Проклятье Мидаса 2 - Михаил Француз
И да — я этот комплекс знал. И не только его. В прошлом, которого в этом мире не было, я очень плотно занимался боевыми искусствами. И не только Китайскими… Просто, раньше, как-то старался здесь их не светить. Избегать всего боевого, практикуя только оздоровительную, развивающую и общеукрепляющую их часть.
Теперь же… мне уже было плевать — меня уже приговорили к ликвидации. Странностью больше, странностью меньше — не имеет большого значения. Да и боевые свои возможности я уже раскрыл — глупо продолжать их теперь прятать и прикидываться валенком.
Долгое вступление. А теперь сама картинка:
Во дворе, полном ухоженных экзотических и не очень растений, среди ярких цветов и разлапистых листьев, на утоптанной круглой песчаной площадке, я, в чистых белых свободных одеждах, с замотанной бинтами так, что свободны оставались только полоска с глазами, ноздри и рот, головой, с перемотанными, как у мумии руками, медленно и «одухотворённо» двигаюсь в таинственных «китайских» движениях.
Ко всему этому ещё и музыкальное сопровождение прилагалась: а как же? Есть у меня склонность к театральщине и пафосу — я с этим даже спорить не буду. Так что, на телефоне, через блютуз-колонку, был запущен плейлист с соответствующей визуальному ряду подборкой «медитативной» музыки…
Почему, в белых одеждах? А, почему нет? Разве я не могу себе этого позволить? Хотя, дело, конечно, не в этом. Просто, в этой частной клинике форма для пациентов такая.
Да — клиника. Очень дорогая, частная, закрытая, с высочайшей из возможных степенью анонимности и охраны личных данных клиентов.
Клиника, контакты которой мне скинула Хван Юнсо. Да — я в неё обратился.
Серьёзно! Никогда, за все свои жизни, я даже не думал, что, когда-нибудь, добровольно лягу под нож пластического хирурга… ан, лёг. Видимо, невозможно родиться, отучиться, вырасти в Южной Корее, стране победившего Лукизма, и не пропитаться её духом. В стране, с самой развитой и, что уж скромничать, самой передовой и технологичной индустрией красоты на планете…
Да и… я ж не менять своё лицо, не переделывать его лёг, а только над рассечениями поработать чуть более качественно, чем до этого сделал обычный, хоть и хороший хирург, который специализируется, всё-таки, больше на спасении жизни, чем на визуале… Сссахар! Да чего я оправдываюсь⁈ И перед кем? Мне дали номер хорошего специалиста, который мог помочь мне с ликвидацией последствий моей глупости и беспечности, я этой помощью воспользовался — всё! Ни к чему тут оправдания. Точка.
А то, что проблема заключалась в красоте, о которой «настоящий мужчина», по идее, в принципе думать не должен, не то что беспокоиться… так, всё! Закрыли тему!
Но, конечно, обслуживание здесь на высоте. Эта клиника стоит своих денег, тех, которые я ей заплатил за приём, за операцию и за реабилитацию-наблюдение в восстановительный период. Раньше, мне и нескольких лет моей зарплаты бы даже на первый из этих трёх пунктов не хватило. А теперь… я в серьёз раздумываю над тем, чтобы купить это заведение полностью. Или, хотя бы частично. В конце концов, у меня ж теперь целое двадцатидевятиэтажное здание в собственности имеется. Так, неужели же в нём не отыщется кусочек подходящей свободной площади под открытие филиала этой, или какой-то другой, сравнимой по классу и уровню, клиники? И им хорошо: новое представительство, новые клиенты, реклама и дополнительный доход. И мне хорошо: квалифицированный медицинский персонал со всем оборудованием и операционной всегда под боком, всегда под рукой, и обслуживание меня, как владельца или арендодателя — в приоритете. То есть, без очереди.
А то, что медицинская помощь мне может внезапно и очень срочно понадобиться, я уже успел убедиться на собственном не самом приятном опыте. И, пока я думаю, помощник Юн уже наводит мосты и ведёт предварительные переговоры.
Да — Юн Джевон по итогам «банковского дела», получил место моего личного помощника, на тех самых условиях и с той зарплатой, о которой мы с адвокатом Чоном тогда разговаривали. И теперь, по всем вопросам и «гениальным» идеям, генерирующимся в моей руководящей голове, суетится он, а не я сам. Матерею, блин…
Между прочим, я теперь, даже телефон свой сам не ношу — для этого, за мной отдельный нанятый человек ходит — секретарь.
Честно говоря, я б о таком бы сам, никогда даже и не подумал. Мне б такое в голову не пришло… Оказалось — это требование личной безопасности: охраняемое тело не должно носить на себе никакой электроники, на которую можно было бы навести дрон или ракету. Да-да: именно так всё серьёзно! И, получается, механические часы на руке у богача — это не дурацкие понты, не атавизм прошлого, а то же самое требование безопасности. И серьёзные фирмы-производители дорогих механических часов, в первую очередь, своей репутацией отвечают за то, что в них не установлено никакого жучка или маячка. И именно это — основная часть той невероятной и непонятной для обычного, простого, никому не интересного человека, их цены — гарантия производителя.
То же самое касается и деловой одежды. И мебели. И украшений. И автомобилей. И всего, с чем серьёзный крупный бизнесмен контактирует. Вообще всего!
Охренеть просто…
Это меня нанятые телохранители просветили, когда производили первичный инструктаж по правилам нашего с ними взаимодействия. У меня волосы на всём теле шевелиться начали в то время, когда они спокойно и обстоятельно перечисляли примеры из своей и общей по индустрии практики: кого и как из их клиентов сумели достать, используя самые безобидные на первый взгляд вещи, предметы окружающей обстановки, ситуации и людей.
Я тогда стресс испытал покруче даже, чем ночью, когда с похитителями дрался. Там-то всё просто, примитивно и понятно было: тут ты, там — они, ты бьёшь их, они бьют тебя… а здесь: щёлкнув кнопкой простой шариковой ручки умереть можно — в этой кнопке отравленная игла может оказаться, или, нажав на ручку слива унитаза, предварительно не проверенного охраной, можешь на воздух взлететь сотней маленьких отдельных