Петер Ранда - Космический беглец

— Регелла…

Она возникает передо мной… без гермошлема. Этого только не хватало. Еще одним противником больше… в голове полная сумятица. Регелла настолько обезумела от боли, что по ошибке вместо каски комбинезона натянула на себя координатор мыслей…

А в руке у нее парализатор.

— Регелла… нет… нет…

Но она, подняв руку, стреляет.

Выныриваю из состояния полного отупения. Это происходит как-то сразу, рывком возвращается сознание, мысли вдруг становятся на удивление ясными и четкими, как если бы их нежданно омыло очистительной влагой. Я сразу же вспоминаю Ардана и его почти блаженное отношение к факту своего чудовищного обращения в иносущество. Меня окатывает волна холода. Открываю глаза. Вижу… Тут же меня охватывает чувство ни с чем не сравнимого облегчения.

Регелла по-прежнему стоит передо мной. Ее лицо преобразила чарующая улыбка. На голове поблескивает металлом координатор мыслей

— Мы спасены, Эльвер Спасены!

— Что ты хочешь этим сказать?

— А то, что в данный момент эта штука отчаянно и изо всех сил излучает… но ты ничего не чувствуешь, правда?

Действительно. Я приподнимаюсь на кушетке, на которую она меня заботливо уложила. Голова также окружена антенной координатора мыслей, работающего от батарейки.

— Ты выстрелила в меня.

— Это было необходимо. Ты был в таком состоянии, что в любой момент мог уступить воздействию этого проклятого зова.

Ах, да… теперь вспоминаю! С чувством ретроспективного страха.

— А как же ты устояла, Регелла?

— Когда ты закричал, чтобы я надела гермошлем, мои глаза были устремлены на каску координатора мыслей. Мне в этот момент припомнилась сцена, по ходу которой Люгон так настойчиво пытался повлиять на меня. В тот момент, блеснуло у меня в голове, я почему-то вынуждена была делать над собой страшное усилие, чтобы оставаться с ним в контакте… да ты сам прекрасно все помнишь… Я лежала, связанная, на кушетке, а ты считывал с помощью координатора мысли, которые роились у меня в мозгу.

— Да, верно… я тогда и впрямь ничего не чувствовал, никакого влечения к этому монстру В то время я объяснил себе этот феномен тем, что Люгон, видимо, не располагал достаточно мощным полем.

Я мигом соскакиваю со своего ложа и, бережно держа в руке батарейку координатора мыслей, спешно возвращаюсь в кресло пилота. Эликон противника совсем близко… даже чересчур…

— Ты что, сняла защитное поле?

— А чего зря тратить энергию?

Мой робот-ликвидатор хищно закладывает круги вокруг неотступно следующего за мной вражеского аппарата. Ближе его не подпускает силовой барьер, и он чем-то напоминает сейчас охотничью собаку, загнавшую крупного зверя. Два других эликона все еще далеко. Я решительно бросаю свой астролет камнем вниз, затем стрелой взмываю вверх, оторвавшись тем самым от своего преследователя. Останавливаюсь в позиции, позволяющей в случае новой атаки успешно маневрировать, и вновь включаю вызов.

На сей раз меня удостаивают ответом. Вспыхивает специальный экран, и я четко различаю на нем человеческое лицо. Это Вальдо… один из немногих вместе с Арионом уцелевших после первого штурма красного холма.

— Не стоит рассчитывать на подмогу со стороны двух других эликонов. Пока они дотянутся сюда, я успею уничтожить твоего робота и вернуть своего… Надеюсь, сечешь, к чему это приведет?

Тут и понимать нечего, поскольку ответ однозначен: бесславное и неминуемое поражение. Все три эликона окажутся в моей полной власти. Они будут вынуждены либо сдаться на милость победителя, либо замереть, окружив себя силовым полем. Но подпитка последнего энергией далеко не вечна, и угроза немедленного уничтожения после ее исчерпания неумолимо повиснет над ними.

Позади Вальдо с беспокойством различаю силуэт гусеницы.

— Неплохо сыграно, как ты считаешь, Ардан? — после длинной паузы — он явно испытывает колебания — ответил Вальдо.

— Ардан остался с остальной частью группы. А это — Молье.

— И он уже не в силах прочитать ни одной твоей мысли?

— Именно.

Кстати, он не в состоянии даже говорить со мной. Регелла слегка трогает меня за рукав и показывает на экран радара.

— Два других эликона поворачивают!

Делают они это на умопомрачительной скорости. Ну, что же, признание полного поражения. Молье наверняка телепатически поставил их в известность о создавшемся положении, и они понимают, что партия проиграна начисто. Я чуть не поддался искушению тут же броситься за ними вдогонку, но меня отвлек вновь заговоривший Вальдо. Это наталкивает меня на одну дельную мысль.

— Ардан предлагает тебе освободить нас, а также эликон и дать честное слово, что ты сию же минуту покинешь планету. Не совсем понимаю, что значит «освободить нас»?

— Надень-ка ты каску координатора мыслей, Вальдо. Тогда я смогу выйти напрямую на Ардана.

Он в явном замешательстве и обращается, видимо, за советом к Молье. Гусеница, похоже, не возражает, поскольку изображение Вальдо на какое-то время исчезает с экрана… Сердце гулко стучит в. груди. Все дальнейшее развитие событий может зависеть от того, что произойдет сейчас.

— Молье сразу же заподозрит неладное, — шепчет мне Регелла.

— И все же я крепко надеюсь, что вот так, с ходу, он сообразить не успеет.

Вальдо вновь возникает в поле зрения. На его голове — каска, а по его ошеломленному виду догадываюсь, что он уже включил контакт. Молье, лишенный органов слуха, нас не слышит, а теперь еще потерял возможность читать мысли своего подопечного. Поэтому я что есть мочи кричу:

— Вальдо! Ты вышел из-под контроля этой штуки] Ты снова обрел ясность мысли!

Его лицо искажается гримасой ужаса и отвращения, когда он пристально смотрит на гусеницу. Та беспокойно задергалась.

— Используй парализатор, Вальдо! Полагаю, что он подействует на сравнительно небольшую массу этого червяка. В любом случае стоит попробовать.

Вижу, как Вальдо выхватывает оружие в то время, как гусеница рывком устремляется к нему… Он успевает нажать на спуск. Его противник застывает на лету.

— Браво!

Бедняга Вальдо! Он еще не полностью отдает себе отчет в том, что случилось. Не осознал он и всю жуть той удивительной фантасмагории, которую переживал еще несколько мгновений тому назад, выступая в роли сообщника этого исчадия ада.

— Так, значит, то было помешательство… я свихнулся.

— Нет… просто находился под гипнозом… но теперь с этим покончено.

Он трясет головой.

— У меня трюм забит этой массой!

Ага, вот в чем состоял их трюк! Теперь понятно, почему излучение было столь интенсивным. Ведь гусеницы сами по себе обладают весьма ограниченной психической силой.