Князь Медведев. Тайна рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Бубен тут же мысленно пискнул:

«Э-э… Я вообще таких вещей не умею».

Я так же мысленно ответил:

«А они откуда об этом знают?»

Бубен в задумчивости затих. Премьер поднялся и быстро вышел.

Я обошёл стол и нажал примеченную ранее кнопку вызова секретаря. Тот мгновенно возник в дверях.

— Джо, дружище, — обратился я к нему. — Организуй перекус, и побольше.

— Прямо сюда? — Его лицо выражало культурный шок от услышанного. Глядя на это, даже Кукольники улыбнулись.

— Сюда, милейший, сюда, — я жестом отпустил секретаря выполнять мою просьбу.

Усевшись в кресло премьера, сконцентрировал взгляд на Кукольниках. У них даже симптомы аллергии уменьшились от проснувшейся надежды вылечиться.

— Ну, теперь решим вопрос с вами, — сказал я.

Бубен тут же мысленно зашептал:

«Можно… можно, я им скажу?»

Решив его поощрить, я дал согласие.

«Но только не моим голосом», — поставил условие.

В следующий миг бубен рявкнул голосом целителя:

— Ну всё, конец вам, козлы игрушечные!

Целитель побледнел и завизжал:

— Это провокация! Это я, но не я!

Кукольники синхронно скривились. Они уже поняли, что переговоры будут сложными, и легко они не отделаются.

— Чего ты хочешь? — гнусаво спросил низенький.

Я перешёл на деловой тон.

— Первое. Вы обязуетесь прекратить любое прямое и косвенное воздействие на меня, мой род, моих союзников и связанных со мной лиц.

Второе. Вы обеспечиваете снятие своих Наездников и прекращаете деятельность на этой планете.

Третье. Вы компенсируете причинённый мне моральный, физический и организационный ущерб.

Кукольники, утерев слёзы и сопли, загрустили ещё сильней.

— В чём проблема? — поинтересовался я.

— Планету наша организация уже покинула, — глухо начал отвечать тот, что в котелке. — Аномалия разорвала договорённости. Мы не смогли предоставить тот самый каменный шарик в оговоренные сроки.

Пока он подбирал слова, в разговор вступил низенький:

— Основная масса Наездников находится в России. Здесь мы своих сняли. Наездники Кукольников, которых ты убил, впали в спячку, а носители — в кому. Тут ничем помочь не можем.

От его сухого изложения меня передёрнуло. Ведь под раздачу попал император, а самое плохое, что и Алёна.

— Сколько всего носителей Наездников? — спросил я, внимательно глядя на Кукольников.

— Шесть, — пряча глаза, проворчал тот, что в котелке. — Четырёх можно снять с помощью этого.

И достал из инвентаря знакомый мне цилиндр.

В ту же секунду меня вбросило в боевой транс. Слишком хорошо я помнил, как воспользовался этой штукой убитый мной в Академии Кукольник. Ухнеб возник в моей руке и случайно попал по Бубну.

Бубен взревел:

— Да понял я, понял!

Две серые тени метнулись к Кукольникам. Цилиндр покатился по столу. Их и так не очень хороший вид стал стремительно ухудшаться. Жизненные силы начали покидать и меня.

Низенький с трудом выдавил:

— Мы… не собирались… нападать…

«Отзывай», — мысленно скомандовал я Бубну.

Тот прошелестел. Серые тени покинули Кукольников, но возвращаться в Бубен не собирались. Бубен звенел.

Сцепив зубы, я поднял Ухнеб, собираясь просто швырнуть его в этих мерзких тварей. Они будто почувствовали угрозу и втянулись в Бубен. Отток жизненной силы сразу прекратился.

Я медленно выдохнул, стараясь не показать окружающим, что сейчас меня мог бы уработать даже ребёнок. Зато целитель выглядел чересчур бодрым на нашем фоне. Он вкрадчиво попросил:

— А можно ещё раз вызвать этих существ? Я не успел рассмотреть их энергетический каркас.

— Твёрдое «нет», — процедил я сквозь зубы.

— Очень жаль… очень жаль, — запричитал Целитель.

Низенький Кукольник простонал:

— Подлечи…

Целитель мгновенно оживился:

— Три червонца — и будете как новенькие.

Тот, что в котелке, выкатил на стол три золотых червонца. Целитель мгновенно сгрёб их в инвентарь. Через минуту мы с Кукольниками чувствовали себя сносно.

'Ты извини, — мысленно прошептал Бубен, а потом сердито добавил:

— Это всё Ухнеб виноват. Он меня напугал'.

Я только хмыкнул.

Тем временем целитель потянул свои шаловливые ручки к цилиндру Кукольника. Пришлось вежливо предупредить:

— Руки переломаю, — и погрозить Ухнебом.

Целитель обиженно дёрнулся и уселся обратно.

Низенький Кукольник с искренней обидой в глазах подал голос:

— Вы зачем на нас напали? Вроде конструктивный разговор шёл.

— Не люблю, когда боковую кнопку нажимают, — рыкнул я.

— Так он пустой! — возмутился Кукольник. — Там же зелёный диодик горел.

— Ага. У меня как раз было время диодики рассматривать.

Я покосился на цилиндр. Сходу рассмотреть зелёный диодик так и не сумел.

— Так сколько Наездников можно запихнуть в эту кофемолку?

— Двух, — ответил тот, что в котелке. А низенький очень аккуратно выложил на стол второй цилиндр.

Я молча убрал в инвентарь оба прибора.

Я собирался перейти к следующему вопросу, но в это время секретарь ввёз в кабинет сервировочный стол. В центре под круглой металлической крышкой пряталось главное блюдо. Секретарь снял крышку.

Овсянка! Рядом лежали не менее полезные продукты: варёные овощи, унылый творожный крем, проросшее зерно. Присутствовал также десерт в виде печенья, которое врачи пекли в наказание пациентам.

Я с удовольствием приступил к еде. После сырой печени боевого пингвина каша казалась вкуснейшим блюдом. Секретарь пробормотал себе под нос:

— Не дай судьба оголодать так, как он.

Кукольники попытались продолжить беседу. Я остановил их жестом. Ведь неизвестно, когда мне снова удастся поесть.

«Давай, я Кукольников чуть успокою, а то они даже есть не могут», — мысленно предложил Бубен.

Я согласился. По кабинету разлился мой голос:

— Вы ешьте, ешьте. Может, это последний раз.

Кукольники почему-то не успокоились. Наоборот, начали нервничать ещё больше.

Я доел третью тарелку каши, когда дверь распахнулась, и секретарь провозгласил:

— Арнольд Первый!

В кабинет вошёл здоровенный детина в очень дорогом даже на вид костюме. За ним семенил премьер. Все в комнате мгновенно вскочили. Решив, что с меня не убудет, я тоже встал и даже отложил ложку.

Детина посмотрел на меня, как на пустое место, и процедил сквозь губу:

— Чё хотел?

Моя вежливость после такого обращения куда-то ушла.

— Документы покажи, — спокойно сказал я.

Весь гонор со здоровяка слетел. Он уставился на меня непонимающим взглядом. Премьер закатил глаза. Кукольники перестали хлопать носами. Секретарь, похоже, забыл, как дышать.

Я решил пояснить:

— Ну а вдруг ты не король?

Лицо