Дверь в другой мир - Серебряный_Змей
Я посмотрел на огромное количество совершенно новых листовок.
Потом на заметно расстроенную девушку.
Улыбнулся.
— Садись.
— Что?
Я похлопал ладонью по соседнему стулу и достал из рюкзака несколько карандашей, ножницы и пачку чистой бумаги.
— Деньги уже потрачены. Осталось сделать так, чтобы следующую партию не пришлось выбрасывать.
Кагуя несколько секунд смотрела на меня, затем села рядом.
Она взяла самый яркий вариант.
— А этот почему не подходит?
— Потому что ты баллотируешься в президенты академии, а не продаёшь шоколадный батончик.
По выражению лица девушки понял, что объяснение не сработало.
— Здесь примерно та же проблема, что и в первом варианте, только наоборот. Слишком много всего одновременно. Глазу не за что зацепиться. Человек должен сначала увидеть самое важное, потом второе по значению и только после этого — детали.
Я почесал кончик носа.
— Так. Давай сначала вообще забудем про дизайн. Что конкретно ты собираешься изменить?
Вот здесь Кагуя меня удивила.
За одно утро она каким-то образом успела собрать довольно приличный список основных претензий учеников к администрации и студенческому совету. Несправедливое распределение бюджета между клубами. Постоянные проблемы с организацией школьного фестиваля, который в прошлом году вообще пришлось отменить. Жалобы на столовую, где даже за дополнительную плату выбор еды оставался весьма посредственным. Несколько спорных правил использования спортивных помещений. Проблемы с расписанием клубных аудиторий.
Причём девушка не просто собрала жалобы.
Она уже выяснила, какие из них президент студенческого совета действительно способен решить.
— Подожди. Президент влияет на столовую?
— Не напрямую. Студенческий совет согласовывает с администрацией предложения по дополнительному меню и собирает обращения учащихся. Последний состав совета практически этим не занимался.
— А-а. Тогда другое дело.
Мы начали выписывать основные темы, вычёркивая всё второстепенное.
Примерно через полчаса к нам присоединилась Чика. Она обнаружила нас в уголке общей зоны, окружённых обрезками бумаги, и моментально решила, что фигурное вырезание листовок без неё является личным оскорблением.
К моему удивлению, от Фудзивары действительно оказалось много пользы.
Она прочитала составленные нами тезисы, несколько секунд подумала и начала безжалостно их сокращать.
— Вот здесь слишком официально. Никто так не говорит. А вот это вообще непонятно.
Чика зачеркнула половину предложения.
— «Справедливый бюджет клубам».
Я посмотрел на неё.
— Хорошо.
— А здесь: «Вернём школьный фестиваль».
Кагуя нахмурилась.
— Формулировка создаёт впечатление, будто именно я лично могу гарантировать его проведение.
— Тогда «Фестиваль должен вернуться», — тут же предложила Чика. — А ниже маленькими буквами уже напишем, что ты будешь делать.
Я почувствовал к девушке внезапный прилив уважения.
— Фудзивара, а ты опаснее, чем выглядишь.
— Спасибо!
Кажется, она восприняла это исключительно как комплимент.
С оформлением Чика тоже активно помогала. Правда, первая её идея — сделать задним фоном сразу государственный флаг и символику семьи Синомия — вызвала у меня некоторые сомнения.
— Не получится немного... слишком?
— Зато сразу красиво!
Кагуя тоже задумалась.
— Символику семьи я использовать могу.
Я повернулся к ней.
— Правда?
— Мне разрешено использовать герб в личных и учебных материалах, если они не относятся к коммерческой деятельности и не создают впечатления официальной позиции дзайбацу.
— Даже не знал, что существуют отдельные правила на такой случай.
— Существуют.
— Конечно существуют. Глупый вопрос.
В итоге от японского флага мы отказались совсем, а герб Синомия решили оставить небольшим элементом, а не превращать всю листовку в демонстрацию семейного влияния.
Зато идея Чики поместить фотографию Кагуи оказалась действительно хорошей.
— Люди должны сразу понимать, за кого голосуют! — заявила Фудзивара.
— Поддерживаю.
Кагуя посмотрела на нас с лёгким подозрением.
Когда черновой макет был готов, мне поручили найти кого-нибудь из клуба фотографии.
Сам клуб оказался в небольшом помещении в другом крыле академии. Внутри находились всего три человека. Две девушки сидели возле окна и рассматривали разложенные на столе снимки, а в дальней части комнаты плотная штора отделяла небольшую фотолабораторию. За ней под красной лампой кто-то возился с ванночками для проявки.
Я вежливо поздоровался и спросил, кто может помочь сделать несколько фотографий для предвыборной листовки.
Одна из девушек тут же поднялась.
Она была невысокой, даже чуть ниже Кагуи, с каштановыми волосами и карими глазами. Немного полноватая, но ей это скорее шло. Девушка представилась Юми Ами и, выслушав просьбу, радостно хлопнула в ладоши.
— Синомия-сан? Конечно! С удовольствием!
Кажется, фотографа мы нашли.
Я подождал, пока она соберёт камеру и несколько объективов, после чего мы вернулись.
Фотосессия неожиданно затянулась.
Очень быстро Чика и Юми полностью забыли, зачем мы вообще пригласили фотографа.
— Кагуя, чуть поверни голову!
— Теперь руку сюда!
— Нет-нет, взгляд серьёзнее!
— А теперь будто ты только что придумала что-то очень умное!
Я сидел неподалёку и какое-то время наблюдал за происходящим.
Кагуя изображала строгость.
Потом задумчивость.
Потом уверенность.
Потом почему-то смотрела в окно с книгой в руках.
В какой-то момент окончательно стало понятно: этим двум просто нравится фотографировать Кагую.
А самой модели нравилось всё меньше.
С каждой новой фотографией выражение лица брюнетки становилось всё более обречённым.
Пришлось вмешаться.
— Так, дамы. Я понимаю, что получить в распоряжение такую шикарную модель, как Кагуя, — большая удача, но давайте всё-таки вспомним нашу задачу.
Обе резко повернулись ко мне.
Потом посмотрели на Кагую.
Та сидела за столом, всё ещё держа в руках какую-то книгу, и выглядела так, словно ещё немного — и избирательная программа пополнится пунктом о запрете фотографии на территории академии.
Чика и Юми синхронно смутились.
— Мы немного увлеклись, — признала Фудзивара.
— Немного? — тихо уточнила Кагуя.
После этого дело пошло значительно быстрее. Мы сделали несколько нормальных снимков Кагуи за столом: спокойный взгляд в камеру, лёгкая улыбка, руки на лежащих перед ней документах. Без странных поз и попыток превратить предвыборную фотографию в журнальную съёмку.
Юми записала электронную почту Кагуи, пообещала вечером обработать лучшие фотографии и прислать оригиналы.
На этом мы наконец закончили.
Я откинулся на спинку стула и посмотрел на царивший вокруг беспорядок: бумажные обрезки, исписанные листы, карандаши, три отвергнутых варианта листовок и уже почти готовый четвёртый.
А ведь всё началось с одной идиотской шутки.
День получился неожиданно суматошным, и сейчас мне особенно хотелось вернуться в Урус.
В том мире меня хотя бы могли попытаться сожрать.
Но зато там у меня было больше свободного времени.
*****
Шагнув за Дверь, я довольно улыбнулся и неторопливо направился в сторону кухни, рассчитывая наконец нормально поесть. Лия почти сразу скользнула через открытую дверь во двор. За день в академии фея умудрилась сильно устать.
Причём устала она в основном от безделья.
Кипучая энергия спрайта требовала постоянного движения. Сначала я списывал это на молодость, но постепенно начал подозревать, что дело не только в возрасте. Лия постоянно искала новые занятия, лезла куда-нибудь, изучала окружающее и вообще всеми силами пыталась получать новые впечатления. И чем больше я за ней наблюдал, тем сильнее казалось, что эмоции для неё были чем-то большим, чем просто приятным дополнением к жизни.
Возможно, они действительно являлись частью её