Рыжее проклятие Инквизиторов - Тина Солнечная

Я с трудом сглотнула, не зная, радоваться её похвале или нет. Слова «ещё несколько раз» вызвали в груди странное волнение — смесь страха и предвкушения.

— Так и должно быть? — тихо спросила я, глядя на неё исподлобья.

— Именно так, — кивнула Лив, не отпуская моего плеча. — Тебе нужно принять свою природу и использовать её. Чем сильнее связь, тем крепче твоя сила.

Я молча кивнула, осознавая, что ещё не до конца поняла, как справляться с этим притяжением. Как будто лес сам тянул меня к ним, не давая уйти и забыть.

— Не переживай, — с улыбкой произнесла Лив, словно читая мои мысли. — Ты ведьма Саэрского леса. Лес выбрал тебя, и теперь ты должна научиться пользоваться этим даром.

Я снова кивнула, на этот раз с большей уверенностью, и Лив отпустила меня, давая возможность пойти в хижину и немного прийти в себя.

Но даже после того, как я опустилась на свою постель и закрыла глаза, их образы не отпускали. Воспоминания о сильных руках, жадных поцелуях и горячих телах кружились в голове, и я не могла избавиться от сладкого привкуса на губах.

Всё идёт как надо… Но почему в груди всё ещё гудит странное, непонятное желание — увидеть их снова? И вовсе не для того, чтобы просто использовать и забыть.

Прошла неделя с тех пор, как я снова столкнулась с ними в лесу. С тех пор всё изменилось — меня больше не выпускали на сбор ягод и трав. Лив уверенно заявила, что сейчас не время, и я только растерянно кивнула, не решаясь возражать.

Каждый день я проводила в круге — месте силы, окружённом древними деревьями с переплетёнными корнями, которые словно тянулись ко мне, пульсируя силой леса. Я стояла в центре круга, раскинув руки и впитывая энергию, ощущая, как она пронизывает всё моё тело.

Лес словно пел мне, шептал тихие слова на неизвестном языке, и я поддавалась этому зову, позволяя магии проходить через меня.

— Ты должна учиться чувствовать каждое прикосновение леса, — говорила Лив, наблюдая за мной с краю круга. — Он тебя не отпустит, пока не заберёт всё, что ему нужно.

— Но что именно ему нужно? — спросила я в очередной раз, чувствуя себя словно сосудом, который наполняют и опустошают одновременно.

Лив улыбнулась, её взгляд был мягким, но всё равно настороженным.

— Лес принимает твою силу и возвращает свою, — пояснила она. — Ты становишься частью леса — его ведьмой, его хранительницей. Но лес забирает не только магию. Он забирает всё, что ты готова отдать.

Я тяжело вздохнула, ощущая, как магия пульсирует в груди, разливаясь по телу и унося с собой напряжение.

— И чем больше ты отдаёшь, — продолжила Лив, — тем крепче становится связь. Когда ты полностью примешь свою природу, лес даст тебе то, что ты ищешь.

Я молчала, прислушиваясь к биению силы в круге. Всё внутри меня напоминало гул ветра и шелест листьев — как будто лес пытался нашёптывать мне что-то важное.

— Почему я не могу ходить за ягодами? — осторожно спросила я, пытаясь не показаться упрямой.

Лив прищурилась и сдвинула плечи, словно взвешивая свои слова.

— Сейчас не время, — повторила она. — Лес не хочет, чтобы ты покидала круг. Он требует от тебя больше силы.

— Но я и так каждый день здесь, — возразила я, с трудом удерживая раздражение.

— Именно поэтому, — ответила Лив, её голос стал мягче. — Он забирает всё, что может. И чем дольше ты здесь, тем быстрее связь окрепнет.

Я снова вздохнула, опустив взгляд на землю, покрытую мягким мхом и цветами. Лес будто жил своей жизнью, и я чувствовала, как пульсирующая энергия заполняет каждую клетку.

— Просто продолжай слушать лес, — напутствовала Лив, осторожно прикоснувшись к моему плечу. — Он сам подскажет, когда придёт время.

Я кивнула, понимая, что не добьюсь от неё большего. Лес будто опутывал меня невидимыми нитями, заставляя оставаться здесь и впитывать его силу.

Я снова закрыла глаза, глубоко вдохнув свежий воздух, и позволила энергии свободно проходить сквозь меня. Лес словно принимал мою суть, наполняя меня жизнью и одновременно опустошая.

Но в глубине души я чувствовала, что это не просто магия леса — внутри меня разрасталось что-то новое, странное и непонятное. Словно связь с теми двумя инквизиторами укоренилась в моём сердце и не отпускала, несмотря на все попытки выжечь ее из моей памяти.

И чем больше я пыталась отгородиться от этих мыслей, тем сильнее они возвращались, снова и снова.

Ланс

Отец сидел за массивным дубовым столом, перелистывая какие-то документы. Я стоял у окна, стараясь не показать, как внутри всё сжимается. Он поднял голову, заметив моё молчание, и с привычной уверенностью заявил:

— Я определился с невестой. Хорошая, чистая девочка из соседней деревни. Родители простые, но надёжные. Конечно, не инквизиторская кровь, но у нас такой древний дар, что можешь не волноваться — детям передастся. Для них будет честь отдать тебе свою дочь.

Я кивнул. Просто кивнул. Так, как должен был. Так, как ожидал он.

А внутри всё было против.

Нет. Мне не нужна девочка из соседней деревни.

Мне нужна только она. Мое наваждение. Моя ведьма с рыжими волосами и большими испуганными глазами и этим ротиком, который так мило приоткрывается, когда она стонет.

Так я и стал звать её про себя — моя ведьма. Не Ария, не беглянка, не та, чья метка пульсирует у меня под кожей. Просто — моя.

Я сжал пальцы в кулак и всё же решился на вопрос, что давно мне не давал покоя:

— Отец… ты когда-нибудь слышал, чтобы ведьма… была невинна?

Он поднял бровь, а потом неожиданно громко рассмеялся:

— Сын, неужели ты так плохо слушал лекции в Академии? Ведьмы отдают свою невинность ещё девочками. Демонам, духам, кому угодно. Это часть их посвящения. Послушницы дьявола никогда не были и не будут чистыми.

Я сглотнул, но не отступил:

— Да. Конечно. А были те инквизиторы, что спали с ведьмами?

Отец нахмурился, с шумом захлопнув папку. Его взгляд стал холодным.

— Ни одна ведьма под инквизитора по доброй воле не ляжет. Мы для них — враги, смерть. А в пыточных… мы этой дрянью всегда брезговали. И правильно. Никто не знает, что она может сделать: проклясть член, навесить болезнь или хуже. Выкинь это из головы.

Я отвёл