Ирина Оловянная - Самурай

— Диоскуры и всего одна крыса, вы же видели.

— Я мог что-то видеть только с двух точек — ты же меня не предупредил! Я, конечно, понял, что ты там вытворяешь, но подробностей не знаю.

— Ну, еще иногда приходилось кого-то пугать, чтобы на нас не напали, — признался я.

— Я много чего хочу тебе сказать о твоих идеях и манере экспериментировать, даже не предупредив меня.

— Иначе мы бы его не нашли, — возразил я.

— Еще чуть-чуть, и пришлось бы делать тебе пересадку сердца.

— Ну так вырастите и заморозьте, — предложил я.

— Энрик, у меня очень давно есть полный банк твоих органов.

— Ясно, и ни разу не понадобилось.

— Можно подумать, ты огорчен.

— Не-е, не люблю болеть. Скучно.

— Но это тебя ни разу не остановило.

— Те, кого это останавливало, уже давно убежали с Этны, — ответил я.

— Особенности национального сумасшествия.

— Угу. Что-то вроде. Кстати, синьор Мигель обещал удовлетворить мое любопытство.

— Во влип! — совершенно по-мальчишески отреагировал проф. — И что же ты хочешь узнать?

— Много чего. Во-первых, раз вы, синьор Кальтаниссетта и синьор Мигель уже двадцать лет знаете, какая полезная штука история, нет ли в нашей СБ отдела, который ее изучает? Конкретно меня интересует история Этны.

— Отдел есть. И история Этны тоже.

— Слава Мадонне, а то я опасался, что придется нам этим заняться, слишком большая работа для маленькой компании. Э-ээ, а насколько это секретно? Можно будет это прочитать не только мне?

— Можно, не беспокойся, скоро это, наверное, войдет в школьную программу.

— Не боитесь потерять преимущество?

— Мы приобретем больше, чем потеряем.

— Ладно, а встать мне можно?

— Сейчас посмотрим. Поумнел немножко на Джильо?

— Ага. Лишние две недели лежания кого угодно научат.

Проф просканировал меня, отключил монитор и разрешил мне вставать.

— Повезло, — с облегчением произнес он, — даже на тренировку можешь сходить. И никогда больше так не делай! — возвысил он голос.

Он явно догадывался, что отдавать мне подобные приказы бесполезно.

Синьор Мигель приехал к нам в гости к ужину, выполнять свое обещание. Синьора Будрио была потрясена такой честью. Надо было попросить синьора Мигеля поддержать стремление Виктора заниматься кемпо, жаль, что я не догадался, а теперь поздно.

Говорили мы о Новой Сицилии. С одной стороны, Этну колонизовали именно с нее, с другой — они душители нашей свободы и независимости. Из многословных пассажей синьоры Будрио я понял, что Новая Сицилия — планета скучная и заорганизованная, слишком много там законов, бюрократов и юристов. Тете Бланке это нравится: все предсказуемо, одинаково. Дни похожи друг на друга, как горошины из одного стручка. Я бы там умер со скуки.

После ужина проф играл с Виктором в шахматы в гостиной, синьора Будрио болела за сыночка, а мы с синьором Мигелем шептались в кабинете.

Диск с «Историей Этны» синьор Мигель мне пришлет.

А лейтенант Верчелли влип в процессе операции против каких-то торговцев наркотиками. Меня это не слишком заинтересовало, откровенно говоря: пили, пьют и будут пить, обдолбывались, обдолбываются и будут поступать так же.

В четверг я позвонил Гвидо и поздравил его с днем рождения. Слегка его утешил, а то допекли беднягу отцовские деловые партнеры.

А вечером я держал в руках настоящее сокровище — диск с историей Этны.

Итак, откуда что пошло?

Этну начали колонизовать с двумя целями. Во-первых, чтобы перегнать Новую Британию по числу колоний, а во-вторых, на Новой Сицилии решили искоренить организованную преступность. Всех выловленных мафиози (и не только мафиози, но и подозреваемых, а заодно тех, с кем полиция сводила счеты) высылали терраформировать новооткрытую планету. Тогда она совсем не была благодатной: огромные болота, полные ядовитых растений и опасных животных, занимали большую часть Северного континента и островов тропической и субтропической зоны так же, как сейчас занимают большую часть Южного. А когда на Этне нашли тетрасиликон... Месторождения на Северном континенте уже истощились. А вот как их истощали: доставить на Этну несколько сотен каторжников гораздо дешевле, чем большой горнодобывающий комбайн. Да и эксплуатация их обходится дешевле. А бежать попросту некуда.

Корпорация Трапани, самая старая из корпораций Этны — вполне традиционный мафиозный клан, на каторжных работах они начали специализироваться на стукачестве и другой «организующей» деятельности в интересах колониальной администрации.

Вальгуарнеро — тоже слегка привилегированные: ссыльные фермеры, когда-то кормившие всю планету. На терраформированных чьей-то кровью территориях.

Кремонцы так до сих пор и терраформируют. Они — потомки колониальной администрации с Новой Сицилии. Вот это да! Новосицилийцев они ненавидят за «предательство». Когда-то эта корпорация контролировала все шахты Северного, а после их истощения — Южного континента. До сих пор вся их экономика только на этом и держится.

Джела — потомки каторжников с одной из тетрасиликоновых шахт. Взбунтовались, смогли отстоять свою свободу, а несколько грамотных инженеров не позволили обмануть себя на цене тетрасиликона. Шахта с тех пор давно уже выработана. Теперь Джела — это лучшая на Этне электроника и софт. Хм, ну это еще как посмотреть, наши тоже хороши.

Больцано — группа преподавателей первого, а когда-то единственного колледжа на Этне. Теперь — десяток университетов и еще бог знает сколько колледжей. Ужасно мирные люди. Попробуй их тронь: огребешь войну со всеми сразу.

Каникатти — коммунистическая секта, на Этну прибыли по доброй воле и поначалу занимались только сельским хозяйством. Продолжают им заниматься, а еще делают кучу хлама, который называют военной техникой. А еще продают на Новую Сицилию какой-то особенный кофе. Хм, разве мы у них не все плантации отобрали? Или это устаревшие сведения. И тетрасиликон этот, вот надоел!

Наконец, Кальтаниссетта — самые неисправимые бунтари. Место ссылки — Селено, только чтобы замерзли там насмерть и под ногами не путались. Бог помогает тому, кто сам себе помогает. О селенитах колониальная администрация узнала уже тогда, когда они превратились в контрабандные, привезенные с Новой Британии бластеры, катера, ракетные установки, снаряжение... Жаль, что мы не задержались на острове, там есть памятник этим бунтарям. И музей. Не всегда этнийцы пренебрегали историей.

Кстати, традиции всеобщей военной подготовки возникли именно там и тогда. Похожие традиции есть у клана Джела, у всех остальных их нет, но быть новосицилийским пентюхом, в общем, нигде не принято. А в тяжелом положении двадцать лет назад мы оказались потому, что лет сорок назад эти традиции начали забываться. Учимся на собственном горьком опыте? Не самое разумное решение.