Лиззи: укротительница симулянтов и Германа Великолепного - Ольга Придакова
Ещё немного постояв у окна и дождавшись, когда внизу хлопнула дверь и быстрые мужские шаги устремились вверх по лестнице, она вздохнула, закрыла створку и направилась к себе. Женское сердце рассудило, что сейчас не лучший момент для встречи с супругом.
Да и неожиданное открытие новых способностей не давало покоя. Она может по желанию зрительно приближать предметы и увеличивать слышимость? Обалдеть! Вот это бонус! Да если бы у старшей медсестры был такой талант… Лиза рассмеялась. Раскинув руки, она упала спиной на широкую кровать, чувствуя, как уставшие мышцы с благодарностью откликаются на мягкость матраса.
— Так, — прошептала она в тишину комнаты. — Надо проверить, в самом деле это подарок от мироздания, или глюки перевозбужденной нервной системы на фоне стресса.
Закрыв глаза и отбросив лишние мысли, Лиза сосредоточилась исключительно на слухе. Стук собственного сердца и громкое дыхание немного отвлекали, но она не сдавалась. Вспомнила свое состояние: жгучее желание узнать — и, опа! Привычные звуки отошли на второй план. Стал слышен скрип половиц в конце крыла этажом ниже, за плинтусом отчаянно заскребли когти мыши, а из глубины замка, через несколько толстых стен и перекрытий, отчетливо, словно шепотом возле самого уха, донеслось чужое ворчание: —...а эта ведьма Марта только и умеет, что языком чесать, а не счета подбивать...
Лиза вздрогнула от неожиданности, и звуковой поток тут же схлынул, оставляя её в привычной тишине спальни. — Ну ничего себе... — выдохнула она, открывая глаза и чувствуя, как к горлу подкатывает азарт. — Вот это радар!
Она улыбнулась. Кажется, теперь у неё появился идеальный инструмент, чтобы узнать все тайны этого «гостеприимного» дома, не вставая с кровати.
Немного привыкнув к звуковому фону, Лиза решила проверить и вторую странность. Ту самую, когда мир вдруг резко приблизился, выхватив издали оранжевый глаз разъяренного Германа.
Она приоткрыла глаза, зафиксировав взгляд на тяжёлом кованом подсвечнике, стоявшем на комоде в противоположном конце комнаты. Мягко, почти наощупь, мысленно потянулась за тем же желанием узнать, рассмотреть, понять — и воздух в комнате словно поплыл, а взгляд мгновенно преодолел расстояние, упершись в подсвечник так близко, что Лиза различила каждую крошечную трещинку в металле, застывшие наплывы воска и пылинку на самой вершине. От резкого скачка в глазах слегка защипало, и в голове запульсировала лёгкая тупая боль.
— Ох ты ж… — зажмурившись, она потёрла переносицу.
Зрение работало точь-в-точь как мощный объектив с ручной наводкой на резкость. Только вот «фокус» требовал сил — перенапряжение давало о себе знать неприятным гулким звоном в затылке.
— Ладно, — пробормотала она, поворачиваясь на бок и утыкаясь носом в подушку. — На сегодня экспериментов достаточно. Полноценный комплекс спецназа на дому у нас в кармане. С таким арсеналом любого симулянта можно вывести на чистую воду. А сейчас — отдых. Спать! И пусть хоть крыша рухнет, с кровати не поднимусь!
Глава 12
Профессиональная привычка старшей медсестры вставать ни свет ни заря въелась под кожу намертво — внутренний будильник и в новом мире сработал безотказно: рассвет только-только начинал серебрить верхушки деревьев в саду, а Лиза уже стояла посреди спальни, безуспешно пытаясь совладать с собственным нарядом. Платье подчиняться отказывалось, и новоиспеченная графиня не раз упомянула вполголоса «такую-то мать», которая придумала мелкие противные застежки, упорно сопротивляющиеся её пальцам.
Извернувшись в немыслимом зигзаге, она кое-как зацепила верхний крючок, но промазала мимо петельки и вновь зашипела: ткань перекосило, застёжки встали сикось-накось, и, разозлившись, Лиза плюнула: возиться дальше не было ни желания, ни времени. Организм настойчиво требовал избавиться от излишков жидкости, чтобы практически сразу влить в него другую порцию воды в виде главного утреннего лекарства — чашки горячего кофе или хотя бы крепкого чая.
Сделав зарубку на памяти: перетрясти весь свой гардероб и отобрать нормальную одежду с крючками спереди или на худой конец сбоку, она направилась на кухню.
Появление графини в такую рань для челяди было сродни явлению Христа для адептов: главную “поварёшку” вновь заставило замереть около плиты в позе суриката, а её помощников — пригнуть головы и слиться с утварью.
Но Лиза сейчас не была настроена портить себе настроение реакцией слуг. Она хотела чаю. Желательно с чем-нибудь вкусным и сладким.
Поведя носом и принюхавшись, она миролюбиво улыбнулась: — М-м-м, как замечательно пахнет! Что готовим? Яблочный штрудель?
— Да, ваша Светлость, — отмерла кухарка. — Вот, немного поскребли по сусекам: муки́ белой горсточку нашли, и яблоки зимние из погреба подняли, последние, спасшиеся от гнили.
Женщина, словно извиняясь, опустила голову и начала тщательно тереть руки о подол передника.
— Ещё корицы немного удалось сберечь. Совсем малость осталось с прошлого года — прямо на донышке горшка. Хватило лишь на небольшой пирог, чтобы Его графскую светлость порадовать.
«По коробу поскреби, по сусеку помети; авось муки и наберется… Что-то это мне напоминает, — мысленно хмыкнула Лиза. — Значит, для Его Светлости Симулянта сладкий пирожок на завтрак готовят, а графине, в поте лица вкалывающей, — шиш на постном масле?» Да тут попахивает дискриминацией по половому признаку!
Она чуть прищурилась, внимательнее приглядываясь к женщине. Хитра лиса! Вон как зыркает исподлобья. Проверяет: съела графиня дезинформацию или добавить еще жалобности? Но говорить кухарке, что её враньё раскусили Лиза не стала. Вместо этого вслух произнесла совсем другое:
— Отлично! Вели подать в столовую кусок пирога и чай со сливками. А Его Светлость на диете. Ушицу ему сварите. Рыба-то есть, надеюсь?
— Да как не быть, матушка! Есть, конечно. Сорога да окунь. Только вот со сливками беда. Откуда ж сливкам-то взяться? Молока едва хватает, чтобы слегка забелить кашу. И то по воскресеньям, — женщина всплеснула руками, явно обидевшись, что графиня собралась оттяпать половину графского завтрака.
Лиза нахмурилась. Как ни старалась не раздражаться, но наглость проворовавшейся прислуги в новом доме выводила её из себя. Коровы в хозяйстве вроде имелись. Аромат их жизнедеятельности доносился до её нюха, когда она вчера обходила свои владения. И травы кругом валом. Насколько она помнила земную школьную программу: парнокопытные животные жвачные, значит едят сено, которое должны были уже заготовить. А на кухне «молока едва хватает»? И рыба самая бросовая?
— Коровы в хозяйстве есть? —