настройку на изучение нарийского языка, подогнанную для звёздных людей. Культурные мероприятия, театры, концерты, праздники, — всё девушка смотрела через интернет, чтобы не скучала, прониклась нарийским духом. Ну и так! На всякий случай главврач свои контакты ей оставил, чтобы если что, вдруг вопросы какие у неё возникнут посреди ночи, чтобы связалась с ним.

Ева не возражала. Хотелось ей жить по-человечески. Ведь правда: засиделась она на острове. А тут, и общение, и забота. Красота! И ведь подозревала, что за всем, что она делает, говорит, смотрит, внимательно наблюдают.

Правда, задумывалась она, будет ли забота о ней нарийцами что-то стоить Соломону. Думала, что круглую сумму они всё же возьмут. Так как заметила, что любое действие у них надлежит оценке и расчёту. Это они просто ей ничего не говорят. Считают её маленькой по их законодательству.

Двадцать недель беременности. Плановое узи.

— Точно все мальчики? — вновь и вновь спрашивала Ева алмазного врача, ещё надеясь, что обрадует он её и, наконец, скажет: девочка. Ну, хоть одна… Но перепроверять за ним не было необходимости. Спец! «Все мальчики!» Верен Торетский знает своё дело.

В доказательство, сомневающейся девушке в его компетенции. Повернул полудракон экран и наглядно продемонстрировал, что у малышей между ног — мошонка. Шесть малышей вровень, по триста грамм, по тридцать сантиметров от макушки до кончика хвоста. Хороший результат. «Хвоста⁈»

Ева побледнела. За всё время их общения, он ни разу не сказал, что с детьми что-то не так. «Какого хвоста?»

— Почему у моих детей хвосты? — задала девушка наивный вопрос. — Откуда⁈ Насколько я знаю, это у нарийских детей хвосты до определённого момента.

— В девяноста девяти и девяти процентах у всех малышей от смешанных браков, где отец нариец — хвосты! — как бы ни замечая, или действительно не понимая, чему тут удивлена девушка, ответил лечащий врач.

— Соломон звёздный человек! — возразила Ева. — У нас с ним два сына. И все нормальные. Почти! Если не считать особенностей связанных с голубой кровью.

Врач закатил глаза. «Дурочка!» И задумавшись, в упор посмотрел на Еву. Решая, сказать? или… ⁈

Ладно, хуже не будет! Словно сдавшись, мужчина проговорился. Что у них возникла догадка, что, скорее всего, дети вообще не Соломона. Вскрытый на ней скоп этому доказательство. По всей вероятности, вся её многоплодная беременность искусственна. Подсадили ей оплодотворённые эмбрионы. Непонятно только, как человеческие дети среди них оказались, может, это как раз и есть тот малый нуль-нуль один процент. И ему, специалисту, как раз интересны именно они.

Сказать, что Ева была удивлена — ничего не сказать. Шок! Это первое. Второе, перевёл врач разговор о будущем. Так как она ничего не знает, как заботиться о нарийском потомстве. К тому же, он, как врач, никогда не видел и не слышал, чтобы одна пара, а Ева — половинка, взялись вырастить и воспитать сразу пять нарийских малышей. Ей следует добровольно написать отказ и отдать малышей сразу после рождения, иначе, потом они хуже будут воспринимать приёмных родителей, что чревато, в первую очередь для самих детей. Уже сейчас специальные службы активно ищут тех, кто согласится забрать себе по малышу от смешанного акта. И таких желающих немного. И это всё для их же блага, ткнул Верен аккуратным когтем девушку в живот. Сказал ещё, что нарийские дети одного возраста плохо уживаются в одной семье, в малом возрасте малыши действуют по отношению к равному себе как кукушата: выдавливают соперников с семейного гнезда. Это в лучшем случае. В худшем… пугать не стал. Оставил на «сладенькое».

Ева напрягала память, пытаясь вспомнить время, проведённое с Натом наедине. Да, не всё она помнила. «Нат, ну попадись ты мне».

— Это мои дети, — прошипела Ева. — Я их не отдам.

Только подумав, что у неё могут отобрать детей, Еву накрыло, из глаз хлынули слёзы. Она маленькая, хрупкая, беспомощная, беременная женщина в чужом мире. Она одна… погладила девушка свой животик. «Мои! А я не кукушка, а они не кукушата».

Хладнокровный полудракон хищно улыбнулся, предчувствуя в скором времени «сладенькое».

Дело было вечером, делать было нечего. И это после плавания в бассейне, занятий для беременных, психологической подготовки к родам. Сидела Ева на большом подоконнике, наигрывая на гитаре полюбившиеся мелодии, и смотрела с высоты пятидесяти этажного здания на мир, что в основном скрывался за густым занавесом тумана. Духота и туман — естественный климат планеты. И к этому климату, организм девушки, как не странно, приспособился с космической скоростью.

Планета Но-ра с ударением на первый слог. Имеет всего два сезона. И тридцать четыре биологических месяца. Но время у нарийцев строго разделено по стандартным неделям. Скучно! Душно и сыро. Туман, естественное природное явление. И постоянное. Разница в погоде: туман, очень туманно, ни зги. Как-то так!

Когда Ева только очнулась на этой