Принцесса Египта - Константин Владимирович Денисов

— Что происходит? — удивлённо сказал Петя, — что ты бегаешь туда-сюда? Нет, я понимаю, что ребёнка нашёл, но теперь-то что?

— Потом расскажу, — сказал я, — а то там Амина в тумане одна сидит, пришлось её бросить.

— Весь в делах! Весь в делах! — усмехнулся Петя, — ладно, беги давай!

— Ну? — спросила Амина, когда увидела меня появившемся из тумана.

— Жить будет! — сказал я, — почувствовал, что в тумане кто-то есть, и вон что! Извини, что пришлось тебя бросить!

— Да всё нормально! — усмехнулась Амина, — было бы странно, если бы ты не попытался спасти ребёнка, лишь бы не оставлять меня в одиночестве. Вот этого я бы действительно не поняла.

— Священник сказал, что поможет. Он ей сейчас занимается, — сказал я.

— Лекарь, это очень полезное приобретение, — сказала Амина, — надеюсь, он останется с нами.

— Думаю, что останется, — сказал я, — вопрос только с кем, с нами?

— Поясни! — нахмурилась Амина.

— С нами, это, например, возле Иггдрасиля, где много детей и его помощь очень нужна? Или с нами, это в кармане, где такой человек тоже был бы очень полезен? — сказал я.

— А, в этом смысле? — улыбнулась Амина, — не знаю! Если есть лекарь, то меньше шансов, что понадобится моя помощь. Честно говоря, мне всё равно. Я, может, как и Алиса, тоже скоро уйду.

— Прекрати! — строго сказал я, выставив в её сторону указательный палец, — просто прекрати! Не хочу об этом думать! Ты свободный человек и можешь сама решать, где и когда тебе находится, но не грузи меня сейчас этим. А то начинает казаться, будто вы меня шантажируете… только вот требования пока никакие не выкатили. Вроде как прогреваете ситуацию, а потом заявите, что вам надо!

— Да нет, — сказала Амина, — мне вообще ничего не надо! Из всех доступных вариантов, мне больше всего сейчас нравится Барбинизатор. Вот там я бы жила с удовольствием. А этот холодный карман… честно говоря, штука хорошая, но не уютная. Он меня угнетает. Дерево твоё мифическое тоже, пока ещё не пришло в форму, и непонятно, что здесь в итоге будет. А вот в Барбинизаторе хорошо! Ты, кстати, сам вон не любишь на одном месте сидеть. Постоянно тебя куда-то уносит!

— Да я же не отговариваю и не осуждаю! — сказал я, — но просто, чтобы получилось что-то, подобное Барбинизатору, нужно приложить усилия. Там девочки бросили вызов Ордену и сражались за право так жить.

— Можешь мне не рассказывать, — пожала плечами Амина.

— Я помню, что ты была там, но это уже продолжение борьбы. Сложнее всего начать, бросить вызов, сделать первый шаг! Тут будет не хуже, когда всё разовьётся, а может, даже и лучше! — сказал я.

— Это всё понятно! — легкомысленно отмахнулась Амина, — но дело ведь в другом! Мы с тобой люди другого склада, покой нам только снится! Мы не любим сидеть на одном месте, нас не интересует спокойная сытая жизнь… мы хотим прокачаться, стать сильнее, ведь так? — и она с улыбкой кивнула на египетскую принцессу.

— Так, — не стал спорить я, — но я хочу это сделать не для себя, а чтобы перестать терять людей. Чтобы любой враг, каким бы сильным он ни был, не мог бросить нам вызов.

— Вот видишь! — подняла указательный палец вверх Амина, — ТЫ хочешь стать сильным, чтобы ТЫ не терял людей, и ТЫ мог противостоять любому врагу. Это всё тоже удовлетворение твоих желаний, просто сами желания у тебя лучше, чем у других.

— Ну да, — пожал я плечами, — бессмысленный спор. Ну что, переместим нашу принцессу на какое-нибудь нормальное спальное место?

Но только я прикоснулся к девушке, как она вздрогнула и застонала.

— Хм, — сказала Амина, — удивительно! Очень энергичный экземпляр! Никто так быстро в себя не приходит… а она ведь сотни лет была мертва… или нет? А вдруг её недавно сюда закатали? — внезапно оживилась Амина, — может же такое быть? Вдруг это всё хитрая подстава, и девочка умерла не так уж и давно?

— Вряд ли, — задумался я, — тряпки вон, вроде бы старые… да и зачем кому-то такое проворачивать?

— Если мы не знаем зачем, то это не значит, что делать такое вообще незачем! — сказала Амина, — может быть, просто наших знаний для этого не хватает!

Принцесса вдруг резко села и уставилась на нас. Она несколько раз открыла рот, видимо, желая что-то сказать, но не могла произнести ни звука. Её попытки делали её похожей на рыбу, вытащенную из воды.

— Ладно! — сказала Амина и двинулась к принцессе, но та попыталась вскочить, — подержи её, а то снова смоется! — быстро сказала мне воскресительница.

Я подскочил к принцессе и обнял её сзади, крепко сжав в объятиях. Она трепыхалась, пыталась вывернуться, но я удерживал её крепко. Амина взяла её за виски двумя руками и приложила свой лоб к её лбу.

Сначала принцесса начала вырываться более активно, но потом вдруг обмякла, как будто процесс её заинтересовал.

Через некоторое время Амина отстранилась, посмотрела внимательно на девушку и спросила:

— Ты сейчас понимаешь, что я говорю?

Я почувствовал, как девушка напряглась в моих руках, услышав слова Амины, некоторое время о чём-то раздумывала, после чего неуверенно кивнула.

— Он тебя сейчас отпустит, только ты не убегай, ладно? Мы не желаем тебе зла, но если ты заблудишься в этом тумане, то можешь умереть, — сказала Амина.

Девушка снова выдержала паузу и кивнула.

Я разжал объятия и, обойдя девушку, уселся напротив неё, рядом с Аминой.

— Это что, заклинание перевода? — удивился я.

— Нет, лучше! Это заклинание языковой адаптации! — сказала Амина, — оно у меня уже очень давно, но вот сейчас впервые пригодилось. Она должна сейчас воспринимать русский, как свой язык. Не переводить, а именно думать и говорить на нём.

— Говорить? — сказала девушка неожиданно ясным и чистым голосом.

— Да, говорить, — кивнула Амина, — видишь ли, мы не знаем, что ты помнишь о себе и не сможем в двух слова рассказать, что происходит, потому что… потому что всё невероятно сложно!

— Сложно? — спросила девушка всё таким