Геннадий Хазанов - Para Bellum

– За вами же квартира в Москве сохранилась? Давайте отвезу. Придавите подушку минут на триста. Как раз останется время побриться – и к руководству.

Пока ехали, генерал клевал носом. Казалось, дай только добраться до кровати. Но в пустой гулкой комнате сон забился в какой-то из пыльных углов и упорно к Сергею не шёл. Когда-то ему посоветовали в таких случаях представлять баранов, прыгающих по одному через забор. Сейчас рогатая скотинка, покрытая длинной серой, с запутавшимся мусором, шерстью, скакать не хотела. Вместо мериносов в голове всплывали бесконечные цифры: недостающие танки. Отсутствующие механики-водители. Самолёты, орудия, полевые кухни… Промаявшись минут сорок, Марков глянул на часы: восемь. Ленка должна собираться в институт. Мужчина вскочил, набрал давно выученный номер, выслушал пару длинных гудков.

– Алло, – прозвучал в трубке голос Зинаиды Петровны, какой-то не такой, как обычно.

– Здравствуйте, это Марков. Лена ещё не ушла?

– Сергей… Петрович, вы в своём Белостоке?

– Нет, в Москве. Командировка.

– Елена уехала к вам. Сказала, что должна о чём-то предупредить. А дозвониться не смогла.

Ну да, попробуй с обычного квартирного телефона связаться со штабом фронта.

– Когда она уехала?

– Вчера. Наверное, уже должна быть на месте.

«Вот же дурища, – подумал генерал. – Хоть бы телеграмму дала».

– Не волнуйтесь, Зинаида Петровна, – успокоил он будущую тёщу. – Я сейчас свяжусь со своими, попрошу, чтобы Лену встретили, устроили. Всё будет хорошо.

Корлюченко-старшая осторожно уложила трубку на рычажки.

– Кто? – спросил старлей Кравцов.

– Жених моей Леночки.

– Это я понял. Кто он в этом его Белостоке? Граница, между прочим.

Оперсотрудник сделал стойку, как охотничья собака перед выслеженным зверем.

– Я не знаю точно, – растерянно сказала женщина. – Но вообще он – генерал-полковник.

Кравцов схватил трубку – докладывать руководству, но задумался. После рапорта о визите Эйтингона непосредственный начальник покрыл руководителя засады отборным матом и пообещал серьёзные неприятности в ближайшем будущем. Что он скажет сейчас? Вынесет благодарность или..? Хуже нет, чем оказаться впутанным в разборки с большезвёздными персонажами. Они, может, и выпутаются, а тебя, мелкую сошку, не та, так другая сторона достанет.

Габрильянц был на месте.

– Я в столице, с докладом товарищу Сталину, – сказал Марков. – Не в службу, а в дружбу, Валерий Хачикович. Сегодня утром ко мне приехала невеста. – Впервые он назвал так Ленку вслух. Ничего, прозвучало нормально. Вполне естественно прозвучало. – Её фамилия Корлюченко, зовут Елена. Попросите кого-нибудь её найти и отвезти ко мне. К вечеру я буду.

Казалось, особист обрадовался сообщению.

– Конечно, Сергей Петрович. Непременно разыщем, не беспокойтесь.

Однако тревога не отпустила. Немного поразмыслив, комфронтом решил позвонить ещё Ямщикову, учитывая раннее время, домой. Александр Иванович долго не подходил к аппарату. Сергей уже хотел дать отбой, когда услышал недовольный голос:

– Слушаю.

– Извини, что бужу спозаранку, но нужна помощь.

– Излагай, – предложил комдив и подавил зевок.

Марков быстро обрисовал ситуацию с Ленкой, сообщил, что попросил найти девчонку Габрильянца.

– Душа всё равно не на месте. Может, ты подключишь своих орлов, чтобы подстраховали. Так, без фанатизма, мягко.

– Какой разговор. Есть у меня пара-другая чингачгуков, сделают в лучшем виде.

После обещания, данного старым другом, от сердца чуть отлегло.

Как только голова Маркова коснулась подушки, он провалился в глубокий чёрный сон без сновидений.

– Милый, иди сюда, поцелуй меня. – Люсечка, обнажённая, привстала на кровати, театральным жестом протягивая руки к «своему Сашеньке». Обняв крепкую шею, блондинка спрятала лицо на груди мужчины и тихо спросила: – Тебе опять было хорошо?

Мозолистая пятерня гладила шелковистые волосы девушки. Александр вдохнул запах этой роскошной гривки и пробормотал:

– Господи, за что мне такое счастье. Я уж думал, жизнь кончена.

Красотка тихо засмеялась и пропела:

– Ах, Сашуня, нам ли жить в печали. – Она развернулась в руках любовника, так, что груди сами оказались в его ладонях, выставила круглую попку и потёрлась ею о то самое место. Место отреагировало быстро и правильно.

– Деточка, – почти простонал Ямщиков, – что же ты со мной делаешь. Мне же через полчаса на службу.

– Так у нас ещё куча времени, – хихикнула блондиночка.

Когда генерал уже собирался переступить порог, женщина крикнула:

– Можно я сегодня весь день буду у тебя? У меня сегодня отгул, приготовлю что-либо вкусненькое, устроим пир на весь мир.

– Конечно, – разулыбался комдив, – буду счастлив.

– Кстати, кто звонил в такую рань?

– Марков. К нему невеста приехала и пропала в Белостоке.

– Невеста? А как зовут – не сказал?

– Конечно, сказал. Он же просил её найти. – Ямщиков посмотрел на лист бумаги, прочёл собственные каракули: Корлюченко Елена Ивановна.

– А-а-а, – протянула блондинка.

– Знакомая?

– Так, встречались, – мурлыкнула Люсечка.

Габрильянц позвонил дежурному по городу:

– Нужно найти молодую особу, которая прибыла утренним поездом. Записывай – Елена Ивановна Корлюченко. Приехала к командующему Маркову Сергею Петровичу. Она его невеста.

Чекист засопел в трубку:

– Чего её искать, товарищ старший майор. Она в комендатуре в КПЗ сидит. Военный патруль прямо на перроне прихватил. Лейтенант Бугаев поржал, когда услышал, что она прямо к генерал-полковнику намылилась, и в кутузку. – Тут до служивого дошла, наконец, вся информация: – А она и вправду к самому комфронтом? Вот это мы обо… это самое. Сейчас позвоню, пусть выпускают и извиняются, извиняются…

– Отставить, – скомандовал Габрильянц. – И не смей никого предупреждать. Девушку я сам заберу.

Всё складывалось более чем удачно. Маркова нет, можно вызволить сидельцев и отправить немца от греха подальше за рубеж, а Гогулию с его идиотами в столицу. Девка сама приплыла, бери меня и кушай с маслом или с маргарином. Начальник контрразведки даже руки потёр от удовольствия и произнёс нараспев:

– Как замечательно устроена жизнь, как правильно движутся по организму соки.

Сначала послышался топот бегущих по коридору людей. Потом заскрежетал ключ в массивной двери, и в камеру впорхнул невысокий толстячок с багрово-красным лицом.

– Елена Ивановна, простите великодушно. Произошло страшное недоразумение. Обещаю, все виновные будут примерно наказаны. – Колобок семенил вокруг девчонки, показывая ручкой, куда ей направляться, чтобы поскорее добраться до выхода. Одновременно он грозил неожиданно увесистым кулаком полудюжине подчинённых.