Там леший бродит 2 - Игорь Николаевич Конычев

В словах колдуньи имелся смысл. Я и сам рассматривал подобный способ выбраться, но он означал бы оставить спутницу на верную смерть.

— Не могу бросить бедную девицу в беде, — повторил я недавние слова Ягишны, и та горько хмыкнула.

— Помрёшь, как дурак, — заявила она.

— Лучше так, чем всю жизнь жалеть, что не помог тому, кто в этом нуждался, — ответил я, глядя вниз, где билось незримое огромное сердце. У меня никак не получалось понять, кому или чему оно принадлежит и чего ждать от нашей скорой встречи.

— Спорно, — парировала мою реплику колдунья. — Я бы на твоём месте лучше ещё пожила-а-а-а-а! — голос Ягишны перешёл на крик, когда ступа резко дернулась и стала снижаться с утроенной скоростью.

— Но ты не на моём месте, — я начал увеличиваться в размерах, обхватил одной рукой тонкую талию колдуньи, а другую обратил когтистой лапой, после чего выскочил из ступы и вцепился в стену. Полностью остановиться не вышло, так что мы продолжили скоростной спуск вниз, но теперь он был хоть как-то управляем.

— У тебя сильные руки, — стоило ситуации немного наладиться, Ягишна вернула свою привычную маску.

Это меня не слишком-то обрадовало, а вот то, что колдунья усилила купол, и нас не забило камнями — весьма вдохновляло. Но расслабляться было рано. Очень рано! Внизу ожидало не пойми что, да и когти то и дело норовили выскользнуть из неподатливой поверхности. Для подстраховки пришлось цепляться ещё и ногами.

Эх, мне бы сейчас пригодились щупальца, как у того кокона из скверны. Но имеем то, что имеем.

Воспользовавшись подходящим моментом, я глянул вниз. То, что алело на глубине, оказалось лавой или чем-то подобным. Оно было густым, раскалённым и тягучим, и попадать в него абсолютно не хотелось. Падающие в жижу камни дымились и пропадали в вязкой субстанции без следа. От ступы уже почти ничего не осталось. Так и от нас с Ягишной тоже ничего не останется. Если только…

Увидев на другой стороне спуска небольшую платформу, я что было сил оттолкнулся от стены, и прыгнул туда. Цель находилась значительно ниже нашего местоположения, так что долететь до неё имелись все шансы. Но выдержит ли щит колдуньи такой удар?

В воздухе я обхватил вскрикнувшую женщину лапами, прижал к себе, после чего обратился медведем и, извернувшись, рухнул на спину. Мы проскользили по горячему камню метра три, прежде чем остановились, ударившись о стену пещеры.

— А ты умеешь впечатлить девицу, — чарующе улыбнулась Ягишна, лежавшая на мне сверху. К её побледневшему лицу начал возвращаться обычный цвет. — Вот только не мог бы ты снова стать человеком? Медведь — это даже для меня чересчур.

— Ну да, я же тут лишь для того, чтобы тебе угождать, — я бесцеремонно спихнул женщину на пол, под небольшой навес и, став человеком, сам поднялся на ноги.

— Грубиян, — поджала пухлые губы Ягишна и тоже встала. Поправив платье, она зажгла над головой погасшую во время падения звездочку и осмотрелась. — Не помню этого места.

— Я тоже тут впервые, — не желая стоять под дождём из булыжников, я шагнул под навес. — И, знаешь ли, не слишком хочу задерживаться. Уж больно здесь негостеприимно. — От моего внимания не ускользнула одна деталь — каждая волна падающих камней совпадала с ритмом сердца, которое теперь билось куда ближе.

— Это ты ещё не бывал в подземном мире, сладкий, — с печальной улыбкой сообщила мне Ягишна. — Вот уж где погано, так погано. Но вот гостей там любят: сажают каждого в свою ржавую клетку и мучают, когда кошмарами, а когда истязая плоть. — Женщина поежилась и обхватила плечи руками, явно вспомнив нечто неприятное.

— Звучит, как не самое лучшее место для отдыха.

— Что правда, то правда, — согласились колдунья. — Я даже рада, что забыла почти всё, что со мной там приключилось. Помню лишь боль и… — она поглядела на меня и тряхнула головой. — И всё.

— И всё, — эхом повторил я, идя вдоль стены и касаясь её шершавой поверхности кончиками пальцев — тёплый камень слабо пульсировал. — Но если там так плохо, то чего ты сюда полезла?

— Меня сюда тянет, — призналась Ягишна.

— Знаю я одну девицу, которую тоже тянуло, куда не надо, — пробормотал я. — Но не по её воле.

— И куда же это? — тут же с интересом спросила колдунья.

Я даже не взглянул на неё.

— Сказал же: куда не надо.

Фыркнув, Ягишна вновь призвала свой защитный купол и пошла к краю платформы. Камни продолжали падать сверху, но щит колдуньи держал удар, позволяя ей осмотреться. Закончив изучать стену, я наблюдал за действиями спутницы.

— Я тут уже была, — бормотала она. Говорила Ягишна тихо и, если бы не мой обострённый слух, её слова растворились бы в гвалте камнепада. — Но зачем? Как выбралась? И выбралась ли?.. — последний вопрос она адресовала булькающей лаве, чьи брызги зашипели на магическом барьере, стоило колдунье подойти к краю платформы.

— Ты бы поосторожнее, — предупредил я женщину, когда босые ноги оказались слишком близко к хрупкому краю.

— А что? — она улыбнулась мне вполоборота. — Неужто волнуешься за меня?

— Не люблю напрасных смертей. И ненапрасных тоже не люблю.

— Так я и не-е-е-е!.. — как и ожидалось, край под ногой колдуньи надломился, и она взмахнула руками, балансируя на грани.

К счастью одной неловкой брюнетки, я не ловил ворон ни в прямом, ни в переносном смыслах. Хотя нет, в прошлой жизни ловил одну, чтобы подлечить ей крыло. Но это другая история. В этой же, я вовремя ухватил Ягишну за запястье и притянул к себе, подальше от края.

— Мой спаситель, — промурлыкала она, прижимаясь ко мне всем телом.

И тут до меня дошло. Я отстранил колдунью.

— Ты специально оступилась?

— Не-е-е-ет, — с самыми лживыми в мире глазами протянула ведьма, не забывая беззастенчиво улыбаться.

— А если бы мне камень в голову попал?

— Не попал бы, — Ягишна