Идущий тропой мёртвых 9 - Зигмунд Крафт

Интерлюдия

Итаелонар плёлся в конце отряда, озадаченно смотря на спину принца. Адмир сорвал какой-то цветок и медленно рвал его на части, кидая на землю. Казалось, его совершенно ничего не интересует, будто он на лёгкой прогулке, а не в жёлтом патруле.

Два дня назад защитники ощутили нечто странное в лесу, но ничего конкретного сказать не могли. Но так принято, что проверяли всё, каким бы глупым заявление не казалось. В конце концов, они на Жутких Болотах! Здесь могло произойти абсолютно что угодно, даже провал в Мир Мёртвых. Возможно, мужчины ощутили фон только зарождающегося разрыва миров. Как знал Итаелонар, здесь такие случаи не редкость. Если эльф обладал магическим зрением, либо предпараджей, то увидеть прокол не проблема. Ведь далеко не всегда возникала визуальная иллюзия. Но если часто сталкиваться с подобным, то можно развить чутьё.

И всё же Адмир хитрец, столько времени водить Итаелонара за нос никому не удавалось. Только тот раздобыл разрешение на службу и вступил в обязанности защитника, как принц сбежал в столицу. Итаелонар последовал за ним, но за почти месяц так и не смог выловить Адмира. Никто не знал, где он, да в чужой стране у аранца были связаны руки.

Кое как удалось добыть информацию о том, что Адмир использовал портал в Эйтель к своему прадеду, где будет находиться до самой свадьбы. Но и на официальных торжествах так же не удалось пересечься с ним и попытаться наладить контакт. Возможно, дело в сотнях гостей, а может принц намеренно избегал его. Как и сейчас, делал вид, что не видит и не слышит Итаелонара, будто парень вообще не существует, бесплотный дух.

Но то представление, что устроили альверцы на свадьбе Кальвера, сложно было пропустить. Итаелонар уже успел понять, какое влияние амротский принц оказывал на окружающих, но данное событие показало, что всё куда глубже. Сам брат короля Альвера кланялся юнцу с почтением, не стесняясь сотен любопытных глаз, что говорило о многом. А потом ещё и загадочная аудиенция, с которой снежноволосые ушли в крайне приподнятом настроении. Что там происходило — оставалось только гадать. И вот как проводить оценку в таких условиях? Что ему писать в отчётах, если принц отказывается идти на контакт? И что вообще предпринимать в ситуации, когда давно отлаженные и показавшие эффективность методы на принце совершенно не работали?

Возможно, Итаелонар давно бы уже плюнул на всё это и уехал. Он узнал более, чем достаточно для оценки. Если Адмир и представлял угрозу народу Арана, то избрал для реализации своих «коварных» планов слишком уж витиеватый путь. Пользы он приносил более чем достаточно, с избытком, вряд ли это делалось для отвода глаз. Личный интерес также ощущался, Адмир был слишком искренен, иногда до жути, приступая к уничтожению демонов. Также сочетал в себе проявление огромной любви к магическим зверям вместе с беспринципностью по их уничтожению. Эльфийские жизни для него всегда стояли на первом месте. Как показывал опыт Итаелонара, даже при самой продуманной игре всегда оставалась лазейка, стоило лишь копнуть или надавить. Но Адмир Даэрин был слишком идеальным в своей искренности, его слова и действия никогда не противоречили друг другу, он всегда был невероятно последователен.

— Мы заблудились, — наконец-то признал очевидное Ангзар Сэйлиатрис, вырывая Итаелонара из его раздумий.

Защитники всегда до последнего пытались решить проблему своими силами прежде, чем просить Адмира. Крайне редко, лишь в крайних случаях он проявлял инициативу, когда всё шло совсем плохо. Причём часто эльфы даже не успевали ничего понять, тот всегда работал на опережение.

А всё потому, что Даэрин был излишне независим. Он крайне плохо работал в команде, словно не умел доверять никому, кроме своего ближнего круга. Но их почему-то никогда не ставили с ним в группу. Точнее, с того момента, как к ним навязался проверяющий из столицы в виде Итаелонара.

Конечно, парню было неуютно от такого негативного внимания к своей персоне, но работа есть работа. Да и он сам не мог до конца определиться в своём отношении к этому амротцу королевских кровей, слишком уж противоречивой личностью тот был. Горделив, независим и чудовищно силён при обманчивой внешности домашнего мальчика.

Вот и сейчас взрослые мужчины выжидающе смотрели на Адмира, который делал вид, будто не замечает ничего.

— Адмир, ты поможешь нам?

— Да, конечно, — парень наконец откинул в сторону несчастные остатки лесного цветка и уверенным шагом куда-то пошёл. Как обычно, даже не удосужившись что-то объяснить.

Низкорослый, женственный, он вёл за собой мужчин как мать-утка. От такой аллегории Итаелонар усмехнулся. Даже он переставал бояться этого жуткого места, если рядом был Адмир. Вокруг принца существовала аура уверенности, уже неоднократно подкреплённая делом. Все в Элраднатисе знали, что если случилось нечто из ряда вон выходящее, то первым позовут именно этого парня.

— И куда мы идём? Может, расскажешь? — Ангзар решил прояснить ситуацию. То, что Адмир вряд ли вообще собирается это делать, было очевидно всем. — Это прокол?

— Да, вроде того, — принц пожал плечами.

Он говорил спокойно и непринуждённо, не оборачиваясь, но достаточно громко, чтобы слышали все. Болота всегда были тихим местом, особенно зачарованные области, с которыми было не всё в порядке. Но вёл себя принц раздражающе расслабленно.

— Истончение уже закрылось само, оно было мимолётным, — продолжал он своим нежным, приятным тембром, будто сказку рассказывал на ночь. — Но этого оказалось достаточно, чтобы группа демонов проникла сюда и изменила среду под себя.

— И каков план действий? — Ангзар был терпелив и осторожен. Казалось, он готов к бою, который мог наступить в любую секунду.

— Уничтожить демонов, разве не очевидно? — усмехнулся Адмир, обернувшись. — Их морок тут же развеется, если не будет поддержки.

— И где демоны? — не выдержал один из мужчин.

— Скоро будут, не сомневайтесь, — очередная ухмылка от принца. — У вас будет шанс проявить себя.

Прошло несколько минут в тишине и ожидании, пока Адмир внезапно не остановился. Все тут же накрыли ладонями рукояти своих мечей. Принц какое-то время словно осматривал ничем не примечательный лес, если не считать тишину и туман, который то словно пропадал, то становился гуще.

— Четырнадцать, — сказал он и протянул руку вперёд.

Воздух вокруг начал странно вибрировать, а