Новгородец-2 - Георгий Георгиевич Смородинский

— Ты, надеюсь, помнишь, о чем мы говорили с Мстиславом? — идущая рядом жрица окинула взглядом окрестности, затем посмотрела на меня и вопросительно приподняла бровь.

— Ты о том, что эти парни не должны повернуть в Новгород? — я вдохнул сухой прохладный воздух Межмирья и скосил взгляд на спутницу. — Только с чего бы им возвращаться назад? Отец же отправил их в помощь своему брату в Псков?

— Эти воины из Новгородского городского полка, — хмуро пояснила мне Велеслава. — Князь Юрий отправил их после решения вече. К Пскову они пошли до того, как князь Ярослав проиграл битву и закрылся в Изборске. Сейчас обстоятельства изменились, и их командир — Волот — вправе вернуться за дальнейшими указаниями. Вот только совершенно не факт, что вече снова решит кого-то отправить. У Новгорода войны с латинянами пока еще нет, и некоторые купцы будут оттягивать ее столько, сколько это возможно. — Волхва снова посмотрела на меня. — Ты же говорил, что хорошо разбираешься в наших реалиях?

Ну да… Грёбаная средневековая демократия! В Новгороде и Пскове, как и на Земле, вечевая система правления. Князей в эти города приглашают на княжение, ну и изгоняют, когда тот нарушает ряд — договор, который с ним заключают. Чтобы правитель особо не хулиганил, городской полк в таких городах всегда больше дружины. Распоряжаться им и пешим городским ополчением князь может только после решения вече. Ну или в критических ситуациях, обговоренных в ряде княжения.

— Разбираюсь, да… — я вздохнул. — Когда городом управляет голос толпы[1], добра ждать не приходится.

— Зря ты так, — жрица отвела взгляд. — Голосом свободных людей говорят боги.

— Конечно, — я усмехнулся. — В Новгороде же есть церковь Терны? Что будет, когда у новой веры появится много последователей? Какие они решения примут? Или ты забыла, что произошло в Пскове?

— Давай поговорим об этом потом? — жрица нахмурилась. — Сейчас совсем не до этого.

— Хорошо, — я кивнул. — Но тогда объясни: что у нас в планах? Ведь вряд ли двух сотен бойцов хватит для того, чтобы отбить Псков.

— Нет, не хватит, — Велеслава покачала головой. — Но как только мы их освободим, в Новгород отправится гонец, и через пять дней в Солец прибудет князь Юрий с дружиной. Не знаю, скольких он с собой приведет, но, думаю, еще две сотни как минимум. Ну и в осажденном Изборске не меньше трех сотен воинов.

— Отлично, — я поправил ножны и скосил взгляд на спутницу. — А почему я узнаю это только сейчас?

— А что бы от этого изменилось? — жрица удивленно вскинула брови. — Ты, может быть, забыл, что рассказал тебе домовой?

— Что за сборищем кто-то следит?

— Именно, — Велеслава кивнула и обвела взглядом окрестности. — Здесь же нас вряд ли кто-то подслушает. Незачем врагам знать то, что задумал наш князь.

Местность, по которой мы шли, напоминала серую тундру. Коричневый мох покрывал сухую песчаную почву и небольшие холмы неровными пятнами. В некоторых местах сквозь него пробивались кустики белесой, безжизненной с виду растительности и чахлые деревца с искривленными корявыми ветками. Тут и там из земли торчали скальные обломки самых разных размеров и форм. Иногда на пути попадались здоровенные гладкие камни с выбитыми на них округлыми символами, чем-то похожими на буквы греческого алфавита.

Небо над головой серое, без солнца, без туч, без движения. Теней нет, воздух неподвижный, но дышится на удивление легко. Над землей, насколько хватает глаз, висит невесомая дымка. Мох под ногами пружинит, и из-за этого кажется, что мы идем по грязному облаку.

Уже часов пять как идем… Прогулка слегка затянулась.

Броню колдуна я надел на себя без проблем. Весила она чуть больше оставленной кольчуги и немного позвякивала при ходьбе, но это совсем не мешало. Один из фиксирующих ремней на доспехе был надорван, и его придется сменить вместе с пряжкой. Сейчас этим заниматься некому, поэтому хожу пока так.

Кошель я тоже забрал. На его месте оставил свой, который мне выдали в Сольце бонусом за седло. По итогу этого обмена мы стали богаче примерно на полторы гривны серебра и небольшую золотую печатку. Трофейный кошелек, по словам Велеславы, тоже стоил немало, но после обретения меча меня все эти богатства волновали в последнюю очередь.

Пока занимался обменом, рассказал спутницам о том, что происходило со мной в видении. Подробно описал то странное помещение, иконы и тётку, с которой мы так мило там пообщались. Под конец рассказа жрица потребовала еще раз показать ей мой меч. Я вытащил его из ножен и слегка подвис, увидев на клинке небольшую ветвистую молнию.

Тонкие сине-черные прожилки расходились от гарды вдоль лезвия, похожие на древесные корни. На ощупь — обычный металл, но при наклоне на узоре появлялось слабое красно-фиолетовое свечение. По цвету того разряда, который прилетел в клинок из окна. Не знаю, что оно означает, но наверняка это какое-то усиление. Не просто же так мой меч перерубил оружие колдуна?

Закончив с обменом, я достал из сумки ветку черной ольхи, и та указала нам нужное направление. Зайдя в стену тумана, которая окружала площадку, мы прошли в ней пару минут, и в какой-то момент нас перекинуло на вторую ступень Межмирья.

Ни я, ни Велеслава при этом ничего не почувствовали. Туман просто развеялся, мост с рекой пропали, и мы оказались в этой вот тундре. Странное на самом деле место. За все время пути мы не увидели тут ничего интересного. Только холмы, камни, скалы и этот грёбаный мох.

Чтобы хоть чем-то себя занять, я рассказал спутницам о Земле. В подробности не вдавался, научные достижения не описывал — сказал только главное. Там, откуда я пришёл, татаро-монгольское нашествие уже состоялось. Степняки сожгли города и убили десятки тысяч славян. Боги привели меня сюда, чтобы этого не случилось и здесь.

Нет, что-то рассказать все же пришлось. Зима с Велеславой забросали меня вопросами, на которые я старался отвечать так, чтобы не вдаваться в дополнительные пояснения.

Сложнее всего было рассказывать о мироустройстве — о том, что на Земле одна только Явь, а боги и магия есть только в книгах и фильмах. Придумывать и изворачиваться я не стал и просто рассказал все как есть, чем вызвал очередную кучу вопросов. Отвечал бы на них до сих пор, но пять минут назад Зима сказала, что мы приближаемся к цели, и Велеслава