Попаданец на максималках 2 - Тампио
Как и следовало ожидать, на этом заседании Малого Совета больше всего говорила Елена Седьмая. Суть её речей заключалось в следующем: всем надо засучить рукава и показать, что замена министров не ослабит государство. Новичкам напоминалось о необходимости как можно скорее вникнуть в главные проблемы своих ведомств. Императрица настойчиво советовала не менять сложившуюся цепочку подчинённых чиновников, дабы не создать ненужную неразбериху и панику.
Намёк был понятен, — вы сейчас на испытательных сроках и ещё не доказали, что достойны таких должностей. С этим я полностью согласен, а то если первым делом начнут своих родственников на должности пропихивать, так работа министерств вообще встанет. То, что коррупция будет, к бабке не ходи, но хотя бы не в самом начале и не за счёт тех, кто действительно работает. А если это произойдёт, я узнаю, пусть даже не сомневаются.
Каких-то два часа и Малый Совет закончился. Я, излучая благодушие, вернулся и обнаружил Ханну и Нику в окружении фрейлин. Хорошо, что последних пока ещё мало, а то бы гомон стоял такой, что даже на лестнице услышали все. Нет, буду этому сопротивляться, насколько смогу.
— Ваше Величество! — фрейлины увидели меня и поднялись со своих мест. Ника тоже встала.
— Добрый день, барышни! — вошёл и ответно поздоровался. — Чем занимаетесь?
— Костюм Теодориха обсуждаем, — за всех ответила супруга. — Мои фрейлины случайно увидели его за примеркой.
— Ну-ну… — ответил я, не желая узнавать подробности. — Как Олимпиада себя чувствует, — дал понять Ханне, что есть дела и поважнее.
— Липа спит. Погуляла, поела и спит.
— Ладно, не буду отвлекать, — повернулся и направился было к не затворённой двери.
— Ваше Величество! Ваше Величество! — защебетали фрейлины. — Не соизволите ли Ея Величеству и нам историю какую рассказать интересную?
Я поднял глаза к потолку. Ну, кто меня дёрнул «Алые паруса» и египетскую сказку в уши вливать? И как теперь отказаться? Вон Ханна сидит и ждёт ответа. И ответа положительного.
— Барышни, я устал… Вот пообедаю…
Никогда ещё слуги так быстро не сервировали стол. Вот, что любовь к литературе делает! Надо будет взять на заметку.
Пообедали все вместе. Лакеи унесли посуду, и все девушки снова воззрели на меня, как бы говоря: «Мы тебя накормили, а теперь отрабатывай!»
И что же им рассказать? Второй раз фокус с неполной сказкой уже не прокатит. Да и такое хулиганство фрейлины просто не поймут. Ага, придумал! Расскажу им «Золушку», вот только имеется одна загвоздка, — в самой известной версии, той, что изложил Шарль Перро, девушке помогает крёстная, она же фея. Никто здесь не поймёт, о ком идёт речь. И как быть? Хм… Может, лучше пересказать версию братьев Гримм, придав ему местный колорит, в котором дриады и говорящие птицы не вызовут удивления?
Я кивнул и, негромко попищав от предвкушения, все быстро расселись по местам.
— В некоем богатом доме, где обитала знатная семья, случилась беда: заболела жена хозяина. Почувствовав приближение смерти, она подозвала к своему смертному одру свою единственную дочь и произнесла: «Дитя моё, будь скромна и ласкова, и тогда боги и нимфы всегда будут тебе помогать». После этих слов она закрыла глаза и испустила дух. Девочка, оставшись одна, каждый день приходила на могилу матери и горько плакала, не забывая её наставлений. Наступила зима, и могила покрылась белым саваном снега. А когда пришла весна, и солнце вновь засияло, богач женился на другой женщине, которая привела в дом своих дочерей. Те были красивы и белы лицом, но сердца их злы и жестоки. Наступили тяжёлые времена для падчерицы. «Что же это, — сказала мачеха, — бездельница будет есть наш хлеб? Тот, кто хочет есть, должен его заработать. А ну-ка, ступай на кухню и готовь нам отныне еду».
— Это очень жестоко! Это несправедливо! — возмутилась Ника.
Я не стал спорить и продолжил:
— У девушки отобрали красивые наряды, а взамен выдали старую одежду и деревянные башмаки. «Посмотри-ка! Она нарядилась как принцесса!» — засмеялись злые сёстры и отвели несчастную на кухню. Там ей предстояло выполнять тяжёлую работу с утра до позднего вечера: встав спозаранку, носить воду, топить печь, готовить и стирать. А ещё сводные сёстры всячески старались её огорчить: насмехались, высыпали горох и чечевицу в золу, дабы приходилось выбирать их оттуда. Вечером, когда девушка уставала от работы, ей приходилось ложиться спать не в свою прежнюю кровать, а на пол рядом с печкой, чуть ли не в золу. Из-за того, что она всегда была в золе, пыли и грязи, сёстры прозвали её Замарашкой …
Мне не пришлось долго думать над именем героини. Называть её Золушкой не хотелось, поскольку многие в моём мире даже не помнят, что это имя образовано от слова зола, а не золото. Так что Замарашка будет правильным выбором.
— … Явился принц к отцу Замарашки и молвил: «Женой моей будет та, на чью ногу налезет сия хрустальная туфелька». Обе сестры, старшая и младшая, обрадовались, ибо ноги их были весьма изящны. Старшая поспешила в комнату, чтобы примерить башмачок, но не смогла натянуть его на ногу: мешал большой палец, ибо туфелька оказалась мала. Тогда мать подала дочери нож и молвила: «А ты отруби большой палец! Когда станешь королевой, всё равно ходить тебе не придётся». И отрубила девушка палец, натянула с трудом башмачок, закусила губы от боли и вышла к ожидавшим …
— На что только не пойдут некоторые, лишь бы оказаться в постели принца, — неожиданно произнесла Наталья Каменская. Остальные фрейлины стали ей поддакивать, а Ника отвернулась, дабы скрыть краску на лице.
— … Когда настало время свадебного торжества, явились и коварные сёстры, стремясь снискать расположение Замарашки и разделить с ней её радость. И когда свадебный кортеж направился к храму, старшая сестра заняла место по правую руку, а младшая — по левую. Внезапно налетели голуби и выклевали каждой из них по глазу. А когда они возвращались домой, старшая сестра оказалась по левую руку, а младшая — по правую. И вновь голуби выклевали каждой из них