Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

Она кивнула и улыбнулась.

От этой улыбки хорваты опять сделали шаг назад.

…

Двор в детинце Вручия с утра дышал сыростью и запахом свежевыструганного дерева — здесь вовсю чинили старые заплоты и возводили новую казарму и конюшню. Центральная площадка, утрамбованная сотнями ног до состояния камня, была припорошена свежим песком. Солнце едва пробивалось сквозь утренний туман, цепляясь лучами за острые верхушки частокола, когда вокруг площадки потихоньку начали собираться остальные хорваты из дружины Драговира. Для них это было похоже на развлечение: посмотреть, как их лучших товарищей будет «строить» девка. Слух о том, что князь поставил свою постельную девку командовать над выбранными воеводой «счастливчиками», быстро разнёсся по всему детинцу.

— Эй, Ратислав! — крикнул кто-то из толпы. — Смотри, не наступи на учителя, а то князь рассердится!

— Лютобор, нос-то чего в крови? — заржал другой. — Неужто об девичью косу так приложился?

Десяток «избранных» шёл через толпу молча вслед за своей десятницей. Обычно шумные и задиристые хорваты сейчас выглядели так, словно их вели на плаху, причём палач обещал быть очень затейливым. Проходя мимо своих зубоскалящих побратимов, они не улыбались в ответ. Наоборот — Лютобор, с распухшим сине-багровым носом, обвёл шутников таким взглядом, что у тех слова застряли в горле. Бойцы из избранного десятка лишь тяжело и коротко махали головами, словно предупреждая: «Смейтесь, смейтесь, дурни, скоро вам самим тошно станет».

От этих суровых мин и угрюмого молчания веселье вокруг площадки начало как-то быстро скисать. Хохот сменился настороженным шепотком.

Десяток вышел из ворот крепости и пошёл вдоль реки до оврага, где воевода Сигурд оборудовал для них особое место для тренировок.

Елена ждала их в центре круга. На ней была лёгкая кожаная безрукавка поверх простой рубахи и узкие порты, заправленные в мягкие сапоги. Никакого железа, только пара ножей на поясе и широкий браслет-амулет на запястье, тот самый, который вчера ей при всех надел на руку князь. Воины тогда тоже поулыбались, думая, что князь так свою девку отметил за особые заслуги. Естественно, постельные.

— Встали в круг, — сказала она. Голос не был громким, но его услышал каждый.

Хорваты послушно выстроились. Эти здоровые мужики, привыкшие рубить врага в открытой свалке, рядом с ней казались неуклюжими медведями.

— Князь сказал, вы — лучшие, — Елена медленно пошла вдоль строя. — Но пока я вижу только десять неуклюжих мишеней. Вы привыкли, что ваша сила — в щите и мече. Моя работа — научить вас, что сила в тишине и тени.

Она достала из мешочка связку кожаных ремешков с небольшими костяными плашками, исписанными тонкими рунами.

— Наденьте на шеи. Лютобор, ко мне.

Хорват со вздохом вышел вперёд. Остальные зрители затаили дыхание. Бывшему десятнику и так сегодня досталось, еле кровь из носу остановил. А его опять бить собираются.

Елена коснулась амулета на груди Лютобора.

— Твоя задача — выйти из круга так, чтобы никто не смог тебя коснуться. Начинай.

Лютобор сделал шаг, и тут произошло странное. Для бойцов он никуда не исчез, но взгляд на нём почему-то не задерживался. Глаза воинов в кругу начали «соскальзывать» с него, словно он стал деталью пейзажа — как кусты или пеньки кругом.

— Лютобор? — выдавил один из воинов, хотя Лютобор стоял прямо перед ним.

— Я его вроде вижу… — пробормотал другой, протягивая руку и хватая пустоту там, где секунду назад было плечо товарища.

Елена вдруг оказалась за спиной Лютобора — без всяких амулетов, просто на чистой скорости и пластике. Её ладонь мягко легла ему на затылок, и в ту же секунду хорват рухнул на колени, взвыв от резкой боли.

— Это что было? — прокряхтел он, поднимаясь на ноги. — Волшба?

— Волшба-волшба, — проговорила Елена. — Только если ты будешь надеяться только на княжью волшбу — быстро сдохнешь. Ты почему на месте стоял? Дышал громко? Амулет отводит глаза, но не закрывает уши. И сердце у тебя колотится так, что я его слышу за пять шагов.

Она повернулась к остальным.

— Весь день сегодня вы будете учиться ходить. Не как воины, а как кошки. Кто издаст хоть один звук — будет драться со мной. Без защитных амулетов.

…

Ника прекратила трансляцию этого аудиоспектакля, и я усмехнулся.

— Жёстко она с ними, — заметил я про себя.

— Зато эффективно, — отозвалась Ника. — Пульс у всех за сто двадцать, адреналин зашкаливает. Они её боятся больше, чем польской конницы. А страх перед учителем — лучший стимул для усвоения материала. Она молодец.

…

Вечером мы пошли с Еленой в баню. Девки дворовые переглядывались между собой, мелко похихикивая. Но, когда Ленка на них прикрикнула, вмиг перестали лыбиться и выбежали из предбанника.

— Распустил ты их тут, княже. Болтливы сильно. Может, им языки отрезать?

— А давай уж вообще всем вокруг языки поотрезаем, — поддержал я её инициативу. — А то говорят и говорят без умолку.

— Ну, — она пожала плечами, — твоя воля. Пойду всем резать?

— Давай уж попаримся сперва, — кивнул я. — А там видно будет. Может, наоборот, пришить кому-то что-то надо будет.

— Что?

— Память, например.

Глазки у неё аж вспыхнули. Про девок она сразу забыла.

— Ты узнал, как мне память вернуть?

— Есть тут одна идея. Не знаю, сработает ли. Но попробовать стоит.

— Давай, пробуй.

— Сперва веник, отвар на смородиновом листе, постелька чистая. А потом уже и опыты проводить будем. Вдруг не получится ничего. Так хоть напоследок отдохнём хорошо.

— Так опасно?

— Говорю же — не знаю. Веник бери. А то девок разогнала всех, теперь сама отдуваться будешь.

— Ну, княже, держись!

И понеслась.

Через час, распаренные и утомлённые, мы сидели в предбаннике и прихлёбывали тот самый смородиновый отвар.

— А если не получится? — спрашивала она.

— Тогда будем пробовать дальше. Ты про ключ власти слыхала?

— Слыхала. А он тут при чём?

— Да я вот тоже думаю: при чём тут этот ключ? А вдруг — при чём-то! Надо бы его найти и проверить.

— Шутишь, княже? Его все который год уж ищут. Корней вот тоже искал. Даже посылал меня как-то в Полоцк терем княжий там обыскать.

— О как? И что?

— А ничего. Нету там ничего. Еле ушла тогда от братца твоего, Брячислава. Ловушек там он понаставил волховских — полный терем. Я почти все тогда прошла. А как к подвалу пробралась — там и накрыло. Как очухалась — ноги в руки и дёру. По реке вплавь три дня. Сильная в Полоцке защита на княжьем тереме, но ключа там точно нет.

— Почему ты так решила?

— Так я князя Брячислава подслушала. Он