(не) злая мачеха. Сиротки для попаданки - Елена Белильщикова
— Валери! Об этом я и говорил! — громыхнул Джастин. — Чтобы ты не смела сбегать от меня! И вести какие-то игры за моей спиной!
Он завернул за угол, за которым скрылась Валери, догоняя ее. Ведь, несмотря на все испытания, выпавшие на его долю, Джастин оставался крепким и сильным, выносливым мужчиной.
Валери не закрыла дверь в кладовку. Не подумала об этом. Лишь присела на мешок, обхватила себя руками за плечи, пытаясь сдержать невольную дрожь. И мысленно позвала птицу. Она просила забрать ее отсюда. Мысленно шептала, что не справится. Уже не справляется. Джастин запугал ее до полусмерти. Еще и этот груз ответственности за мальчика… Валери не хотела загубить его чистую душу. Она боялась за этот мир в случае провала. А не за себя.
В этой мысленной мольбе Валери не заметила, как на пороге кладовки возник Джастин. И вид его был… очень угрожающим. Он заглянул в кладовку. Из коридора бил свет, а из-за мешка выглядывал краешек зеленого платья.
— Валери, — произнес Джастин холодно и жестко. — Мне кажется, мы не договорили с тобой.
Он уперся ладонями в оба дверных косяка, чтобы не пропустить Валери, если она решит дать деру по примеру Адриана. Но в этот момент послышался тихий всхлип.
— Я же сказал, — устало и глухо сказал Джастин, — что не собираюсь отдавать тебя под стражу. Даже если ты этого заслуживаешь. Я не могу понять, что у тебя в голове. Я не могу понять, что происходило здесь и происходит до сих пор. Ты не то превосходная актриса, не то сумасшедшая, не то я совсем ничего не понимаю! Но ты до сих пор не в темнице. Если ты не заметила.
Валери нервно облизала пересохшие от страха губы. Как объяснить Джастину, что нынешняя хозяйка тела — попаданка? А не Валери. Еще и предсказание птицы… о том, что его сын будет обладать магией смерти. И возможно, разрушит этот мир?
— Я боюсь, что ты обманываешь меня, — проговорила Валери негромко. — Ты сам знаешь, тебе есть, за что меня ненавидеть. А я… если честно, не думала прежде, что мне грозит. Сейчас же казнь на площади, описанная тобой, кажется мне ужасной.
Валери прерывисто вздохнула. Ей было стыдно так открыто говорить о своих страхах.
— И в чем же мой обман?
— Ну… Поэтому я испугалась, что ты обманываешь меня. И что все-таки сдашь меня страже. А эти несколько часов или дней… это просто небольшая передышка для меня. И ты играешь со мной, как кошка с мышкой.
— Я не обманываю, — серьезно произнес Джастин и взял мягко Валери за плечи, чтобы поднять на ноги. — Хотя не знаю, не обманываешь ли ты. Я будто знаю двух разных Валери. Одна из них давала мне клятву быть со мной в горе и в радости и сейчас стоит передо мной. А вторая — жестоко обходилась с моим отцом и детьми. Но я знаю, что у тебя нет сестер, тем более близнецов. Расскажи мне все… Я хочу тебе поверить. Снова увидеть в тебе не чудовище, а ту девушку, которую позвал замуж. Скажи мне, объясни, хоть как угодно объясни, что могло заставить тебя так поступать?
Джастин не отпустил ее. Даже сильнее сжал пальцы. Это выглядело отчаянно. Он подался вперед, прикрыл глаза, его губы слегка разомкнулись. Дыхание было сбитым. Его тянуло к Валери, как магнитом. Безумно хотелось поцеловать ее, вот такую, нежную, трогательную, светлую… Но он же помнил, что сказала ему сестра и что он сам прочел в глазах детей и отца.
На глазах Валери заблестели слезы. Как она могла сказать Джастину правду? Как могла признаться в попаданчестве, если он не поверит?
— Я изменилась, — охрипшим голосом проговорила Валери очередное вранье. — Такое бывает. Я… не знаю, как объяснить. Но ты можешь не волноваться насчет детей и Адриана. Я не подведу тебя.
В ее глазах по-прежнему светился страх. Валери не доверяла Джастину и боялась. Какой-то частью души… ей было даже жаль его. Он вернулся к запуганным детям. И к не менее запуганной теперь жене. Что за радость ему будет вставать по утрам и идти на завтрак, если его будет встречать такой вот затравленный взгляд от собственной супруги? Но она недолго предавалась философским мыслям. Когда Джастин потянулся к ней, Валери неосознанным движением подалась навстречу к нему и закрыла глаза. Но поцелуя не последовало. Джастин задумчиво провел кончиками пальцев по ее щеке.
— Ты узнала, каково это. Оказаться мышью в мышеловке. В безысходности. В чужой власти. Беспомощной и без надежды на милосердие. Что ж, наверно, ты не безнадежна, Валери, раз ты изменилась так быстро от этого прозрения.
Он не знал, верить ли в такие быстрые перемены, но верить хотел. Иначе лучше бы для него было и правда отдать Валери во власть правосудия! Джастин провел кончиком пальца по ее высокой скуле, стирая одинокую слезинку. Валери и правда выглядела перепуганной до полусмерти загнанной зверушкой.
— Иди к Стелле. Она тянется к тебе. Несмотря ни на что.
Джастин склонил к себе голову Валери, целуя ее в волосы, будто давая свое благословение хозяина дома на то, чтобы она оставалась здесь, в семье. Пока он не знал, что думать, что делать и сможет ли дать второй шанс такому человеку, но принимать поспешных решений не хотел.
Валери отвела взгляд и коротко кивнула. Доверия к Джастину по щелчку пальцев у нее, конечно, не возникло. Но не хотелось демонстрировать свою слабость наедине с ним. Валери твердо знала, что не останется в этом доме рядом с человеком, который ее пугает и, в свою очередь, не верит ей. У нее в голове уже зародились мысли о своем бизнесе. И отступать из-за каких-то там угроз Джастина она не собиралась. Ну и что, что он запретил побег? В его доме Валери еще в большей опасности рядом с ним. А дети… Она уже успела привязаться к ним и почувствовать ответственность за них. Но никто не мешает позже тайком найти с ними контакт. Когда встанет на ноги. Рассказать им правду о том, кто сейчас их мачеха. Не Валери, а попаданка. Попросить прощения за те ужасы, что совершила в отношении них настоящая хозяйка этого тела.
— Я пойду. А ты возвращайся к малышке.