Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов
— Жанна Леонидовна, не надо смущать подрастающее поколение, — с трудом сдерживаю улыбку. — Вам отдельное спасибо за помощь! Оксана, пойдем.
— Зачем ты наврал про сценарий, и вообще, — разборки начались на проходной киностудии. — Я не скромничаю. И тем более не нуждаюсь в чьей-то помощи!
— Ты мне нужна через неделю в нормальном душевном и рабочем состоянии. Я не кретин и видел, с каким трепетом ты передавала мне рукописи. И ты действительно умеешь писать, хотя твои белорусские мотивы я не разобрал. Сейчас у тебя есть определенная популярность, и глупо этим не воспользоваться. Тем более что вряд ли по Белоруссии табунами бегают авторы сценария фильма, получившего награду в Италии.
— Но это неправда! — лицо девушки приобрело упрямое выражение. — Сценарий написал ты, я его только корректировала. И если будет нужно, то рассказы я отправлю в издательство сама.
— А твои работы будет рецензировать какой-то Быков? И еще, забыл фамилию… О, вспомнил! Вроде Жабицкий говорил про Дубоука, — провоцирую нашу правдорубку.
Девушка покраснела, но уже от гнева. Чувствую, что переборщил.
— Да как ты смеешь называть самого Василя Быкова каким-то? И тем более коверкать фамилию Владимира Дубовки? А они точно будут читать мои работы? — Пузик просто убила меня последним вопросом.
М-да, женская логика — вещь странная и изучению не подлежит.
— Хватит рефлексий. Если ты хочешь признания, то нужно вести себя более настойчиво. Ведь твое имя будет на слуху в течение нескольких дней. Куй железо, пока оно горячо. Если у нас не получится с кино, то зайдем со стороны литературы. Есть у меня парочка мыслей по этому поводу.
— Это цинично и подло! — Белорусский комсомол был против.
— Зато практично, — ответил гость из будущего. — Жду тебя через неделю с корочкой члена Союза писателей БССР. — Видя округлившиеся в панике глаза, решаю успокоить будущего классика: — Твоя задача — просто понравиться белорусским писателям и товарищу Жабицкому. По идее, должно получиться. Эдакая простушка, оказавшаяся настоящим талантом.
Девушка хотела чего-то возразить, но я не позволил. Прижимаю пискнувшую Пузик к себе и смачно, по-отцовски целую в лоб.
— Благословляю тебя, Оксана Пузик, на подвиг ратный. Жду в Москве через неделю — и только со щитом!
Пузик уже ушла, несколько раз оглянувшись. Я же стоял и махал ей вслед. К чему вся эта комедия? Ларчик открывается просто — она действительно сильно пишет. В своей жизни я прочитал немало книг, сам брался за перо, поэтому могу оценить уровень автора. Так вот: Оксана — самородок, без всякого преувеличения. И у меня на нее долгоиграющие планы. Я не могу себе позволить днями и ночами корпеть над сценарием. Значит, нужен соавтор, который будет переводить мои сумбурные мысли на бумагу. А если она одновременно станет популярной писательницей — то это даже лучше.
Плюс национальные республики очень любят пишущих на родном языке авторов и помогают им с изданием своих произведений. Это мне по секрету сказала Серова, когда я предложил отнести рукописи в «Молодую гвардию» или другие московские издадельства. Кроме того, республиканские власти неплохо обеспечивают свои таланты материально, что немаловажно для молодой девушки. Судя по одежде, с деньгами у моего будущего соавтора не очень. На предложение дать ей взаймы Пузик жутко обиделась — еле уболтал, что это было по-дружески. Хорошо, что не ляпнул про одежду — точно не простила бы.
Если мне перекроют кислород в Москве, то можно попробовать окопаться на «Беларусьфильме». Протекция местного начальства и дуэт с литературной звездой точно не помешают. Цинично? Так я не спорю. Но мне нужно снять фильм, а лучше несколько. Удача, сопутствующая моим начинаниям в Москве, вечно продолжаться не будет. Почему не озаботиться запасным аэродромом? Плюс я рассчитываю на мощности местных издательств, есть у меня еще задумки. Но пока всю энергию направлю в сторону кино. Помню, что минская киностудия периодически выдавала неплохие фильмы. Вот студия им. Довженко мне никогда не нравилась. При их ресурсах снимать такую муть — это похоже на преступление против разума. Те же одесситы радовали зрителя гораздо более качественным продуктом. Думаю, что мне удастся договориться с белорусами, случись какой-то форс-мажор. Звезд же можно и из Москвы пригласить. Та же Серова, думаю, пользуется в республике огромной популярностью. У них руководитель — фронтовик, или бывший партизан.
В общем, склизкий товарищ из будущего постепенно встраивается в местные реалии.
— Не понял, что значит — упала и лежит в больнице? А когда выздоровеет?
— Никто не знает, — отвечает шмыгающая Светличная. — Все как-то неожиданно, но мы с девочками собираемся навестить ее в ближайшие дни.
— У нас съемки на этой неделе. Людмила должна быть маляром. — Услышав это, Светлана улыбнулась. — Вернее, изображать девушку-маляра. Совсем запутался. Даже не знаю, кем теперь ее заменить, если лечение затянется. Уж очень хорошо она вписывается в образ.
Стою в полнейшем недоумении. Оказывается, Марченко, которую мы утвердили на обложку календаря, упала и сильно разбилась. Я точно не помню, что там у нее было в жизни, кроме преследования одного невменяемого товарища. Попросил Светличную, которая тоже будет красоваться в нашем новом проекте, держать меня в курсе. Ведь сам процесс съемок достаточно трудоемкий. Один грим занимает много времени, а еще нужно правильно изобразить героя.
В поиске моделей я не стал заморачиваться. За два года занятий в Театре киноактера перезнакомился, хоть и шапочно, практически со всем коллективом. А люди здесь работали весьма известные, либо им еще предстояло прославиться.
В итоге Марченко, Светличная, Леждей, Буткевич и Маренков согласились сразу. Далее к ним подтянулись другие коллеги. Из сторонних актеров удалось договориться с Корольковым, уж очень мне его типаж понравился. Его можно обрядить в короля или кочегара — смотреться будет естественно. Геннадий только долго не мог понять смысла проекта, но в итоге согласился. С остальными актерами обошлось без сложностей, только пришлось согласовывать время съемок. Товарищи понимали, что реклама лишней не бывает.
Да и гонорар тоже на дороге не валяется. Все шло нормально — и вдруг такая засада, или досада. Но мои самые худшие опасения подтвердила Серова.
— Я искренне надеюсь, что разговор останется между нами. Благодаря определенным знакомствам мне удалось узнать, что произошло. И это ужасно! — экс-звезда действительно сильно переживала.
Сижу у нее в гримерке и неодобрительно наблюдаю, как актриса успокаивает нервы очередной стопкой «Двина». Сам же нахожусь в состоянии, близком к бешенству. Хреново, что сделать ничего не могу. Еще и слово дал, что информация далее меня никуда не уйдет. От предложенного коньяка отказался, алкоголь сейчас точно не помощник.
А дело в том,