Лора Андерсен - Странница

— Ты бы умерла от кровотечения очень быстро. Поверь, я бы позаботился, чтобы причинить тебе минимальную боль. К тому же, твоя смерть после родов выглядела бы естественно.

— Чем больше я говорю с тобой, тем хуже мне становится. — Внутри нее все горело.

— Нужно смириться с этим… Аолла. Ведь ничего этого не было, и я не делал с тобой это!

— Да. Ты только отловил меня и отправил на костер.

— После того, как ты попала мне в руки, это было лучшее из того, что я мог для тебя сделать. Поверь мне, что в другом случае ты бы узнала ад еще при жизни. Я могу тебе показать, что тебя ожидало.

— Не нужно, — вздрогнула она. — Самое страшное, Строггорн, это когда просыпаешься утром и не знаешь еще, где находишься. И боишься, что если откроешь глаза, очутишься снова там. Понимаешь? И так много-много лет. Вот это и есть настоящий ад… Что ты делаешь здесь?

— Спроси Странницу. Я не знаю, что я делаю здесь. Может быть, искупаю свою вину за прошлую жизнь.

— Ты хотел оправдаться передо мной?

— Есть вещи, Аолла, за которые нельзя оправдаться и которые нельзя искупить. — Строггорн встал. — Я постараюсь пореже попадаться тебе на глаза, когда ты на Земле. Только пусть меня не забывают предупредить об этом.

Когда Креил вошел, Аолла смотрела прямо перед собой.

— Все в порядке? — Он заглянул ей в глаза.

— Теперь все будет хорошо. Только я очень устала, Креил.

Аолла вернулась на Дорн. Текли дни, Странница не появлялась. Прошло почти четыре месяца с тех пор, как Уш-ш-ша заточили в тюрьму. Ули-и-и летал к нему, но прослушать больше ему не удавалось. Видимо, у Уш-ш-ша осталось слишком мало сил, чтобы пробиться через мыслезащиту. Ули-и-и считал, что больше пяти месяцев ему не продержаться.

Аолла и Дорн сидели на краю одной из возвышенностей. С тех пор, как она узнала о размножении дорнцев, Аолла старалась летать только с мужчинами, которым безусловно доверяла. Вот и в этот раз Президент взял ее с собой на прогулку. Они обсуждали ее работу, но Аолла в мыслях все время возвращалась к Уш-ш-шу, а Дорн делал вид, что не замечает этого. Внезапно он взлетел и напряг свои телепатические антенны, видимо, почувствовал кого-то, но кого, Аолле было непонятно. Дорн ощутил, как бесконечная мерцающая нервная сеть приближается к ним. И только спустя какое-то время увидел огромное, почти тридцати метров в размахе крыльев, существо, которое на большой скорости летело к ним.

— Странница! — вскрикнул он, и Аолла тут же поднялась в воздух ей навстречу.

— У меня на все — пятнадцать минут! Я должна возвращаться. Вы не представляете себе, откуда меня вытащили. Пришлось разыскивать вас! сердилась Странница. — Я дам согласие на этот дурацкий брак. Как это происходит, Дорн?

— Вы должны произнести формулу согласия перед тремя членами Совета. Она будет занесена в протокол, — объяснял он.

— Значит, это надо делать во Дворце? У меня нет времени. Вы разрешите перенести вас туда? — спросила Странница. Аолла и Дорн согласно махнули крыльями. — Вы должны зависнуть вертикально на минимальном расстоянии друг от друга, и я смогу перенести вас сквозь пространство.

Странница стала изменять метрическое измерение и быстро увеличиваться в размерах. Ее крылья все время росли. В конце концов она как бы обняла ими Дорна и Аоллу. Они казались себе совсем крохотными. На секунду повисла темнота, и возник зал в Президентском Дворце. Странница тут же приняла свой Естественный Облик и начала настраивать гиперпространственное окно. Один Советник, запыхавшись, влетел в зал и сразу же опустился на пол. Другого не было видно. Странница установила отсчет времени и беспокойно поглядывала на часы. Второй Советник влетел в зал за минуту до условленного времени.

— Быстрее, Дорн, что я должна говорить? — спросила Странница, и он торопливо начал подсказывать ей. — Я, Векторат Времени Вселенной BD-Дигма, властью, данной мне, заявляю, что брак между Землянкой — Аоллой ван Вандерлит и Дорнцем — Уш-ш-шем… — Далее шло полное телепатическое титулование Уш-ш-ша, совершенно непереводимое на обычный язык, — не влечет отрицательных последствий для планетной системы Дорна и является нейтральным событием данного места и данного времени.

Одновременно на очень высокой частоте, недоступной Аолле, Странница говорила Дорну:

— Этот идиотский брак все-таки лучше, чем его смерть. Черт его знает, как это может отразиться на ней. — И Президент понял, что судьба Уш-ш-ша ее вообще не волновала.

С последними словами она шагнула в Окно и исчезла. Все поежились от холода. Окно всегда забирало много энергии.

— Ну, теперь, наконец, вы отпустите его? — спросила Аолла Дорна, который только грустно посмотрел на нее.

— Аолла, это правда, что вы входите в Высший Совет Вардов на Земле?

— Да, и что? — Она не поняла, зачем ему это.

— Это значит, что для вступления в брак вам необходимо получить разрешение Совета Вардов. Я прав?

У Аоллы появилось чувство, что она ходит по кругу и, когда, радуясь, рвется к финишу, выясняется, что нужно пройти еще один. «Я не выдержу этого», — подумалось ей и захотелось заплакать, но у дорнцев не было слез и это отразилось только на телепатеме.

Линган, Креил, Лао и Аолла сидели в зале заседаний Дворца Правительства. Все были в курсе событий и ждали Строггорна, уже давно приравненного ко всем и имеющего решающий голос в Совете.

— Вообще-то, можно начинать, — сказал Линган, как обычно, ведущий Совет. — Всем ясна просьба Аоллы Вандерлит? Она желает выйти замуж за существо с планеты Дорн. Ему грозит смерть — за дело, на мой взгляд, добавил он от себя, и Аолла зло посмотрела на него, — но ей хочется его спасти. Я правильно излагаю? — Линган был невозмутим. — Надеюсь, ты не собираешься утверждать, что любишь его?

— Линган, прекрати копаться в моих чувствах! Это мое дело, как я буду распоряжаться собой.

— Конечно, у тебя большой опыт в таких делах! — съязвил он.

— Линг, довольно, — вмешался Креил. — Оттого, что вы будете оскорблять друг друга, ничего не изменится. И если она так решила — это действительно ее дело. — Он посмотрел на Аоллу: — Я даю свое согласие на твой брак.

— Лао? — спросил Линган.

— Я согласен, — откликнулся Лао, но добавил, глядя на Аоллу: — Не знаю только, правильно ли ты поступаешь, девочка. Что-то мне очень жаль тебя.

— Понятно, — протянул Линган. — Я против. Не нужно объяснять — почему? Я за браки по любви и между людьми желательно. — Он усмехнулся.

В этот момент, извинившись за опоздание, вошел Строггорн и занял самое далекое от Аоллы кресло, хотя она все равно вздрогнула. Лао быстро объяснил ему суть дела. Строггорн внимательно посмотрел на Аоллу.